Фридман: плоский мир


В книге Фридмана условно можно выделить две части – часть техническую и часть идеологическую. Первая рассказывает нам в подробностях о том как происходило «выравнивание», вторая – оценка происходящего автором. Для тех, кого интересуют частности и подробности информационно-технологического прорыва рубежа столетий техническая часть книги будет интересна. Для нас наибольший интерес представлял идеологический аспект книги, но… Томас нас разочаровал. Помимо прочего, книга написана приторно и процесс ее пережевывания не доставил нам никакого удовольствия. Но в качестве повода для нескольких собственных замечаний о смысле современных процессов сгодится.

То, что нас не ждет ничего хорошего с идеологический точки зрения мы поняли с запущенной Фридманом африканской притчи о льве и газели. Внезапно наткнувшись на этот шедевр (в контексте, естественно) мы не знали смеяться нам или плакать. Это все, что может предложить плебсу продвинутый сверхсовременный буржуа!? Бежать, бежать и еще раз бежать, чтобы вас не затоптали и не съели! От этого доброго совета и пожелания, которому уже несколько сотен лет к горлу подкатывает нехороший смех. Бегите! Перебирайте лапками! Напрягитесь («напряжение успеха», - ха!)! Делайте супермороженое вместо мороженого! – с этими призывами наш журналист-буржуй обращается абсолютно ко всем: китайцам, индийцам, европейцам, правительствам всех стран, ученым, рабочим. Вы, подлецы, недостаточно быстро бежали 300 лет, но теперь перед вами открывается плоский мир, вы счастливцы – поэтому бегите еще быстрее!!! С одной стороны, за подобные советы хочется дать в морду, с другой – понимаешь насколько жалка и одновременно нагла современная буржуазия. Жалка, потому что не может выдавить из себя ни капли идеологического креатива, нагла, потому что без стыда и страха предлагает своим взмыленным рикшам всю ту же гнилую капусту своих всегда одинаковых поучений. И морковка перед носом всегда одинакова – «невиданное процветание и обновление» (amazing era of prosperity and innovation).

Но, черт возьми, даже в это безумно-гоночное будущее процветание мы можем не попасть, потому что у него есть Враги. Имена этим драконам – Зависть, Злоба, Унижение и Болезни (лол, это для Африки). Т.е. анализ проблем отчужденной глобализации предстает перед нами в виде неких психологических ковыряний в носу. Ничего нового. Надеемся Фридман отчаянно лжет и кривляется, иначе он просто инвалид. То, что он может лгать, показывают фразы типа: «все больше национальных экономик начинало управляться не сверху вниз — узкими интересами правящей верхушки, а снизу вверх — интересами, потребностями и стремлениями простых людей». Абсолютный лжец, значит надежда есть – перед нами здоровый человек, продавший свой товар.

Ладненько. Проблема, Томас, в том, что даже если сильнейший капитал, т.е. сильнейшая обезъяна, сожрет всех национальных буржуазных обезъян,

- Ведь в этом смысл происходящих процессов, правда, Томас? а сопротивление этих национальных буржуазных обезъян и есть главное препятствие благодатному «выравниванию», правда, Томас? Ведь ты же лукавишь, Томас, когда говоришь о том, что был бы рад, если бы на этой планете возникло еще тройка-другая стран, равных по уровню экономического развития США, и что, возможно, оно так и будет. Ты же знаешь, что победитель будет один и только один, правда? Это и будет действительным и подлинным «выравниванием». Прошло около 15 лет с тех пор когда ты изнуряя себя подневольным, безрадостным, бессмысленным и низкооплачиваемым трудом писал свою книгу – напряжение все растет. И террористы-«ленинисты» уже успокоились, а напряжение все растет. Выровненный по самое не хочу Китай скалит зубы, российская буржуазия показала свои клыки не отдав Самой Главной Обезъяне сочный кусок Крыма (ох, как же ты врешь, размазывая сопли о том, что «терроризм» это вообще хоть какая-то проблема; масштабы проблем совершенно другие, Томас, ты это прекрасно знаешь). Ну так вот, пусть, Томас, - пусть, наконец, победит Самая Главная и Сильная Обезъяна, пусть, хорошо. Ведь на самом деле самая главная…

…проблема в том, что люди меняются, люди развиваются, и их давно уже не устраивает это игровое поле, будь оно трижды плоское и четырежды ровное. Здесь никому не нужно твое бессмысленное беличье-колесное будущее. Никому не нужно твое «перетекание от старых победителей к новым». Даже с призрачным «процветанием», в которое не верит никто. Оно, это плоское будущее, ничем не отличается от дня сегодняшнего и вчерашнего. Говоришь, голодных, бездомных и оборванных «индусов» станет меньше? Их не останется вообще без того древнего и заплесневелого мирка, закат которого ты с восторгом предлагаешь встретить нам как зарю нового дня. Мы сделаем все просто и эффективно, и нам не помешают ни деньги – ни их отсутствие, ни их присутствие, - ни зловредные местечковые правительства.

«Принимая во внимание феноменальный технологический прорыв, случившийся в последние двадцать лет, легко предположить, что у нас в руках все необходимые инструменты для решения хотя бы каких-то из главных задач и что не хватает только одного — денег. Мне бы очень хотелось, чтобы так и было. Но это не так. Например, чтобы вылечить больных малярией, недостаточно только лекарств. Все, кто бывал в Африке и провинциях Индии, знают, что системы здравоохранения там либо вообще не функционируют, либо функционируют очень плохо».

- Каков хитрец. Т.е., глядя на развитие технологий, недалекие люди могли бы подумать, что проблемы решаемы. Далее, эти недалекие люди, только что допустившие одну недалекую мысль, выдвигают еще более недалекое предположение – наверное, думают эти простаки, нам не хватает на это денег. Ан нет. Главный корень проблемы – местечковые системы здравоохранения, а если копнуть на еще более немыслимую глубину – коррумпированные местечковые правительства, и чиновники, Чиновники, ЧИНОВНИКИ. Короче говоря, все очень и очень непросто, ребята, очень и очень непросто. Поэтому вы жуйте маргарин, а я полетел на деловую встречу в Шанхае. Классика.

«Новая веха человеческого прогресса», «многообещающая перспектива для Индии и всего мира» – так оптимистичный Фридман оценивает описываемые им изменения в жизни глобального сообщества. Да, эти события значимы. Но значимы они лишь постольку, поскольку являются признаками и предпосылками чего-то на самом деле грандиозно нового.

«Идэй говорил, что в мире экономики и технологии надвигаются перемены, которые войдут в историю наподобие «метеора, который врезался в Землю и погубил динозавров». Да, передовые компании прекрасно понимали, что происходит, а лучшие из них все это время тихо реформировались, чтобы, когда наступит срок, не разделить судьбу динозавров».

Ах, Томас, Томас, «надвигающиеся перемены» не позволят «тихо реформироваться» ни одному – ни мелкому, ни крупному, ни отсталому, ни передовому динозавру. Будет уничтожено поле, поле, Томас. По существу, оно, это поле, и есть последний и единственный динозавр. Этим и характеризуется действительный масштаб происходящего, а не теми мелочами, о которых ты так пафосно вещаешь.

«После того как 15 августа 1947 года Индия получила государственную независимость, в ее истории были и взлеты, и падения. Так или иначе, в будущем ее наверняка станут вспоминать как самую удачливую страну конца XX столетия». – ЛОЛ, ты и сам есть чахлый динозаврик, верящий в то, что метеор, который он видит, принесет ему и его вырождающимся собратьям удачу.

Что в действительности происходит? Во-первых, воспользуемся словами самого Фридмана, «итогом этого слияния стало создание глобального полигона, имеющего дополнительное измерение во Всемирной сети и пригодного для зарождения и испытания многообразных форм сотрудничества — обмена знаниями и работой — в реальном времени, безотносительно к географии, расстояниям и в ближайшем будущем даже к языку». Слегка подправим нашего пулитцероносца – создание зачатков глобального полигона. Полигона, который станет платформой нашего дальнейшего движения к универсальной свободе. Заметим по ходу дела, что сама Сеть является существенным шагом вперед к преодолению пространственно-временной зависимости в рамках планеты.

«Когда доступ ко всем этим инструментам сотрудничества, вместе с доступом, к миллиардам страниц информационного сырья через поисковые серверы и Интернет», - вместе с доступом к глобальным средствам производства, Фридман, вместе со свободным доступом ко всему объему благ и свобод, предоставляемых планетарной цивилизацией для каждого жителя планеты – «предоставляется столь внушительной массе людей, можно с уверенностью ожидать, что местом зарождения следующего поколения инноваций станет вся поверхность Плоской планеты. Вовлеченность населения земли во всевозможные типы инновационной деятельности будет иметь масштаб, с которым мы просто никогда не сталкивались». Вот именно, Фридман, - масштаб и цели, которые ты себе и представить не можешь.

Во-вторых, это «слияние» вместе с локальными изолированными экономиками крушит традиционные буржуазные и в целом отчужденные ценности: национальные религии, национальные «сплоченности», национальные «гордости» и т.п., т.е. любую местечковую ограниченность отдельных групп людей. С нашей точки зрения, это целиком и полностью, без всяких оговорок, позитивнейший и важнейший аспект «выравнивания». Поскольку эти ценности насквозь буржуазны, Фридман, как представитель буржуазной идеологии, мнется и нервничает от когнитивного диссонанса:

«Кое-что из того, что тормозит бесперебойное функционирование глобального рынка, в самом деле не ведет ни к чему, кроме напрасно растраченных усилий и упущенных возможностей. Но к числу тормозящих факторов относятся и институты, обычаи, культурные традиции, а они дороги людям как раз потому, что отражают такие нерыночные ценности, как человеческая сплоченность, религиозная вера, национальная гордость. Если глобальный рынок и новые коммуникационные технологии окончательно нивелируют эти различия, мы можем лишиться чего-то важного. Поэтому с самого начала спор о капитализме сводился к вопросу о том, какие барьеры, границы и разногласия являются причиной неэффективности, а какие — источником самоидентификации, которому мы обязаны чувством принадлежности и который считаем нужным оберегать».

«Тормозящие факторы», «что-то важное», «неэффективность», «нужно оберегать» - бедолага.

Тема национальностей и культурных традиций слишком обширна и, в известной степени, серьезна, поэтому мы не будем вникать здесь в ее суть. Скажем главное: национальности, локальные культурные традиции – это исторический шлак, который тем более токсичен, что его будет активно использовать местечковые буржуазные обезъяны в процессе их сопротивления капиталу, пытающемуся доминировать тотально (т.е. «американскому» капиталу). Что бы ни воображали себе люди, пытающиеся противостоять на местах «бездуховной американизации», «глобальной корпоративной машине» - они всего лишь играют на руку собственной национальной буржуазии и ничего более.

На данном этапе развитие информационных и коммуникационных технологий играет важнейшую роль создания площадки для встречи людей из самых отдаленных регионов планеты. На базе совершенно мутных, бестолковых и инфернальных рыночных «экономических» предприятий люди совершенно разных культур учатся работать вместе, узнают друг в друге себя и начинают осознавать простейшую, казалось бы, вещь - ровно насколько мы разные, ровно настолько мы одинаковые. Начинают осознавать то, что их собственные автохтонные культуры – это базовая, начальная ступень в развитии личности, что ни одна из них в силу своей исторической ограниченности не может дать человеку то, что с необходимостью потребует от него будущее. Рано или поздно на этой базе выплавится культурная традиция единого человечества.

Это общение, взаимодействие начинает происходить на индивидуальном, атомном уровне, а не на уровне отчужденных народов и «наций» и неизбежно будет разлагать эти последние, т.е. разлагать основы территориального господства всех удельных князьков этой планеты. Само собой, сейчас – в интересах самого крупного царька, осевшего на территории, называемой нами сегодня США. Это часть большого исторического движения и в этом – значимость происходящего, а не в тех заплесневелых мелочах, о которых говорит Фридман.

*******

Томас видит и отважно признает проблемы, с которыми сталкивается или столкнется отчужденная глобализация. Проблемы эти отчасти достаются в наследство от «неплоского» мира, отчасти порождаются самим процессом глобализации через рыночную задницу. Выделяем главные: 1) экология, ресурсы, 2) безнадежная отсталость некоторых регионов, 3) проблема жирного пролетариата. Есть еще одна страшная угроза, которой Фридман пытается напугать всех нас – «мутировавшая версия глобальных бизнес-сетей, негосударственные коллективные субъекты, преступные или террористические, которые используют элементы плоского мира для воплощения в жизнь своих крайне немиролюбивых, даже нигилистических планов». На это не обращаем внимания, поскольку уверены, что все без исключения влиятельные носители «немиролюбивых, даже нигилистических планов» - инструменты в руках игроков на плоском глобальном поле.

Экология, ресурсы. Фридман вещает о потенциальной схватке за власть, «энергетическую власть, — которая может разгореться, если Великая американская мечта, Великая китайская мечта, Великая индийская мечта и Великая русская мечта будут сочтены взаимоисключающими в энергетических терминах». Ай-ай-ай, «будут сочтены», «будут сочтены»… что ж нам остается сидеть и нервно грызть ногти в надежде, что авось не «будут сочтены». Фридман – клоун.

По ходу дела сделаем небольшое замечание, лишь косвенно касающееся проблемы экологии и ресурсов. Замечание такое. Уважаемые жители «США», «России», «Индии», «Китая» и пр.! Если размах ваших мечт останется на уровне упомянутых Великих нац. мечт, т.е. на уровне насекомых или, возьмем по максимуму, на уровне территориальных объединений обезъян – нас всех не ждет ничего хорошего. Мы должны поднимать планку. Это требование истории и эволюции. Именно поэтому барыги и быки всего мира…

«Мы на Западе крайне заинтересованы в том, чтобы люди не отказались от американской мечты ни в Пекине, ни в Бойсе, ни в Бангалоре. Но мы должны перестать обманывать сами себя, веря, что этого можно достичь в объединенном мире с 3 миллиардами новых потенциальных потребителей — без того, чтобы найти радикально новый поход к энергопотреблению и энергосбережению. Если у нас ничего не получится, мы окажемся на пороге как экологической, так и геополитической катастрофы». Фридман надеется увидеть «совместные научные проекты» и пр., с помощью которых милое объединенное рыночное человечество любовно порешает все ресурсные и экологические проблемы. Что на это сказать? Да, это возможно. Возможно в том случае, если сильнейшая плотоядная обезъяна сожрет без остатка своих конкурентов и будет решать упомянутые проблемы как исключительно свои собственные, в своем собственном, едином, королевстве. Но, господа, в этом-то и проблема: чтобы убрать жесточайшее противостояние нужно убрать жесточайшее противостояние. Что ж давайте, вперед, решайте, договаривайтесь, но на тех руинах, которые останутся после ваших переговоров и «совместных проектов» оставьте нам хоть что-то, за что мы бы могли зацепиться и двигаться дальше.

Провальные регионы. Аха-ха! Фридман говорит, что они безнадежно больны (вот так просто, буквально, больны), а помочь им ничем нельзя, потому что даже если и дать денег (крайне глупое и недалекое предложение), то либо разворуют, либо будут просраны чудовищно никакой системой здравоохранения. На этом как бы все.

Проблема жирного пролетариата. А вот это крайне интересная проблема, порождаемая уже самой рыночной глобализацией. Суть ее в том, что правительствам господствующих на планете стран, в первую очередь, правительству США, приходится иметь дело с собственным национальным пролетариатом, до которого им уже нет никакого дела. Национальное буржуазное государство вырастает из двух потребностей местечковых быков: 1) контролировать (давить, уговаривать, подкармливать) свой собственный эксплуатируемый быдло-пролетариат и 2) отбиваться от таких же государств, сформировавшихся вокруг таких же быков. Вторая часть картины нас здесь не интересует. Так вот. Капитал, лицом и руками которого является «государство США», со все возрастающими темпами и объемами начинает сношать чужое быдло (и, как следствие, неизбежно хочет его контролировать, но сейчас речь не об этом), а его собственное бывшее родное быдло перестает его интересовать ровно в такой же мере. Однако, очень не кстати, это быдло по привычке продолжает ждать какой-то хозяйской «заботы», тем более что в силу исторических обстоятельств хозяева вынуждены были подкармливать его относительно неплохо. Государство, в его прежнем, изживающем себя смысле, продолжает существовать. Национальный пролетариат превращается в неудобную, ненужную, скуляющую, но все же, так или иначе, потенциально опасную ношу. То же самое касается развитых стран Европы. В известной мере вся внутренняя политика этих стран будет определяться именно этой замечательной проблемой (плюс проблема относительно мелкой национальной буржуазии; здесь вам и правые ренессансы в очень интересных нюансах и все остальное). Во всей сложившейся ситуации есть доля комичности, поэтому мы, посмеиваясь, с интересом понаблюдаем за ходом событий. На самом деле, забавно смотреть как Фридман корячится, пытаясь выдумать решения проблем, до которых ему и его друзьям нет никакого дела. Такая досадная мелочь, но натягивать сову на глобус все равно приходится. Впрочем, это вечное проклятие буржуазии.

*******

Итого, по Фридману. Процессы описаны замечательные. Ожидающие увидеть шедевр буржуазной идеологии будут разочарованы. Ничего нового. Ожидающие увидеть шедевр буржуазной публицистики и публицистики вообще будут разочарованы. Написано приторно, с ожидаемыми неожиданностями, тривиальными нетривиальностями, слюнявым морализаторством матерого волка и прочими, вызывающими зевоту красотами.

Ну и напоследок:

«НЕВАЖНО КТО ТЫ - ФРИДМАН ИЛИ БИЛЛ ГЕЙТС.

КОГДА ВСТАЕТ СОЛНЦЕ, НАЧИНАЙ БЕЖАТЬ»