ПРОЕКТ ВЕНЕРА


Мы узнали о существовании Проекта Венера в 2016 году. Поначалу отношение к «проекту» было достаточно прохладным, но по мере ознакомления с идеями Фреско и вникания в их суть и, главное, в их исторический смысл, мы несколько изменили свое первоначальное мнение. Если в этой серии статей мы и позволим себе ту или иную критику «проекта», общее мнение и отношение к нему в целом однозначны - это лучшее и достойнейшее проявление человеческой мысли и человеческой воли на сегодняшний день. Сам Жак, ныне покойный, был одним из немногих людей, остававшихся на этой планете бабуинов. С его смертью этот и без того пластмассовый мир стал еще более пластмассовым.

Уровень "проекта" и тот факт, что он зародился в США, дают надежду на то, что все это дело имеет больше смысла и повлечет за собой гораздо большие последствия, чем десятки "коммун" и пр. существовавших на протяжении последних столетий. Так и будет.

Для того, чтобы раскрыть в этих статьях наше отношение к «проекту» в целом, к идеям Жака Фреско в ньюансах и частностях, мы используем его книгу «Все лучшее, что не купишь за деньги». Кроме это, в будущем мы планируем рассмотреть некоторые из многочисленных видеоинтервью с Фреско и Роксаной Медоуз. Там есть о чем поговорить.


Первое, на что следует обратить внимание, и что дает «проекту» отличнейший шанс быть и остаться чем-то иным, чем очередная местечковая утопия - это широта исторического мышления его создателя. Мы где-то писали о том, что сегодня всем нам необходимо учиться смотреть на наш мир глазами неандертальца, античного раба, крепостного крестьянина, а не мутными глазами потребителя фастфуда, хайтэка и постмодернистских текстов. Жак Фреско может это делать. Он может вырваться из мировоззренческой и ментальной матрицы жителя XX-XXI вв. и посмотреть на наш мир глазами человека, видящего и чувствующего большую историю. В своей книге и в своих интервью он часто приводит примеры из жизни людей прошлого для того, чтобы показать тот путь, который мы прошли с тех времен. Он видит этот путь, он видит связь и на сегодняшний день это очень много.

Человек, с подобным взглядом на вещи всегда видит ограниченность и преходящесть каждой, и в первую очередь своей, эпохи. Только такой человек может с полным правом сказать: «Вероятно, единственная вещь, которую мы можем знать о будущем наверняка, — это то, что оно будет очень отличаться от мира сегодняшнего. Но как бы ни было трудно понять жизнь в будущем, это — ничто по сравнению с теми трудностями, которые будут испытывать люди грядущих поколений, пытаясь понять наше нынешнее поведение… Какими же недалекими, грубыми и жалкими предстанем мы в глазах наших потомков!». И только человек с таким же образом мышления может знать и понимать, что это не просто слова мечтателя, не просто болтовня недалекого фрика, а констатация факта.

Но мало мыслить широко. Надо видеть в чем, собственно, состоит ограниченность собственной эпохи, и Фреско видит в чем, посвятив отстаток своей жизни попыткам достучаться до черепных коробок современников.

Главная проблема эпохи

К началу XXI столетия человечество обладает невиданными ранее производственными мощностями, «…имеет доступ к самым передовым технологиям, которые могут обеспечить еду, одежду, жилье, медицинское обслуживание, образование и разработку возобновляемых источников экологически чистой энергии в неограниченном количестве. У нас есть технологии, ресурсы и персонал, чтобы обеспечить невероятно высокий уровень жизни для каждого со всеми благами, которые может предоставить процветающая мировая цивилизация». «Современное общество обладает сверхновыми технологиями и с легкостью может обеспечить более чем достаточно благ для высокого уровня жизни всех без исключения», но огромные массы людей, подавляющее большинство населения планеты живет в нищете, либо постоянно приближается к ней, либо живет в состоянии перманентного выживания, продавая себя, свое время, свою жизнь за те, по большому счету жалкие, блага, которые готово предоставить им общество за цену их самопродажи. Иными словами, как было принято говорить по другую от штата Флорида сторону океана еще с середины XIX века, производственные отношения вступают во все более и более явные противоречия с уровнем развития производительных сил.

С другой стороны, бурное развитие цивилизации за последние пару столетий повлекло за собой возникновение таких проблем общепланетарного характера, решение которых по мнению Фреско невозможно в рамках существующих общественных отношений, а нерешение – фатально (экология и т.п.).

Что за общественные отношения, не только тормозящие наше дальнейшее развитие, но и ставящие под угрозу само дальнейшее существование человечества? Жак называет их «кредитно-денежная система». Ее основная цель – «…получение прибыли. Сохранение конкурентного преимущества и окончательного баланса — вот все, что имеет значение. Проблемы соцобеспечения и здравоохранения, являющиеся результатом массовой безработицы людей, выброшенных на улицы после автоматизации производства, считаются незначительными, если вообще замечаются. Решение любых социальных нужд является вторичным относительно получения прибыли в бизнесе. Если прибыль незначительна, услуга отзывается». В общем, Фреско критикует «кредитно-денежную систему» по классическим канонам – ни убавить, ни прибавить.

Среди прочего имеется и небольшой неклассический ньюанс: «При нашей нынешней кредитно-денежной системе частные организации тайно накапливают обширные полезные знания вместо того, чтобы делиться ими с населением планеты». На наш взгляд это одна из наиболее опасных тенденций современного капиталистического общества. Все исследования в области генной инженерии, геронтологии должны быть запрещены, пока общество находится в отчужденном состоянии. Но разве можно что-то запретить Хозяевам планеты? Разве можно взять хоть что-то под контроль в обществе, которое само находится под тотальным контролем? Все это может плохо закончиться и мы еще поговорим об этом.

Какую альтернативу предлагает Проект Венера?

«Мир без политики, нищеты и войн»

Среди целей и задач «проекта» Жак Фреско перечисляет следующие:

объявление мировых ресурсов общим наследием всего человечества;

отказ от искусственных границ, в настоящее время условно разделяющих людей;

замещение основанных на кредитно-денежных отношениях националистических экономических систем ресурсо-ориентированной мировой экономикой;

• помощь в стабилизации численности мирового населения через образование и добровольный контроль рождаемости;

• рекультивация и возрождение окружающей среды до максимально возможного естественного состояния;

• перепроектирование городов, систем транспортировки, сельскохозяйственных секторов и промышленных предприятий таким образом, чтобы они стали энергосберегающими, чистыми и были в состоянии удовлетворять потребности всех людей;

постепенное вытеснение корпоративных предприятий и правительств (местных, национальных или надгосударственных) как средства социального управления;

• совместное использование и применение новых технологий в пользу всех стран;

• разработка и использование экологически чистых возобновляемых источников энергии;

производство продуктов высшего качества для людей всего мира;

• требование предварительного изучения воздействия на окружающую среду любых крупномасштабных проектов до начала их реализации;

• поощрение самого широкого диапазона творческого потенциала людей и стимулирование конструктивной деятельности;

• преодоление национализма, фанатизма и предрассудков через образование;

устранение технического или любого другого рода элитизма;

• разработка методологий посредством тщательного исследования, а не за счет случайных мнений;

• усовершенствование методов общения в школах с тем, чтобы наш язык был более адекватен по отношению к физическим условиям окружающего нас мира;

• не только обеспечение человека всем необходимым для жизни, но и постановка задач, которые стимулируют умственную деятельность, подчеркивают индивидуальность, а не однородность;

• и, наконец, интеллектуальная и эмоциональная подготовка людей к изменениям и проблемам, ожидающим нас в будущем.

Круто, да? Выделенные нами курсивом пункты напрямую бьют по таким исторически-глобальным вещам как частная собственность, товарно-денежные отношения и отчуждение. «Проект» максимально радикален, и эта радикальность в нем представлена как безусловная необходимость, поскольку «попытки найти решения монументальных проблем в рамках нынешнего общества будут подобны латанию тришкина кафтана, продлевающему жизнь устаревшей системы». Совершенно верно, extreme conditions demand extreme responses, и социально-экономические преобразования в точке бифуркации, к которой мы подходим все ближе, не могут не быть радикальными. «Проект» существует на острие истории и поэтому он радикален. Так и должно быть.

По поводу частностей программы Проекта Венера мы поговорим в других статьях, а сейчас перейдем к, пожалуй, самой животрепещущей теме. Теме, которая поднимается всегда и везде, теме, которая заставляет даже согласно кивающих людей оставаться равнодушными к идеям Фреско и его сторонников.

Проблема перехода

Все хорошо, все замечательно, говорят люди, но каким образом можно воплотить все эти прекрасные мечты в жизнь?

Фреско прекрасно понимает, что любые социальные изменения затрагивают чьи-либо материальные интересы и, как правило, это интересы господствующей в данной системе прослойки людей. Если «решения на уровне страны принимаются крупнейшими корпорациями, финансовыми кругами, самыми богатыми личностями и представителями военно-промышленного комплекса», то уж тем более никто не даст и близко подойти к фундаменту планетарной системы, просуществовашей несколько тысячелетий.

Ну, и? С одной стороны, Жак, во многом вопреки самому себе, говорит о том, что «благоразумие и доброжелательность отдельных людей еще никогда не приводила к значительным социальным переменам. Убеждение в том, что ценности человека можно изменить, просто проведя с ним рассудительную беседу, крайне далеко от действительности», с другой – Проект Венера не только не является революционным, но, как говорит тот же Жак, не призван даже «саботировать» институты «системы свободного предпринимательства». Именно здесь «проект» в глазах людей превращается в коммуну утопистов-мечтателей. Хотя, ради справедливости, нужно сказать, что и революционность «проекта» не спасла бы его от этой участи. Слово «революция» не способно вызвать в современном мире ничего, кроме смеха.

Пока, как ни крути, «проект» остается, так сказать, морально-просветительским манифестом. Попыткой уговорить и показать пример тем, кого не надо уговаривать, но кто не может последовать этому примеру.

«Самый эффективный способ внедрить изменения — с помощью международных СМИ, семинаров и собраний по обмену опытом на начальной стадии проектирования.

…Так как все новые идеи проходят этапы созревания и развития, мы надеемся, что наш экспериментальный Город Будущего постепенно получит признание, доказав, что является успешным, мирным и приятным местом для жизни. Развиваясь и завоевывая признание, новые сообщества постепенно обеспечат фундамент для нового общества, которое придет эволюционным, а не революционным путем».

На фоне веры в «самый эффективный способ внедрить изменения» совсем пессимистично - и трезво – звучат слова: «решение наших проблем не возникнет благодаря применению разума или логики, ибо мир, в котором мы живем, не является ни разумным, ни логичным. История не знает ни одного общества, которое намеренно или сознательно изменило бы собственную культуру, дабы привести ее в соответствие с меняющимися временами».

Мы думаем, в конце концов, Фреско ставил на то, на что ставим и мы: коллапс и катастрофа, в процессе преодоления которой мы выйдем на новые горизонты. «Действительные социальные изменения наступают, когда условия жизни ухудшаются настолько, что правительства, политики и социальные институты больше не пользуются поддержкой и доверием людей. То, что срабатывало раньше, более не является существенным или приемлемым. Только при хорошей информированности общественности или значительных тяготах возможно ввести новое социальное устройство». – Жак, не удержался и снова вставил сюда «хорошую информированность общественности». Никто не даст этой общественности ничего сделать, ничего изменить ни при ее хорошей, ни при ее плохой «информированности».

«Если в нашей системе все, включая экологические и социальные проблемы, останется неизменным, мы придем к экономическому и социальному коллапсу нашей отжившей кредитно-денежной и политической систем».

«Весьма вероятно, понадобится экономическая катастрофа, результатом которой станут невероятные человеческие страдания, и лишь тогда общественные преобразования приобретут радикальный характер. К сожалению, никто не может гарантировать, что эти преобразования будут благотворными».

Сказанное в последней фразе волнует и нас. Сейчас ничто не гарантированно. «Элита» сегодня не просто господствует на планете, она учится контролировать ход истории. И у нее есть как минимум два варианта застолбить за собой эту планету навечно: 1) не допустить катастрофы, способной свернуть шею ей самой и 2) при провале первого варианта вырулить мировое сообщество в нужном ей направлении. В обоих случаях нас ждет позорный и страшный финал.

Что же нам остается делать здесь и сейчас? Ждать. Ждать и пытаться сохранить человеческое, разумное, вменяемое в людях. Сохранить для того, чтобы в нужный момент понимать как и во имя чего действовать. Для того, чтобы в нужный момент остались те, кто способен действовать. Пусть это будет некое «проектирование», некая просветительская деятельность, «информирование» общества о положении вещей. Но надо понимать, что эта деятельность совсем и ни разу не является не только эффективным, но и каким-либо способом «внедрить изменения» вообще. Ждать, как в известном фильме Гибсона шотландцы ждали конницу англичан.

Утопия или нечто большее?

Нечто большее.

Мы думаем, Фреско не ошибается - с технической точки зрения (ресурсы, технологии, знания) все предложения и разработки участников Проекта Венера абсолютно реализуемы. Дело даже не в этом. И даже не в том, вырастет ли наше возможное будущее из этого «проекта» или каким-то иным образом. Если у нас будет будущее, то оно будет примерно таким. В отличие от предшествующих «утопий» Проект Венера является прямым и непосредственным отблеском нашего возможного будущего. У нас нет в этом никаких сомнений.

На протяжении столетий история издевалась над нашими утопическими мечтаниями и помыслами и вот теперь, когда мы сами смеемся и издеваемся над своими утопиями, история требует утопии. Вообще, в нашей ситуации понятие «утопии» теряет смысл. Либо «утопия», либо смерть, и Жак дал всем нам, как минимум, надежду.