;
СОДЕРЖАНИЕ
1. Англия. Парламентские выборы 1918 года. Борьба трудящихся в 1919 г. Образование Коммунистической партии. Советы действия. Борьба английских рабочих против наступления капитала. Британские доминионы. Канада. Южно-Африканский Союз. Австралия. Англо-ирландская война. Создание Ирландского государства. Падение кабинета Ллойд-Джорджа. Консерваторы у власти. 2. Франция. Франция после мировой войны. Революционный подъем в 1918—1920 гг. Образование Французской коммунистической партии. Внутренняя и внешняя политика правительства «национального блока». 3. Соединенные Штаты Америки. Обогащение американских монополий. Борьба народных масс в защиту Советской страны. Рабочее движение в 1919 г. Образование Коммунистической партии. Президентские выборы 1920 г. Экономический кризис и обострение внутреннего положения в стране. Внешняя политика. 4. Япония. Укрепление позиций монополистического капитала. Революционный подъем в 1918—1919 гг. Внешняя и внутренняя политика правительства Хара. Экономический кризис 1920 г. и его последствия. Образование Коммунистической партии. Революционное движение в 1922—1923 гг.

АНГЛИЯ, ФРАНЦИЯ, СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ
И ЯПОНИЯ В ПЕРИОД РЕВОЛЮЦИОННОГО ПОДЪЕМА

Четыре империалистические державы — Англия, Франция, Соединенные Штаты Америки и Япония — извлекли наибольшие выгоды из мировой войны 1914—1918 гг. Однако и в этих странах правящие классы оказались перед лицом резко усилившегося революционного движения. Размах и глубина его, а также результаты были различными в зависимости от конкретных экономических и политических условий, сложившихся в каждой из них.

1. Англия.

В результате мировой войны Англия получила новые колониальные владения. Ее наиболее опасный конкурент — Германия была разбита. Тем не менее английская послевоенная экономика испытывала серьезные трудности.

За годы войны страна потеряла треть своего национального богатства. Государственный долг возрос с 650 млн. ф. ст. в 1914 г. до 7829 млн. в 1919 г. Задолженность Соединенным Штатам составила 850 млн. ф. ст. На погашение долга шла значительная часть государственного бюджета, что влекло за собой увеличение налогов, в особенности косвенных, инфляцию, дороговизну.

Сразу после войны благодаря усиленному спросу на предметы широкого потребления и предпринятым восстановительным работам наметился кратковременный подъем в промышленности. Он продолжался не долго — с весны 1919 г. до лета 1920 г., затем сменился кризисом. Но даже в период этого подъема английский экспорт был намного меньше довоенного: в 1919 г. — на 45%, в 1920 г. — на 30%. Соединенные Штаты сильно потеснили Англию на рынках Центральной и Южной Америки, в британских доминионах и на Дальнем Востоке. На экспорте Англии отрицательно отразились и другие факторы: ускоренное развитие промышленности Канады и Австралии, отпадение рынка России вследствие интервенции.

Усилился процесс капиталистической монополизации. Машиностроительная компания «Виккерс» к 1922 г. контролировала более 90 фирм; 30 из них были приобретены преимущественно к концу войны и в два первых послевоенных года. Компания «Левер бразерс» контролировала в 1913 г. 40 фирм, а в 1921 г. — уже 160. В 1916 г. возникло крупнейшее объединение монополистов — Федерация британской промышленности; к 1920 г. в нее входили фирмы с числом рабочих, составлявшим третью часть всех рабочих в стране, и с капиталом, превышавшим капитал всех английских компаний до войны. Одной из ее главных целей было дальнейшее подчинение правительства и государственного аппарата монополистическому капиталу.

Жизненный уровень большинства рабочих оставался ниже довоенного, тогда как прибыли монополий не уменьшались. Рост эксплуатации и влияние Октябрьской социалистической революции резко обостряли классовую борьбу английских рабочих. В колониях и зависимых от Англии странах усиливалось национально-освободительное движение.

Парламентские выборы 1918 года

Компьеньское перемирие, завершившее победоносную для Англии войну, укрепило позиции правящих кругов, но не устранило их страх перед нараставшим революционным движением. Торопясь консолидировать свои силы, они решили поскорее провести перевыборы парламента — до отмены военного положения и пока большинство солдат находилось еще в армии.

Эти парламентские выборы, известные как выборы «хаки», или «выборы по команде», состоялись 14 декабря 1918 г. Либералы и консерваторы образовали блок. Избирательный манифест, подписанный лидером либеральной партии Ллойд-Джорджем и лидером консервативной партии Бонар-Лоу, был полон демагогии. Блок обещал: заключить справедливый и длительный мир, который навсегда устранит возможность новой войны, обеспечить бывших солдат работой, предоставить им на выгодных условиях земельные участки, расширить жилищное строительство, всемерно способствовать развитию сельского хозяйства, не допустить снижения заработной платы и т. д. В день выборов Ллойд-Джордж высказался и за отмену воинской повинности. Вся агитация имела целью посеять в народных массах надежды на лучшее будущее. Широкое распространение получила крылатая фраза, брошенная Ллойд-Джорджем: «Сделать страну достойной своих героев, возвращающихся с полей сражений». К обещаниям реформ присоединялись лозунги воинствующего шовинизма: «Немцы за все заплатят!», «Мы выжмем из Германии все, как из лимона, и более того!».

За несколько дней до начала избирательной кампании лейбористские лидеры под давлением рядовых членов партии вышли из правительственной коалиции, в которой они состояли в течение почти всей войны, и выступили на выборах со своей программой — «Призыв лейбористской партии к народу». В ней содержались заверения, что в случае своего прихода к власти лейбористы добьются немедленного вывода интервенционистских войск из России, национализации земли, железных дорог и ведущих отраслей промышленности, постройки миллиона новых квартир для трудящихся, свободы для Ирландии и Индии и т. д.

В результате выборов консервативно-либеральная коалиция получила подавляющее большинство в парламенте — 484 места из 707. На долю либералов группы Ллойд-Джорджа досталось 136 мандатов; 338 мандатов принадлежали консерваторам, которые таким образом заняли в коалиции ведущее место. Коалицию поддержали также 10 депутатов других партий. Лейбористская партия провела в парламент 59 депутатов, а либералы группы Асквита — противники коалиции с консерваторами — получили 27 мест. 73 депутата-республиканца из числа избранных в Ирландии отказались участвовать в английском парламенте.

Выборы обнаружили большой упадок либеральной партии. Стоявшая до этого у власти почти сто лет (с небольшими перерывами), она потеряла на выборах 1918 г. около сотни депутатских мест и к тому же распалась на две враждующие группы. При господстве монополий, обострении конкурентной борьбы между капиталистическими странами, усиленииклассовых противоречий либерализм с его принципами «свободной торговли», невмешательства государства в дела частного капитала утратил для буржуазии свое прежнее значение. Многие либералы перешли в консервативную партию, другие — в лейбористскую, видя в ней партию, которая, как они говорили, «обеспечивает развитие либеральной идеи». Либералы отныне перестали быть одной из двух основных партий, уступив это место лейбористам.

Лейбористы одержали на выборах значительную победу, собрав около 2400 тыс. голосов, главным образом потому, что они объявили себя приверженцами социализма. Новый устав лейбористской партии, принятый в 1918 г., ставил перед ней цель — «обеспечить работникам физического и умственного труда полный продукт их труда» и выдвигал принцип перехода к общественной собственности. Устав вводил индивидуальное членство наряду с коллективным, существовавшим до тех пор. Утвержденная в том же году программа носила на себе следы фабианского социализма, являясь оппортунистической проповедью социального мира.

Несмотря на то что консерваторы располагали в коалиции большинством, министерские портфели в новом правительстве были распределены поровну между обеими коалиционными партиями, а пост премьер-министра занял лидер либералов Ллойд-Джордж. В сложной послевоенной обстановке консерваторы предпочитали, чтобы кабинетом руководил этот мастер социальной демагогии.

В состав правительства Ллойд-Джорджа вошли известные деятели консервативной партии: Остин Чемберлен (министр финансов), лорд Керзон (министр иностранных дел), Уинстон Черчилль (военный министр). Вместе с либералами они стремились навязать народам империалистический мир, покончить с Советской Республикой, с революционным движением в стране и в империи.

Борьба трудящихся в 1919 г.

Новое правительство Ллойд-Джорджа сразу же столкнулось с небывалым ранее в Англии широким рабочим движением, а также с революционными выступлениями в армии, иногда приобретавшими массовый характер и свидетельствовавшими о расшатывании государственного аппарата. В январе 1919 г. восстали 10 тыс. солдат в Фолкстоне, 2 тыс. — в Дувре и около 60 тыс. — в других военных лагерях в Англии. Волнения происходили и среди солдат английских частей, находившихся в России, Франции, Египте. В конце января 1919 г. восстали английские солдаты на станции Кандалакша Мурманской железной дороги, в феврале — в самом Мурманске и несколько позднее — в Архангельске. Матросы флагманского судна «Королева Елизавета», получившего приказ о выходе из Росита (Шотландия) в Балтийское море, заявили о своем нежелании участвовать в войне против Советской России. Революционное брожение охватило и другие корабли военно-морского флота. Волнения в армии продолжались весной и летом 1919 г. Солдатские комитеты требовали немедленной демобилизации и сами составляли демобилизационные планы. Характерным для революционного движения в армии лозунгом было также требование прекратить антисоветскую интервенцию.

Уильям Галлахер.
Фотография.

Выступления солдат и матросов заставили правительство принять срочные меры. Оно увеличило жалованье военнослужащим, ускорило демобилизацию. В течение 1919 г. было демобилизовано почти 4 млн. солдат. Поражения, нанесенные Красной Армией интервентам, волнения в их войсках и выступления английских трудящихся против интервенции вынудили правительство весной 1919 г. заявить о намерении вывести английские войска из России.

В рабочее движение втягивались огромные массы. В 1919 г. в стачечной борьбе участвовало более 2,5 млн. человек; промышленность ежедневно теряла в среднем около 100 тыс. рабочих дней. С необычайной быстротой росли тред-юнионы. В 1914 г. число их членов составляло 4143 тыс. человек, в начале 1919 г. — уже 6533 тыс., к концу 1920 г. — 8328 тыс. Одновременно происходил процесс слияния отдельных тред-юнионов.

В конце января 1919 г. забастовали 100 тыс. рабочих промышленного района Клайда, требуя сокращения рабочей недели. Стачкой руководил комитет, одним из активных деятелей которою был У. Галлахер — организатор движения фабрично-заводских старост (шоп-стюардов) в Шотландии. Опасаясь восстания, правительство распорядилось ввести в район Клайда отборные войска, которые приступили к репрессиям против рабочих. Положение забастовщиков ухудшилось из-за предательства правых тред-юнионистских лидеров, отказавших им в финансовой помощи из касс тред-юнионов и призвавших к прекращению стачки. В итоге забастовка, которая могла бы перерасти во всеобщую, была после более чем двухнедельной упорной борьбы прекращена.

Тем временем готовилась к выступлению миллионная армия шахтеров. Движение началось снизу, по инициативе рабочих комитетов, возникших стихийно на рудниках. 14 января Федерация шахтеров на конференции в Саутпорте постановила потребовать увеличения заработной платы на 30%, введения 6-часового рабочего дня, национализации шахт и недр (без выплаты компенсации владельцам), участия рабочих в управлении шахтами, полного обеспечения демобилизованных шахтеров. После того как правительство отклонило требования рабочих, шахтеры большинством голосов постановили начать 15 марта стачку. Одновременно выдвинули свои требования железнодорожники и транспортные рабочие, состоявшие вместе с шахтерами в Тройственном союзе тред-юнионов, который связывал их соглашением о взаимной помощи.

Борьбу за свои непосредственные интересы английские пролетарии сочетали с борьбой в защиту Советской России. Шахтеры осудили антисоветскую интервенцию и потребовали немедленного вывода английских войск из России, заявив, что в противном случае договорятся с железнодорожниками и транспортными рабочими об организации всеобщей стачки.

Напуганные размахом движения, правящие круги стали маневрировать. 24 февраля парламентским актом была учреждена королевская комиссия с широкими полномочиями. Председателем ее был назначен судья Сэнки. Ллойд-Джордж обещал, что в результате работы комиссии «шахтеры получат хартию, которая будет... началом больших и важных дел». Руководители Федерации шахтеров помогли правительству: они провели решение о временной отсрочке стачки и о посылке Федерацией своих представителей в комиссию.

Буржуазная пресса, а вместе с ней и лейбористские лидеры подняли шумную кампанию вокруг комиссии Сэнки. Публиковались материалы комиссии, которые свидетельствовали о громадных прибылях шахтовладельцев, превышавших в 3—3,5 раза довоенные, о резком падении реальной заработной платы шахтеров (на 42% ниже довоенной) и крайне тяжелых и опасных условиях труда в шахтах. Эти публикации должны были показать, что комиссия «объективно» подходит к порученному ей исследованию, создать иллюзию возможности соглашения с капиталистами, а следовательно, привести рабочих к выводу о нецелесообразности стачек.

Комиссия Сэнки действовала с исключительной быстротой. Приступив к работе 3 марта, она уже 20 марта представила предварительный доклад, и в тот же день правительство объявило в палате общин, что принимает этот доклад «по духу и букве». В действительности же правительство, согласившись с двумя первыми предложениями доклада — о повышении заработной платы на 20% и сокращении рабочего дня до 7 часов,— спустя несколько месяцев отвергло включенное в окончательный текст доклада предложение о национализации шахт. Комиссия Сэнки выполнила задачу, поставленную перед ней руководящими кругами английской буржуазии. С ее помощью правительство, уступив по некоторым вопросам, обмануло рабочих и сорвало подготовлявшуюся всеобщую стачку.

При поддержке Гендерсона и других лидеров лейбористской партии правительство предприняло еще один маневр. Оно объявило о созыве Национальной промышленной конференции в составе Представителей капитала и труда, для того чтобы на ней выяснить причины недовольства рабочих.

Однако буржуазии и правым лидерам тред-юнионов не удалось остановить рост классовой борьбы. Особое место в рабочем движении заняли выступления против антисоветской политики правительства. Еще в январе 1919 г. в Лондоне состоялась национальная конференция рабочих организаций под лозунгом «Руки прочь от России!». Конференция избрала комитет для агитации и пропаганды против интервенции в Советский России. Движение охватило многие города Англии.

Сильное возмущение вспыхнуло среди рабочих всей страны в начале мая, когда стал известен циркуляр, разосланный военным министром Черчиллем старшим офицерам армии, с предложением, «срочно и секретно» сообщить, как будут вести себя войска при использовании их для установления «общественного спокойствия», помогут ли они в срыве стачек, согласятся ли отправиться за море, особенно в Советскую Россию. Из всех частей страны стали поступать в руководящие органы лейбористской партии и тред-юнионов резолюции протеста против циркуляра Черчилля. Рабочие требовали принять срочные меры к прекращению антисоветской интервенции и блокады, упразднению обязательной воинской повинности, недопущению вмешательства войск в стачечную борьбу.

Выступления рабочих за увеличение заработной платы, за уменьшение рабочего дня и против антисоветской интервенции продолжались все лето 1919 г. Бастовали 150 тыс. шахтеров Йоркшира и Южного Уэльса, текстильщики Ланкашира. Рабочие выступали также против посылки войск в Ирландию, против всяких проявлений милитаризма. В сентябре 1919 г. в Манчестере образовался Национальный комитет движения «Руки прочь от России!», поставивший своей задачей объединить широко развернувшуюся в стране кампанию против интервенции и за установление мирных отношений с Советской Россией, наладить правдивую информацию о внутренней и внешней политике Советского правительства. Программой комитета стали четыре пункта требований, сформулированные в апреле 1919 г. шахтерами: 1) отмена воинской повинности, 2) вывод английских войск из России, 3) снятие блокады Советской России и 4) освобождение из тюрем лиц, отказавшихся по убеждению от военной службы.

Деятельность Национального комитета «Руки прочь от России!» нашла отклик не только у рабочих, но также у служащих, интеллигенции и у некоторой части средних слоев буржуазии. Симпатии трудящихся Англии к Советской России, к ее внешней и внутренней политике затруднили возможность использования английских войск в антисоветской интервенции.

Одним из крупнейших выступлений английского рабочего класса в этот период была стачка железнодорожников 27 сентября — 5 октября 1919 г., проходившая под лозунгами повышения заработной платы и прекращения антисоветской интервенции. Стачка отличалась большим единодушием железнодорожников; им сочувствовали и другие рабочие. Правительство создало специальную организацию штрейкбрехеров, мобилизовало войска, подвергло преследованиям и арестам передовых рабочих. Усилиями правых лидеров тред-юнионов, в первую очередь Национального союза железнодорожников, была предотвращена стачка солидарности транспортных рабочих и шахтеров — членов Тройственного союза. Однако движение солидарности рядовых рабочих приобрело большой размах, и в конечном счете правительству пришлось заключить компромиссное соглашение с железнодорожниками.

Упорной стачечной борьбой в 1919 г. рабочие заставили буржуазию пойти на ряд уступок. 6 млн. рабочих добились повышения заработной платы и около 6,5 млн. — сокращения рабочей недели. Для демобилизованных солдат было установлено пособие на срок от 39 недель до одного года, для уволенных с военных предприятий — на полгода.

Образование Коммунистической партии

Под влиянием массового рабочего движения в стране и Великой Октябрьской социалистической революции передовые элементы английского пролетариата сделали вначале 1919 г. первые шаги к объединению разрозненных социалистических групп в Коммунистическую партию. Когда в Англию пришли известия о создании Коммунистического Интернационала, многие члены революционных организаций высказались за присоединение к нему. В мае 1919 г. Британская социалистическая партия, Социалистическая рабочая партия, Рабочая социалистическая федерация и Южно-Уэльское социалистическое общество созвали в Лондоне конференцию и приступили к переговорам о создании Коммунистической партии. Все они приветствовали Великую Октябрьскую социалистическую революцию в России, образование III Интернационала, высказывались за революционный путь освобождения пролетариата, за диктатуру рабочего класса. Но социал-демократическое наследство одних групп, «левизна» и сектантство других препятствовали объединению.

Главным предметом дискуссий между этими социалистическими группами: были вопросы о вхождении в лейбористскую партию и об участии в парламенте. Британская социалистическая партия (крупнейшая по количеству членов) состояла в лейбористской партии и высказывалась за дальнейшее пребывание в ней и за участие в парламенте. Рабочая социалистическая федерация и Южно-Уэльское социалистическое общество возражали против участия в парламенте и вхождения в лейбористскую партию. Социалистическая рабочая партия также была против вступления в лейбористскую партию. Вспоминая впоследствии об этих сектантских заблуждениях, У. Галлахер писал: «Мы считали себя «кристально чистыми» революционерами и сами уступали все руководящие посты в рабочем движении оппортунистам».

Артур Макманус.
Фотография.

Антипарламентаризм революционно настроенных рабочих объяснялся их стихийным отвращением к буржуазной государственности, к оппортунистической деятельности реакционных рабочих лидеров в парламенте. С ростом рабочего движения эта «левизна», сложившаяся в значительной мере под влиянием анархо-синдикалистских идей, непонимания значения партии для борьбы рабочего класса, становилась опасным препятствием на пути объединения боевых сил английских рабочих.

Разногласия по вопросу о вхождении в лейбористскую партию привели к расколу Социалистической рабочей партии. Лучшая ее часть во главе с А. Макманусом и Т. Беллом образовала весной 1920 г. Группу коммунистического единства, поставив своей главной задачей создание Коммунистической партии. Рабочая социалистическая федерация, упорно отстаивая свой антипарламентаризм, отказалась от переговоров относительно объединения и организовала в июне 1920 г . самостоятельную Коммунистическую партию (Британскую секцию III Интернационала).

Несмотря на все эти трудности, английские коммунисты сумели в основном преодолеть существовавший среди них разброд. Огромное значение имели письма В. И. Ленина английским коммунистам, представителям различных групп английского революционного движения и в особенности его труд «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», в котором он дал ясный ответ на вопросы, являвшиеся предметом разногласий между революционными группами и мешавшие их объединению в единую Коммунистическую партию.

31 июля — 1 августа 1920 г. состоялся Учредительный съезд Коммунистической партии Великобритании. На нем присутствовали 152 делегата от различных коммунистических групп. Они еще недостаточно четко представляли себе принципы построения революционной партии нового типа, но все же главное было достигнуто — образовалась Коммунистическая партия, что явилось весьма важным событием в рабочем движении Англии. На съезде было принято решение издавать еженедельный орган партии, журнал «Коммунист». Первый номер вышел 5 августа; тираж достигал 60 тыс. экземпляров. Коммунистические журналы, газеты левого направления, какой была тогда, например, «Дейли Геральд» («Ежедневный вестник»), пользовались популярностью и поддерживались рабочими.

Тотчас после Учредительного съезда и в соответствии с его решением Коммунистическая партия Великобритании подала заявление о приеме в лейбористскую партию, но Исполнительный комитет последней ответил отказом.

На II съезде Коммунистической партии Великобритании в конце января 1921 г. в Лидсе к ней присоединились действовавшая в Шотландии Коммунистическая рабочая партия, Коммунистическая партия (Британская секция III Интернационала) и другие коммунистические группы. Вскоре было достигнуто соглашение между Коммунистической партией и руководителями движения шоп-стюардов о тесном сотрудничестве, а спустя еще некоторое время в Коммунистическую партию влилось левое крыло Независимой рабочей партии.

Советы действия

Новое нападение империалистов на Советскую Россию весной 1920 г. вызвало в английском пролетариате взрыв возмущения. В день 1 Мая сотни тысяч рабочих демонстрировали под лозунгом мира с Советской Россией. «Россию рабочих и крестьян блокируют потому, что наш класс, рабочий класс, там у власти», — говорилось в первомайских листовках, выпущенных Национальным комитетом «Руки прочь от России!». 10 мая, в день получения известия о захвате Киева белополяками, лондонские докеры отказались грузить судно «Джолли Джордж», на котором они обнаружили оружие, предназначенное для Польши. Выступление докеров усилило волну массового движения против антисоветской интервенции, вскрыв участие правительства Ллойд-Джорджа в организации нападения буржуазно-помещичьей Польши на Советскую Республику.

Первомайская демонстрация в Лондоне.
Фотография. 1820 г.

В период успешного контрнаступления Красной Армии, когда империалисты призывали оказать буржуазно-помещичьей Польше немедленную поддержку против «большевизма», а английское правительство ультимативно требовало от Советского правительства прекращения наступления, угрожая в противном случае вооруженным вмешательством, — вся трудовая Англия решительно и единодушно заявила свой протест против антисоветской политики правящих кругов. 6 августа (через три дня после посылки Керзоном ультиматума Советскому правительству) в Лондоне и по всей стране состоялись сотни рабочих собраний, на которых выдвигались требования безотлагательно созвать Исполнительный и парламентский комитеты лейбористской партии и конгресса тред-юнионов для выработки немедленных мер в защиту Советской России. При ближайшем участии Коммунистической партии возникли боевые центры рабочих — Советы действия. Они комплектовались из представителей местных рабочих организаций или избирались на общих собраниях трудящихся; некоторые из них возглавлялись коммунистами.

Растущая активность масс и политический кризис, созданный движением протеста против интервенции, заставили лейбористских лидеров присоединиться к движению, чтобы удержать его под своим руководством. 9 августа на конференции парламентского комитета конгресса тред-юнионов, Исполнительного комитета лейбористской партии и ее парламентской фракции был создан Национальный совет действия, в который вошло по пять представителей от каждой из этих организаций, коммунистов в него не допустили. Национальная конференция, созванная этим советом 13 августа, предъявила правительству «рабочий ультиматум», который объявлял интервенцию преступлением перед человечеством и предупреждал, что в стране вспыхнет всеобщая забастовка, если правительство не откажется от задуманной военной авантюры. Под давлением развернувшегося массового движения правительство было вынуждено воздержаться от открытого вооруженного выступления против Советской России.

После провала похода буржуазно-помещичьей Польши и Врангеля на Советскую Россию правительство Ллойд-Джорджа возобновило переговоры с Советским правительством и подписало с ним 16 марта 1921 г. торговое соглашение.

Борьба английских рабочих против наступления капитала

В середине 1920 г. в Англии начался экономический кризис. Индекс промышленного производства упал по сравнению с 1913 г. на 32,5%. Выплавка стали сократилась более чем в два раза. В стране образовалась огромная армия безработных: среди 12 млн. застрахованных рабочих в декабре 1920 г. насчитывалось 5,8% безработных, в марте 1921 г. — 11,3%, в июне 1921 г. — 17,8%.

С самого начала кризиса буржуазия перешла в наступление на рабочий класс. Первый удар был нанесен шахтерам.

В июле 1920 г. шахтеры выдвинули требование повысить заработную плату и снизить цены на уголь. Приняв решение о стачке, они призвали других участников Тройственного союза — железнодорожников и транспортных рабочих — последовать их примеру. Однако лидеры этих тред-юнионов вопреки стремлению рабочих масс уклонились от объявления стачки солидарности и этим ослабили позиции шахтеров. Сроки стачки переносились несколько раз, требования урезывались. Стачка началась только 16 октября, а 27 октября парламент утвердил «Акт о чрезвычайных полномочиях», который предоставил правительству право объявлять чрезвычайное положение, создавать отряды штрейкбрехеров, использовать вооруженные силы против выступлений рабочего класса и т. д. Этот реакционный закон стал важным орудием буржуазии в борьбе с рабочим движением.

«Перепиши ее заново, Джордж, а именно...»
Совет действия требует, чтобы Ллойд-Джордж
отказался от ультиматума Советскому правительству.

Рисунок из американского журнала «Либерейтер». 1920 г.

Шахтерам не удалось добиться удовлетворения своих требований. 3 ноября стачка была прекращена. Временное соглашение (сроком до 31 марта 1921 г.) ставило повышение заработной платы в зависимость от определенного уровня производительности труда. Стачка обнаружила слабость Тройственного союза и поколебала среди рабочих веру в него.

24 марта 1921 г. правительство, действуя в контакте с шахтовладельцами, объявило об отмене с 31 марта 1921 г. (за пять месяцев до установленного срока) государственного контроля над угольной промышленностью, введенного во время войны. Одновременно шахтовладельцы ультимативно, под угрозой локаута потребовали от шахтеров заключить вместо общенационального порайонные соглашения (что было рассчитано на раскол в рядах шахтеров), а также принять новые тарифы, означавшие для некоторых районов снижение реальной заработной платы по сравнению с 1914 г. на 50—60%. Федерация шахтеров отвергла эти требования, и 1 апреля 1921 г. начался локаут, затронувший миллионную армию рабочих; в тот же день правительство ввело чрезвычайное положение.

Шахтеры снова обратились за поддержкой к транспортникам и железнодорожникам, но лидеры этих союзов — Томас, Бевин и др. — в день, назначенный для стачки солидарности, в пятницу 15 апреля 1921 г., заявили, что стачка отменяется. Федерация шахтеров осталась в одиночестве, лицом к лицу с хорошо организованными шахтовладельцами и правительством.

После «черной пятницы», как назвали шахтеры день 15 апреля 1921 г., борьба продолжалась еще два с половиной месяца, но в конце концов рабочие потерпели поражение. Это развязало руки буржуазии для наступления на рабочих и в других отраслях промышленности. Вслед за шахтерами потерпели поражение судостроители, механики, строители, моряки, текстильщики, железнодорожники. Всем им пришлось согласиться на снижение заработной платы. В марте 1922 г. предприниматели объявили локаут в машиностроительной промышленности и, сломив длительное сопротивление Объединенного тред-юниона машиностроителей, навязали ему свои условия. Вскоре была уменьшена наполовину заработная плата сельскохозяйственных рабочих. Спешно проведенным через парламент законом правительство упразднило гарантированные для фермеров цены на сельскохозяйственную продукцию.

Отдельные отряды пролетариата продолжали борьбу. Большую активность проявляли безработные. Под руководством Коммунистической партии возникло Национальное движение безработных, выдвинувшее лозунг: «Работа или полное обеспечение рабочих в размерах, равных ставкам заработной платы». Проводились демонстрации, голодные походы в столицу. Безработные помогали бастующим, не допуская штрейкбрехеров на заводы и фабрики, выставляя пикеты. Но рабочие организации в это время были очень ослаблены. Количество членов тред-юнионов за 1921—1923 гг. сократилось на 3 млн. человек.

Борьба рабочего класса Англии в 1918—1923 гг. не увенчалась успехом. Главными причинами этого были политическая опытность и организованность английской буржуазии, политическая незрелость английского пролетариата, разлагающее влияние тред-юнионистской идеологии. Тем не менее этот период имел огромное значение в истории Англии. Он развеял легенду о незыблемости реформистских традиций и обнаружил силу революционных тенденций в английском рабочем движении.

Британские доминионы. Канада

Доминионы (самоуправляющиеся колонии) Британской империи были в годы мировой войны важной опорой Англии, являясь поставщиками сырья и людских резервов. За это время значительно выросла экономика доминионов, окрепла национальная буржуазия, которая стала все решительнее добиваться предоставления доминионам большей самостоятельности.

К концу войны обострение классовой борьбы как в самой Англии, так и в доминионах вынудило английскую буржуазию пойти на уступки буржуазии доминионов. По инициативе Ллойд-Джорджа весной 1917 г. был создан имперский военный кабинет. В том же году на очередной имперской конференции английским правящим кругам пришлось признать за доминионами статут автономных государств Британской империи. Одновременно Ллойд-Джордж добился принятия резолюции об имперских преференциях (принцип наибольшего благоприятствования в торговле между доминионами и метрополией), призванных служить дополнительным связующим фактором внутри империи.

В послевоенный период доминионы еще больше расширили рамки своей автономии. Нередко они вели вполне самостоятельную от метрополии политику, хотя общность классовых интересов в борьбе с растущим революционным движением, а также взаимные экономические, и в особенности финансовые, связи побуждали и буржуазию доминионов и английскую буржуазию к компромиссам с целью сохранения сложившихся форм имперских отношений.

Наиболее развитым из британских доминионов была Канада. После окончания войны здесь развернулось, в значительной степени под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции, сильное рабочее и фермерское движение. Канадские рабочие и фермерская беднота встретили победу пролетариата в России с огромным энтузиазмом. По всей стране прошли митинги и демонстрации солидарности с трудящимися России, был начат сбор денег для оказания помощи русской революции.

Между тем правительство консерватора Р. Бордена с готовностью включило канадские войска в состав английского экспедиционного корпуса, действовавшего на Советском Севере, и выделило 5 тыс. солдат для участия в интервенции на Советском Дальнем Востоке. Интервенционистская политика правительства вызвала глубокое возмущение трудящихся. В марте 1919 г. конференция рабочих организаций Западной Канады в г. Калгари (провинция Альберта), единодушно одобрив принципы диктатуры пролетариата и провозгласив социализм конечной целью канадского рабочего движения, заявила о солидарности канадских рабочих с рабочими Советской России. Конференция направила приветствие Ленину, Советскому правительству и Красной Армий. Одновременно она послала канадскому правительству телеграмму, в которой требовала, чтобы союзники немедленно вывели с территории Советской России все свои вооруженные силы. В резолюции конференции было указано, что, если канадское правительство не выведет свои войска из Советской России, будет объявлена всеобщая стачка.

В результате кампании протеста часть канадских войск, предназначенных для посылки в Россию, осталась в Канаде. Среди канадских солдат, направленных в Советскую Россию, началось революционное брожение. В стране высоко поднялась волна стачечного движения. Если за 1914—1916 гг. было зарегистрировано всего 244 забастовки, то в одном только 1918 г. их было уже 230, а в 1919 г. — 336.

Ярким свидетельством возросшей активности рабочего класса явилась забастовка в г. Виннипеге в мае—июне 1919 г. рабочих-металлистов, которые требовали повышения заработной платы и установления 8-часового рабочего дня, поддержали рабочие и служащие других отраслей, и забастовка стала всеобщей. В течение почти полутора месяцев власть в городе практически принадлежала стачечному комитету. Перепуганное правительство послало в Виннипег министра труда для срыва забастовки. После того как обнаружилась безрезультатность его миссии, полиция по указанию премьер-министра арестовала руководителей забастовки и тайно вывезла их из Виннипега. Забастовка была сломлена.

Под влиянием рабочего движения активизировалось и фермерство. Не доверяя более защиту своих интересов традиционным буржуазным партиям — консервативной и либеральной, — канадские фермеры, возглавляемые организацией «Объединенные фермеры», выступили самостоятельно на выборах. В провинциях эта организация победила в 1919 г. в Онтарио, в 1921 г. — в Альберте и в Манитобе. В ходе федеральных выборов в декабре 1921 г. сложилась объединенная фермерская Прогрессивная партия. Она провела в парламент 65 депутатов. Консерваторы, которых народные массы считали основными виновниками ухудшения своего положения, потерпели поражение, сохранив за собой всего 50 мест. Либералы получили 117 мест. Фракция прогрессистов фактически держала в своих руках судьбу правительства либералов, возглавленного Макензи Кингом. Но реформистские иллюзии фермерства и капитулянтская деятельность лидеров прогрессистов имели своим результатом поглощение прогрессистов либеральной партией и утрату фермерами своего влияния на политическую жизнь страны.

Митинг бастующих рабочих в Виннипеге.
Фотография. 1919 г.

Обострение классовой борьбы, рост популярности идей социализма, вдохновляющий опыт революционной России привели наиболее передовых представителей канадского пролетариата к выводу о необходимости создать самостоятельную политическую организацию рабочего класса. Первая такая попытка была предпринята в феврале 1919 г. Полиции удалось арестовать членов Организационного комитета и разогнать подготовительную конференцию. Но уже в конце 1919 г. в Канаде возникли нелегальные ячейки Коммунистической партии Америки, а затем и Коммунистической рабочей партии Америки, образованных осенью 1919 г. в Соединенных Штатах. Огромное значение для создания в Канаде легальной массовой партии рабочего класса имели материалы конгрессов Коммунистического Интернационала. 22—23 февраля 1922 г. в Торонто состоялся Учредительный съезд, на котором левые организации рабочего класса Канады объединились в Рабочую партию (в 1924 г. она была переименована в Коммунистическую партию Канады).

В борьбе с рабочим и фермерским движением канадская буржуазия неоднократно прибегала к силе, как это было при подавлении всеобщей забастовки в Виннипеге и в других случаях. Вместе с тем правящие круги вели демагогическую пропаганду, пытаясь изобразить канадские монополии и их ставленников в правительстве выразителями и защитниками национальных интересов.

В результате мировой войны экономические позиции канадской буржуазии заметно окрепли. Одновременно усилились связи канадских монополий с монополиями Соединенных Штатов, капиталовложения которых в экономику Канады выросли с 880,7 млн. в 1914 г. до 1818,1 млн. долл. в 1919 г. В послевоенные годы экспансия американского империализма резко усилилась, и уже к концу 1922 г. американские инвестиции составили 2593 млн. долл. (49,8% всех иностранных капиталовложений), превысив английские (2464 млн. долл. — 47,3%).

Упрочение позиций канадской буржуазии и рост влияния монополистических кругов Соединенных Штатов получили отражение в имперской политике канадского правительства. Участвуя в работе Парижской мирной конференции, делегация Канады добилась для доминионов права самостоятельно подписать мирные договоры, иметь отдельное от Англии представительство в Лиге наций. В мае 1920 г. английское правительство было вынуждено согласиться на назначение Канадой своего посланника в Соединенные Штаты Америки. На имперской конференции. 1921 г. премьер-министр Канады консерватор А. Мейен (в июле 1920 г. он заменил Р. Бордена, ушедшего в отставку) потребовал для доминионов решающего голоса при рассмотрении непосредственно их касающихся вопросов. Сближение между монополистами Канады и Соединенных Штатов имело одним из своих последствий возражения Мейена против возобновления англо-японского союза. После прихода к власти в 1921 г. либералов во главе с Макензи Кингом, имевшим прочные и давние связи с такими финансовыми магнатами Соединенных Штатов, как Рокфеллеры, канадское правительство в своих отношениях с Англией стало еще более неуступчивым.

На Вашингтонской конференции 1921—1922 гг. канадская делегация поддерживала не Англию, а Соединенные Штаты. Ее примеру следовали делегации других доминионов. В сентябре 1922 г. канадское правительство не поддержало правительство Ллойд-Джорджа в конфликте с Турцией, а затем отказалось подписать Лозаннский договор, ссылаясь на то, что Канада не участвовала в его подготовке. В 1923 г. Канада самостоятельно начала переговоры с Францией о торговле и с Соединенными Штатами о рыболовстве. Договор с Францией канадский представитель подписал совместно с представителем Англии, а договор с Соединенными Штатами был подписан, невзирая на протесты Англии, только канадским правительством, чем был установлен важный прецедент в имперских отношениях вообще и в англо-канадских отношениях в особенности.

На состоявшейся в октябре 1923 г. очередной имперской конференции Англия была вынуждена признать за доминионами право самостоятельно заключать договоры с иностранными государствами, а также определять в каждом отдельном случае свое участие или неучастие в международных договорах, заключенных Англией. Канада решительно выступила против проекта создания имперского экономического комитета, предложенного Англией, и добилась его отклонения.

Южно-Африканский Союз

Мировая война 1914—1918 гг. принесла огромные барыши южно-африканским золотопромышленникам. Но положение трудящихся Южно-Африканского Союза мало изменилось. Правительство, возглавляемое лидером Южно-Африканской партии, генералом Л. Бота, продолжало политику колониального угнетения коренного населения, лишенного всяких политических прав. Цветные рабочие, которых использовали только на самой тяжелой неквалифицированной работе, получали едва одну седьмую часть заработка рабочего-европейца. В то время как добыча золота непрерывно росла, развитие других отраслей промышленности шло медленно. 75% населения страны жило на доходы от сельского хозяйства. Дальнейшее развитие промышленности тормозилось крайне низкой покупательной способностью основной массы коренного населения, жившего в страшной нищете.

После окончания войны цены на золото стали быстро падать, что немедленно привело к кризису в добывающей промышленности. Когда же поздней осенью 1920 г. рухнули надежды продать основной продукт сельского хозяйства — шерсть — в Англию, которая сама переживала спад производства, кризис охватил всю экономику страны. Промышленники старались максимально снизить издержки производства за счет заработной платы рабочих — европейцев и в особенности неевропейцев: негров банту, индийцев и других.

Демонстрация бастующих шахтеров-коногонов
в Иоганнесбурге. Март 1923 г.

Фотография.

Политика безжалостной эксплуатации встречала все возрастающее сопротивление коренного населения страны. В 1919 г. возникла массовая организация «Индустриально-коммерческий союз», объединившая рабочих, крестьян, представителей национальной буржуазии и интеллигенции. Союз провел в 1919 г., впервые в истории доминиона, забастовки рабочих-африканцев и возглавил движение крестьян банту, отказывавшихся платить налоги. В 1920 г. 70 тыс. шахтеров банту объявили забастовку протеста против нечеловечески тяжелых условий труда. Отсутствие своего профсоюза и необходимой поддержки со стороны белых рабочих не дало шахтерам возможности выиграть стачку.

В начале 1922 г. забастовало более 20 тыс. рабочих-европейцев. К 6 марта забастовка стада всеобщей. Несколько дней шахты и рудники находились в руках вооруженных рабочих. Только 15 марта полиция и войска с помощью артиллерии и авиации заняли центр сопротивления горняков Фордбург (предместье Иоганнесбурга). Более 300 рабочих погибло в этом столкновении.

В 1921 г. была создана Коммунистическая партия Южной Африки — первая коммунистическая партия на африканском континенте и единственная политическая партия в Южно-Африканском Союзе, объединявшая в своих рядах рабочих и крестьян независимо от цвета кожи, боровшаяся против расовой дискриминации. Ее возникновение было подготовлено всем развитием южно-африканского рабочего движения и влиянием на него Великой Октябрьской социалистической революции в России.

Между отдельными группировками правящего класса Южно-Африканского Союза шла борьба за власть. Сразу после окончания войны Национальная партия, представлявшая бурскую буржуазию, связанную с германским капиталом, направила в Париж делегацию во главе с генералом Герцогом, которая безуспешно пыталась добиться от руководителей мирной конференции предоставления независимости бывшим бурским республикам. На парламентских выборах в марте 1920 г. националисты получили наибольшее число мест, но правительство снова сформировала Южно-Африканская партия во главе с генералом Я. Смэтсом (который стал премьер-министром в сентябре 1919 г. после смерти Бота), опиравшимся также на партию юнионистов и на «независимых». Через год, на выборах в феврале 1921 г., вопрос о принадлежности к Британской империи был основным. Южно-Африканская партия, поддержанная горнопромышленниками, одержала полную победу, получив абсолютное большинство. Смэтс вновь возглавил правительство.

В области имперских отношений правящие круги Южно-Африканского Союза стремились получить максимальные выгоды от принадлежности к Британской империи при минимальной зависимости от Англии.

Участие Южно-Африканского Союза в войне против Центральных держав было вознаграждено передачей ему мандата Лиги наций на бывшую германскую колонию — Юго-Западную Африку. Весной 1918 г., когда войска Южно-Африканского Союза закончили оккупацию этой территории, часть немецких колонистов сама покинула пределы колоний, часть была выселена, и на смену им переселились фермеры из Южно-Африканского Союза. Дискриминационные порядки в отношении коренного населения, распространенные на Юго-Западную Африку, вызвали здесь в 1922 г. восстание одного из племен коикоин (готтентотов). По приказу Смэтса против восставших были брошены войска. Селения, хотя там оставались лишь женщины и дети, обстреливались с самолетов. Восстание было потоплено в крови. Бесчеловечность властей Южно-Африканского Союза была столь очевидна, что даже комиссия Лиги наций по мандатным территориям была вынуждена осудить эти действия.

Буржуазия Южно-Африканского Союза пыталась также захватить Южную Родезию, где после окончания войны с новой силой развернулось движение европейских колонистов за самоуправление. Не желая уступить эту территорию Южно-Африканскому Союзу, английское правительство решило провести референдум среди белого населения Южной Родезии. 67% избирателей высказались за самоуправление, остальные — за присоединение к Южно-Африканскому Союзу. С 1 октября 1923 г. Южная Родезия стала самоуправляющейся колонией со своим парламентом, избираемым только европейским населением.

На имперской конференции 1921 г. Смэтс поддержал премьер-министра Канады Мейена, выступившего против продления срока действия англо-японского договора. В 1922 г. Смэтс после некоторого колебания отказался поддержать Англию и в турецком вопросе.

Австралия

За годы мировой войны австралийская экономика, в значительной степени освобожденная от иностранной конкуренции и поощряемая военными заказами Англии и самой Австралии, получила заметное развитие. Быстро росла продукция легкой, металлургической, химической, металлообрабатывающей, горнодобывающей, судостроительной промышленности, увеличивалась сеть шоссейных дорог. В сельском хозяйстве происходил процесс вытеснения мелких ферм крупными.

Окончание войны поставило перед правящими кругами Австралии проблему перестройки экономики и защиты промышленности от иностранной конкуренции. На этом пути встретились большие трудности. Уже в середине 1920 г. появились признаки надвигающегося кризиса. Спрос на австралийские товары на английском рынке быстро падал. В 1921 г. кризис парализовал многие отрасли экономики Австралии. Одновременно страну наводнили импортные промышленные товары. Ограждая интересы буржуазии, правительство У. Хьюза, лидера партии националистов, ввело в 1921 г. высокие протекционистские тарифы. В ответ иностранные монополии стали создавать предприятия в самой Австралии. В 1923 г. в результате улучшения конъюнктуры на мировом рынке и притока, иностранного капитала в экономике Австралии начался новый подъем.

Экономическое положение трудящихся после окончания войны ухудшилось. Рост цен обгонял заработную плату. Требования рабочих не находили должной поддержки среди реформистского руководства профессиональных союзов и лейбористской партии. Передовые рабочие все больше осознавали необходимость создания новой революционной пролетарской партии.

Победа Октябрьской социалистической революции всколыхнула австралийский пролетариат, способствовала широкому распространению идей социализма. 30 октября 1920 г. в Сиднее на конференции левых социалистических групп была создана Коммунистическая партия Австралии. Часть социалистов после конференции создала вторую Коммунистическую партию. В декабре 1922 г. обе партии слились, приняв новый устав и выработав программу борьбы за интересы австралийского рабочего класса.

Общее полевение трудящихся страны, рост политической сознательности рабочих, самоотверженная деятельность Коммунистической партии и усиление ее влияния заставили руководство лейбористской партии пойти на некоторые маневры. На I конгрессе профессиональных союзов, созванном в Мельбурне в июне 1921 г., было принято решение о том, что целью лейбористской партии является социализация производства и распределения. Это положение было внесено и в программу лейбористской партии на ее конференции, состоявшейся в октябре того же года в Брисбене.

Наиболее сознательная часть рабочих вела неустанную борьбу за преодоление разобщенности в рабочем движении. Конгресс профессиональных союзов в Сиднее в 1923 г. принял решение о вхождении коммунистов в лейбористскую партию, что было большим успехом в борьбе австралийских трудящихся за единство действий и явилось признанием заслуг коммунистов как защитников интересов рабочего класса Австралии.

Борьбу за свои классовые интересы вели и фермеры. Но с самого начала руководство фермерским движением захватили богатые животноводы, владельцы крупных пастбищ, банки и страховые компании, действовавшие в сельском хозяйстве. Под контролем этих кругов оказалась и Аграрная партия, возникшая в ходе предвыборной кампании 1919 г. На выборах в федеральный парламент аграрии получили 11 мест. К 1920 г. Аграрная партия имела свои организации во всех штатах Австралии.

На выборах в конце 1922 г. Аграрная партия увеличила свое представительство в федеральном парламенте до 14 депутатов. Лидеры партии националистов предложили аграриям коалицию, и 9 февраля 1923 г. сформировалось правительство во главе со Стэнли М. Брюсом и лидером Аграрной партии Эрлом Пэйджем. Деятельность этого правительства (оно оставалось у власти до октября 1929 г.) характеризовалась активной защитой интересов буржуазии, усилением протекционистских мероприятий и выдачей государственных субсидий экспортерам, а также дальнейшим наступлением на демократические права трудящихся.

В области внешней политики австралийская буржуазия использовала свою принадлежность к лагерю победителей. На Парижской мирной конференции Австралия добилась получения мандата Лиги наций на германскую Новую Гвинею, архипелаг Бисмарка и Соломоновы острова. Недовольство правящих кругов Австралии вызывала передача Японии германских владений на Тихом океане, имевших большое стратегическое значение. Ввиду этого австралийская буржуазия в отличие от канадской была за сохранение англо-японского союза, рассматривая его как гарантию против японской агрессии.

Англо-ирландская война. Создание Ирландского государства

Большой остроты достигла борьба ирландского народа за освобождение от гнета английского империализма. После поражения восстания 1916 г. национально-освободительная борьба в Ирландии не прекращалась. Ею руководила националистическая партия шинфейнеров («шинфейн» означает «мы сами»), созданная в начале XX в. умеренными буржуазными элементами, но позднее, в период восстания 1916 г. и после него, расширившая свою социальную базу за счет мелкой буржуазии и части рабочих. На созванном в октябре 1917 г. съезде партия шинфейнеров приняла программу вооруженной борьбы за независимую Ирландскую республику. Эту программу поддержали широкие слои ирландского народа, в том числе и рабочий класс. Вновь возникли вооруженные отряды волонтеров.

Весть о победе социалистической революции в России придала силы ирландскому национальному движению, способствовала вовлечению в него новых тысяч участников. Под влиянием советского Декрета о мире конгресс ирландских тред-юнионов потребовал немедленного заключения мира без аннексий и контрибуций. 23 апреля 1918 г. тред-юнионы Ирландии провели всеобщую забастовку протеста против колонизаторской политики английского правительства.

Руководство национально-освободительным движением перешло от националистов, добивавшихся для Ирландии только самоуправления (гомруля) в рамках британской империи, к более левому, республиканскому крылу ирландской буржуазии. В декабре 1918 г. ирландские республиканцы одержали победу на выборах в английский парламент. Они получили 73 места из 105, предоставленных Ирландии, а так называемые гомрулеры — всего 7. Избранные в парламент республиканцы отказались заседать в нем. 21 января 1919 г. они собрались в Дублине, объявили себя полномочным парламентом Ирландии, приняли декларацию о независимости страны и потребовали немедленного вывода английских войск. Одновременно сформировалось Временное республиканское правительство. Президентом республики был избран лидер шинфейнеров Де-Валера. Он же возглавлял организацию волонтеров, преобразованную в Ирландскую республиканскую армию. В графствах и городах явочным порядком создавались местные органы власти, суды, республиканская полиция.

Крупная ирландская буржуазия отказалась признать республику, и фракция гомрулеров продолжала заседать в английской палате общин, добиваясь предоставления Ирландии автономии.

Английское правительство попыталось силой уничтожить Ирландскую республику. В дополнение к находившейся здесь 50-тысячной регулярной армии оно прислало специальные части из деклассированных элементов, а также вспомогательные отряды из отставных офицеров и демобилизованных солдат; в общей сложности английские вооруженные силы в Ирландии вместе с полицией насчитывали до 200 тыс. человек. Объявленное с конца 1920 г. военное положение отдавало страну целиком в распоряжение английских военных властей. Бойцов Республиканской армии расстреливали без суда. За снабжение республиканских отрядов продуктами грозила смертная казнь. Комиссия лейбористской партии и тред-юнионов Англии, приезжавшая в конце 1920 г. обследовать положение в Ирландии, установила, что английская армия применяла террористические меры против мирного населения, разрушала ирландские предприятия, сжигала жилища фермеров, грабила и убивала жителей.

Разгон демонстрации в Дублине.
Фотография. 1919 г.

На террор и зверства английских колонизаторов ирландский народ ответил усилением партизанской борьбы. Она охватила всю юго-западную часть страны. Отряды Ирландской республиканской армии нападали на английские патрули, казармы, захватывали склады с оружием. Дороги, ведущие в глубь страны, были перерезаны. Население отказывалось подчиняться распоряжениям английских властей, снабжало Ирландскую республиканскую армию, прятало раненых бойцов, поддерживало связь между отрядами. Рабочие, входившие в Транспортный союз, прекратили обслуживание английских войск, докеры не разгружали и не грузили английские суда. В ряде промышленных центров бастовали рабочие всех предприятий.

29 июня 1920 г. дублинский парламент принял решение об установлении дипломатических отношений с рядом государств, в том числе с Советской Россией. Ирландское правительство требовало допустить его представителей на Парижскую мирную конференцию.

В самой Англии нарастал мощный протест против империалистической политики правительства. Английские рабочие требовали немедленного прекращения войны в Ирландии и вывода оттуда английских войск. Железнодорожники отказывались грузить оружие, направляемое в Ирландию. Конференция шоп-стюардов в январе 1920 г. заявила о солидарности с ирландским народом. Конгресс английских тред-юнионов в июле 1920 г. принял резолюцию, угрожавшую всеобщей стачкой, «если правительство... не прекратит производства оружия для использования в Ирландии...».

В английских правящих кругах не было единства по вопросу об Ирландии. Наиболее реакционные элементы настаивали на применении еще более жестоких карательных мер и на дальнейшем увеличении английской армии в Ирландии. Другая, более дальновидная часть английской буржуазии считала, что необходимо сделать некоторые уступки, чтобы закончить войну.

Энергичный отпор ирландского народа английским колонизаторам, успешные действия Ирландской республиканской армии, а также помощь мировой демократической общественности (в частности, движение среди ирландских иммигрантов в Соединенных Штатах Америки), — все это заставило английское правительство летом 1921 г. предложить президенту Де-Валера начать переговоры. 10 июля было подписано перемирие, и ирландская делегация прибыла в Лондон. После долгих и трудных переговоров, в ходе которых Ллойд-Джордж грозил «еще более кровавой войной», 6 декабря 1921 г. был заключен англо-ирландский договор. Он предусматривал создание доминиона Британской империи под названием «Ирландское свободное государство». Шесть северо-восточных графств (Ольстер), составлявших наиболее развитую в промышленном отношении часть Ирландии, отторгались от нее и оставались в пределах Великобритании. Английское правительство сохраняло в новом доминионе свои военные и военно-морские базы. Ирландские крестьяне должны были по-прежнему вносить в английскую казну выкупные платежи за землю.

Заключение договора вызвало раскол в ирландских политических кругах и армии. Крупная буржуазия одобрила этот договор, так как он обеспечивал ей политическую власть и сохранение деловых связей с английской метрополией. Левое крыло шинфейнеров во главе с Де-Валера отказалось признать его — главным образом из-за пункта об Ольстере. В парламенте Ирландии 64 депутата голосовали за утверждение договора и 57 — против. Депутаты, поддержавшие договор, образовали правительство во главе с Гриффитом (президент) и Коллинзом (премьер), которое начало срочно формировать новые воинские части. Это правительство опиралось на зажиточных фермеров, на крупную и среднюю буржуазию, а также и на английские правящие круги, толкавшие его на вооруженную борьбу против левых шинфейнеров-республиканцев.

28 июня 1922 г. войска правительства Гриффита обстреляли дублинскую крепость, в которой находились отряды Республиканской армии. Началась гражданская война. Военные действия охватили почти всю страну. Борьба велась с большим ожесточением. В Дублине бои продолжались несколько дней. Республиканцы во главе с Де-Валера находили поддержку у рабочих, мелких фермеров, батраков, значительной части мелкой буржуазии города. Но они не выдвинули лозунгов, способных привлечь к ним широкие массы крестьянского населения и обеспечить поддержку всего рабочего класса. Вопрос о земле остался нерешенным; ни одно из рабочих требований также не нашло отражения в их программе. К весне 1923 г. Республиканская армия истощила свои силы. Не хватало людей, оружия. Более 11 тыс. бойцов находилось в тюрьмах. Народ, измученный непрерывной семилетней войной, хотел мира. 30 апреля 1923 г. республиканское правительство Де-Валера объявило о прекращении военных действий и распустило свою армию.

Таким образом, революционная национально-освободительная война ирландского народа, хотя и заставила Англию пойти на создание Ирландского свободного государства, не достигла всех своих целей. Ирландия была расчленена, ирландское государство осталось в рамках Британской империи, и английская буржуазия в значительной степени сохранила в нем свои экономические позиции.

Падение кабинета Ллойд-Джорджа. Консерваторы у власти

К 1922 г. возглавляемое Ллойд-Джорджем коалиционное правительство обнаружило полное банкротство своей политики. Правящим кругам Англии пришлось признать крах антисоветской интервенции. Национально-освободительная борьба против английского империализма разгорелась не только в Ирландии, но и в других частях Британской империи, в особенности в Египте и Индии. Рушились планы закабаления Афганистана, Ирана, Турции. Победа турецких националистов над империалистической интервенцией, одержанная осенью 1922 г., заставила державы Антанты подписать с Турцией перемирие, означавшее окончательный отказ от Севрского договора — одного из главных «достижений» послевоенной политики Ллойд-Джорджа.

Неудачи, постигшие правительство Ллойд-Джорджа во внешней политике, а также внутренние экономические и политические затруднения привели к тому, что внутри консервативной партии усилилось влияние противников коалиции с либералами. Осенью 1922 г. в связи с предстоявшими выборами в парламент этот вопрос приобрел особую остроту. Противники коалиции считали, что теперь, когда революционный подъем в стране закончился, консерваторы смогут управлять страной одни, возвратиться к практике однопартийного правительства. Они хотели дальнейшего наступления на рабочий класс, политики «твердой руки». 19 октября 1922 г. собрание консервативной партии постановило больше не поддерживать коалицию. В тот же день правительство Ллойд-Джорджа подало в отставку.

Поход английских безработных в Лондон.
Фотография. 1923 г.

Сформированное 24 октября консервативное правительство распустило парламент и назначило на 15 ноября парламентские выборы. На выборах все партии выступали самостоятельно. Консерваторы получили 347 мест: либералы группы Асквита — 60 мест; либералы группы Ллойд-Джорджа — 57; значительный успех имела лейбористская партия, которая получила 142 места.

К власти пришел консервативный кабинет; его возглавил Эндрью Бонар-Лоу, а после его отставки в мае 1923 г. — Стэнли Болдуин. Лейбористская партия заняла место официальной оппозиции. Лидером парламентской фракции лейбористов был избран Рамзей Макдональд.

Консервативное правительство намечало планы возвращения к «стабильности»: введение протекционистских пошлин, восстановление мирового финансового первенства Лондона, «спасение» Европы, и в первую очередь Германии, от революционных потрясений. В 1923 г. английские империалисты попытались возобновить политику военной интервенции против Советского государства. Ультиматум, предъявленный лордом Керзоном 8 мая 1923 г., выдвигал против Советского правительства ряд необоснованных, ложных обвинений и содержал угрозу разрыва торгового соглашения между Англией и Советским Союзом. Советская страна отвергла этот ультиматум. Большое возмущение вызвал он и у трудящихся Англии. Очередной натиск английских империалистов на Советский Союз провалился.

Пробыв у власти немногим больше года, правительство Болдуина распустило парламент и назначило новые выборы под лозунгом введения протекционистских пошлин. Но на выборах, состоявшихся 6 декабря 1923 г., консерваторы потерпели поражение. Наиболее важными причинами этого были недовольство народных масс антисоветской политикой консерваторов и отрицательное отношение к протекционизму. К власти пришло впервые в истории Англии лейбористское правительство. Его возглавил Р. Макдональд.

2. Франция.

Франция после мировой войны

Победа в империалистической войне 1914—1918 гг. дорого обошлась Франции. Материальные потери, по официальным данным, достигли 200 млрд. франков. За годы войны было разрушено или повреждено около 10 тыс. предприятий и затоплено 200 шахт. 900 тыс. жилых сооружений были полностью уничтожены или приведены в непригодное состояние. Особенно большим разрушениям подверглись десять северных промышленных департаментов, которые давали до войны 80% всего производства чугуна, 60% стали, 50% угля, 90% льняных и 30% хлопчатобумажных тканей. Война подорвала и сельское хозяйство. Большие затраты и усилия требовались для того, чтобы земля стала вновь пригодной для обработки. До двух миллионов гектаров земли было изрыто траншеями, покрыто воронками от снарядов и мин. Объем сельскохозяйственной продукции составлял в 1919 г. две трети довоенной.

В то время как народ испытывал огромные бедствия, кучка магнатов неимоверно обогатилась. Французская финансовая олигархия приобрела еще большую власть в экономической и политической жизни страны. Поток военных заказов привел к строительству большого количества крупных предприятий взамен захваченных немецкими оккупантами в северных и восточных районах, к появлению новых промышленных центров, автомобильных, авиационных, химических и других крупных заводов, к реконструкции и расширению многих старых заводов. Возвращенные Франции после войны Эльзас и Лотарингия увеличили общие запасы железной руды в стране вдвое, запасы угля — на 40%, мощность металлургической промышленности — на 75%.

Усилилась концентрация промышленности. В металлургии господствовали три крупнейших концерна, в химической промышленности — пять, в автомобильной — три фирмы, 60% электротехнического производства находились в руках одного треста.

Мощные банковские группы Ротшильда, де Ванделя, Парижско-Нидерландский, Индокитайский и другие банки, тесно связанные с крупными промышленными компаниями, представляли «200 семейств» магнатов капитала, определявших внутреннюю и внешнюю политику Франции.

Несмотря на окончание войны, положение трудящихся не улучшилось. В результате падения курса франка цены на продовольствие и товары широкого потребления превышали довоенные в 2—3 раза. Рабочие страдали от острой нехватки продуктов питания, топливного и жилищного кризисов. Нищенское существование влачили мелкие и частично даже средние крестьяне.

Правительство Клемансо, пришедшее к власти в ноябре 1917 г., жестоко подавляло малейшие проявления недовольства трудящихся. Оно ввело строжайшую цензуру, создало сеть концентрационных лагерей, бросая туда людей без всякого суда, на основании одного только доноса полиции. По окончании войны оно на целый год затянуло демобилизацию армии, чтобы продлить в стране военный режим, вести антисоветскую войну и сохранить за Францией сильные позиции при дележе военной добычи на Парижской конференции.

Стремясь уничтожить Республику Советов, спасти свои капиталовложения в России и захватить ее богатства, французские империалисты выступали в качестве воинствующих организаторов всех антисоветских походов Антанты, оказывали всестороннюю военную поддержку контрреволюционным силам Колчака, Юденича, Деникина, Врангеля, Петлюры, участвовали в антисоветских заговорах. Правительству Клемансо принадлежала решающая роль в организации интервенции румынских и чехословацких войск против Венгерской Советской Республики; оно отправило в Венгрию и свои колониальные войска. Французские войска вели войну также против национально-освободительного движения в Сирии.

Революционный подъем в 1918—1920 гг.

Французская реакционная буржуазия и правые социалисты, напуганные ростом революционного движения в Европе, развернули яростную пропаганду против Советской России, изображая большевиков «варварами», «разрушителями цивилизации». Но многие французские социалисты правильно поняли историческое значение Октябрьской революции и стали на ее защиту. Большую роль в раскрытии правды о Советской России сыграл социалист Жак Садуль. Будучи членом французской военной миссии в Петрограде, он еще летом 1918 г. послал писателю Ромену Роллану свои дневники с записью непосредственных впечатлений о молодой Советской республике и просил ознакомить с их содержанием также других видных писателей и публицистов. Он призывал помешать интервентам «выполнить роль палачей Великой Русской Революции», осуждал интервенцию как «возмутительное преступление». 16 ноября 1918 г. в газете французских социалистов «Юманите» («Человечество») появилась за подписью ее главного редактора Марселя Кашена статья «Война в России», содержавшая протест левых кругов Социалистической партии против антисоветской интервенции. Даже реформистская Всеобщая конфедерация труда была вынуждена заявить такой же протест. Среди передовой французской интеллигенции началось движение в защиту молодой Советской Республики. Его инициаторами были Анри Барбюс, Ромен Роллан, Поль Вайян-Кутюрье и др.

Империалистическая интервенция против Советской России вызвала глубокое негодование в широких слоях французского народа. С особой силой движение солидарности с Советской Республикой проявилось среди французских солдат и моряков, посланных в Россию. В феврале 1919 г. солдаты 58-го пехотного полка, расположенного возле Тирасполя, а затем солдаты 176-го полка в Херсоне и ряда других частей отказались воевать против Советской Республики. 25 марта 1919 г. группа французских солдат из числа посланных в районы Одессы и Крыма опубликовала в советской печати письмо. В нем говорилось, что, убедившись в справедливости революционной борьбы русского пролетариата, они прекращают войну и по возвращении на родину расскажут правду французским трудящимся, «умы которых отуманены сплошной ложью правительственной прессы».

Группа французских революционных
моряков в Севастополе.

Фотография. 1919 г.

Французские солдаты и моряки принимали участие в демонстрациях и митингах одесского пролетариата против интервенции, передавали большевистским организациям оружие для защиты революции. Были случаи перехода французских солдат и матросов на сторону Красной Армии.

Быстрому революционизированию французских солдат и моряков способствовало установление контактов с большевиками Одессы и Севастополя. Самоотверженную пропагандистскую работу проводила среди французских моряков в Одессе активная участница гражданской войны в России француженка Жанна Лябурб, входившая в Иностранную коллегию при Одесском подпольном комитете Коммунистической партии. Французское командование и белогвардейские власти города арестовали 11 членов Иностранной коллегии и зверски расправились с ними. Жертвой интервентов пала и Жанна Лябурб; она была расстреляна 1 марта 1919 г. Эта расправа над одной из лучших представительниц французского народа вызвала негодование среди солдат интервенционистских войск и в самой Франции.

Во французских воинских частях активизировались возникшие еще во время войны революционные группы действия. 16 апреля 1919 г. на французских военных кораблях в Черном море вспыхнуло восстание против интервенции. 17 апреля начались аресты среди членов судовых комитетов, но восстание нарастало. 20 апреля моряки броненосцев «Франс» и «Жан Бар», стоявших на рейде в Севастополе, подняли красные флаги и потребовали возвращения кораблей во Францию. Вскоре такими выступлениями был охвачен почти весь французский флот на Черном море. Французскому правительству пришлось отступить: к 1 мая французский флот покинул Черное море, и большинство моряков было демобилизовано. Попытки послать против Советской России другие военные корабли не имели успеха. В июне в тулонском порту экипаж флагманского корабля «Прованс», получившего приказ отправиться в Черное море, отказался выполнить его, поднял восстание и потребовал демобилизации. Вскоре в Тулоне произошло новое восстание моряков, к которым присоединились и рабочие. Восставшие вели уличные бои против присланных для их усмирения войск. Такие же события имели место в Бресте, Рошфоре и других местах. Правительство подавило восстания, но было вынуждено пойти на ряд уступок, вплоть до отмены своих приказов о выходе военных кораблей в море.

Нарастала также революционная борьба французского пролетариата. Транспортники, докеры, металлисты, горняки, текстильщики требовали 8-часового рабочего дня, повышения заработной платы, признания прав профессиональных союзов, прекращения интервенции против Советской России и скорейшей демобилизации армии. Когда реакционный суд, бросив вызов рабочему классу, вынес оправдательный приговор убийце Жореса — Вилену, парижский пролетариат ответил на это 6 апреля 1919 г. грандиозной 300-тысячной демонстрацией под лозунгами: «Смерть Вилену!», «Долой правительство Клемансо!», «Да здравствует Советская Россия!», «Да здравствует Ленин!».

Газета «Юманите» от 26 октября 1919 г. с протестом против блокады Советской России.

Революционные выступления народных масс и восстание флота на Черном море вынудили правительство Клемансо официально заявить об отказе от прямого участия в интервенции. Одновременно правительство обрушило жестокие репрессии на революционных солдат и матросов. Многие из них были присуждены к каторге и тюремному заключению.

Агрессивная политика по отношению к Советской Республике продолжалась. Французское правительство оказывало помощь Деникину и другим контрреволюционным силам, поставляло оружие соседним с Советской Республикой буржуазным государствам, в особенности Польше, насильственно отправляло в распоряжение Деникина находившихся во Франции русских солдат, хотя большинство их требовало отправки в Советскую Россию. Выступая в декабре 1919 г. в палате депутатов, Клемансо заявил, что французское правительство израсходовало на антисоветскую интервенцию миллиарды франков и намерено окружить Советскую Республику «барьером из колючей проволоки».

Пытаясь ослабить нараставшее революционное движение, правящие круги провели в апреле 1919 г. через парламент законопроект о введении 8-часового рабочего дня. Но волна демонстраций и забастовок не пошла на убыль. 1 Мая 1919 г. состоялась всеобщая политическая забастовка под лозунгами: «Полная демобилизация армии!», «Мир без аннексий!», «Против антисоветской интервенции и высоких налогов на заработную плату!» В крупных городах прошли мощные демонстрации международной солидарности трудящихся. Только в Париже в них приняли участие 500 тыс. человек. Рабочие сооружали баррикады; нередко солдаты братались с рабочими. 8 мая в Париже свыше 300 тыс. человек участвовали в похоронах рабочего Лорна, убитого полицейскими во время первомайских столкновений. В конце месяца рабочие демонстрировали у Стены коммунаров на кладбище Пер-Лашез под лозунгами: «Да здравствуют севастопольские моряки!», «Да здравствует русская революция!», «Да здравствуют Советы!». Митинги протеста против приговоров участникам восстания на Черном море и демонстрации с участием рабочих, солдат и моряков происходили в Бресте, Тулоне, Тулузе.

Движение против антисоветской политики правительства широко развернулось и среди интеллигенции. 26 октября 1919 г. в «Юманите» был опубликован протест видных литераторов, публицистов, историков против блокады Советской Республики. Протест подписали 72 человека, в том числе Анатоль Франс и Анри Барбюс.

Митинг бастующих металлистов в Гавре.
Фотография. 1920 г.

Своей борьбой французский рабочий класс, трудовое крестьянство, прогрессивная интеллигенция оказывали братскую помощь советскому народу и защищали свои буржуазно-демократические свободы, на которые покушалась французская олигархия. В этой борьбе рабочие завоевали 8-часовой рабочий день, признание прав профессиональных союзов.

С целью подавления революционного движения в стране, продолжения борьбы против Советской России, а также проведения «твердой политики» в германском вопросе французская олигархия образовала «национальный блок», в который наряду с правыми буржуазными партиями — такими, как Республиканская федерация, Республиканско-демократический союз, группа роялистов, — вошла партия радикалов и радикал-социалистов, связанная с многочисленной прослойкой мелкой буржуазии. Ее участие в блоке означало, что крупной буржуазии удалось создать относительно широкую коалицию.

В ходе избирательной кампании в ноябре 1919 г. реакционная буржуазия вела шовинистическую агитацию, клеветала на Советскую Республику, запугивала французский народ «угрозой большевизма», забрасывала избирателей листовками с призывами к защите Версальского мира, сулила им материальные выгоды от поддержки политики «национального блока», выдвигая лозунг «Немцы заплатят за все!».

В итоге партиям «национального блока» удалось получить две трети мест в палате депутатов. Среди 375 депутатов «национального блока» было 140 миллионеров, в том числе Ги де Вандель, Ротшильд, Лушер и другие магнаты капитала.

Главой правительства стал в январе 1920 г. один из лидеров «национального блока» — бывший социалист Александр Мильеран, тесно связанный с крупнейшим металлургическим концерном «Комите де форж». Правительство Мильерана начало свою деятельность активным участием в организации нападения буржуазно-помещичьей Польши на Советскую республику. Во внутренней политике оно ставило своей целью «обуздание» рабочего класса, отмену 8-часового рабочего дня. В то же время для крупной буржуазии создавались широкие возможности обогащения. Многие фабриканты получали от правительства на восстановление своих предприятий субсидии, которые в несколько раз превышали действительную стоимость предприятий. В грязных финансовых махинациях участвовали и политические дельцы. Как признал впоследствии один из членов правительства, министр освобожденных областей Рейбель, было расхищено не менее 20 млрд. франков.

Разгон первомайской демонстрации в Париже.
Фотография. 1920 г.

Рабочий класс, все трудящиеся настойчиво продолжали борьбу против реакционной политики правящих кругов. 23 февраля 1920 г. началась стачка французских железнодорожников на линии Париж — Лион — Средиземное море, охватившая 250 тыс. человек. Бастовавшие требовали соблюдения 8-часового рабочего дня, увеличения заработной платы, признания прав профессиональных союзов, национализации железных дорог. Под давлением мощного движения железнодорожников реформистское руководство Всеобщей конфедерации труда обратилось к правительству с открытым письмом, в котором заявило, что не допустит нарушения 8-часового рабочего дня, и даже поддержало требование о национализации железных дорог, оговорив, что она должна осуществляться путем выкупа. В то же время руководители конфедерации (Жуо, Дюмулен и др.) продолжали проводить соглашательскую тактику, стремясь прекратить стачку. Вскоре было заключено соглашение с дирекцией железнодорожной компании, которая пошла на некоторые уступки, в частности по вопросу о признании прав профессионального союза.

Чрезвычайный съезд железнодорожников, состоявшийся 26 апреля 1920 г., сместил соглашателей с руководящих постов в профессиональном союзе и образовал революционное руководство, которое объявило новую забастовку под лозунгом национализации железных дорог. Это заставило Всеобщую конфедерацию труда опубликовать призыв к всеобщей стачке солидарности. Вслед за железнодорожниками в забастовку включились горняки, докеры, матросы торгового флота. В мае забастовка охватила до миллиона человек. В ходе ее выдвигались не только экономические, но и политические требования; бастующие активно выступали против снабжения буржуазно-помещичьей Польши оружием. Десятки тысяч винтовок, пулеметы, орудия остались на складах из-за отказа докеров грузить их. Несмотря на сопротивление правых лидеров Всеобщей конфедерации труда, к бастующим присоединились также металлисты и строители.

Образование Французской коммунистической партии

Революционный подъем со всей очевидностью показал французским рабочим необходимость создания марксистско-ленинской партии, которая могла бы возглавить рабочий класс в его борьбе за свои интересы. Во Французской социалистической партии происходили важные процессы. В 1918— 1920 гг. в партию вступило много передовых рабочих, прошедших суровую школу войны. Численность партии в 1920 г. составила 150 тыс. человек против 24 тыс. в 1915 г. Значительно усилилось ее левое, революционное крыло. Еще в 1916 г. в Социалистической партии интернационалистами был создан Комитет по восстановлению международных связей. В мае 1919 г. он преобразовался в Комитет по присоединению к III Интернационалу. В своем органе «Бюллетэн коммюнист» Комитет помещал статьи и речи Ленина, пропагандировал идеи Коммунистического Интернационала.

Борьба между сторонниками и противниками присоединения к Коммунистическому Интернационалу приобрела исключительно острый характер. В апреле 1919 г. на чрезвычайном съезде Социалистической партии в Париже большинство высказалось за то, чтобы условно остаться во II Интернационале. Но на Страсбургском съезде в феврале 1920 г. под давлением усилившегося левого крыла было решено выйти из II Интернационала и послать в Москву делегацию для переговоров с руководителями III Интернационала.

Выступление Марселя Кашена на съезде Социалистической партии в Type.
Фотография. 1920 г.

Прибывшие в Москву делегаты Французской социалистической партии Кашен и Фроссар приняли участие в работе II конгресса Коммунистического Интернационала, беседовали с Лениным. Советы Ленина, его обращения к французским социалистам, особенно «Письмо к немецким и французским рабочим», написанное в сентябре 1920 г., сыграли важную роль в формировании во Франции пролетарской партии нового типа.

Борьба левых социалистов во главе с Кашеном за создание Коммунистической партии достигла высшего напряжения на съезде Социалистической партии в Туре 25—30 декабря 1920 г. Правые и центристы резко возражали против присоединения Французской социалистической партии к Коммунистическому Интернационалу. Они заранее решили, что лучше пойти на раскол партии, чем принять «21 условие» приема в Коммунистический Интернационал.

Бурные прения на Турском съезде закончились победой левого крыла. Большинство съезда проголосовало (3208 мандатов из 4731) за присоединение к III Интернационалу, что означало образование Коммунистической партии. Лидеры правых и центристов — Блюм, Ренодель, Поль Фор и др. — не подчинились решению съезда и образовали отдельную, реформистскую партию. Однако раскольникам удалось повести за собой не более трети прежнего соcтава Социалистической партии.

Раскол в Туре провел грань между реформизмом и коммунизмом во французском рабочем движении. Образование Французской коммунистической партии явилось крупнейшим завоеванием французского рабочего класса.

Одновременно усиливалось левое течение в профессиональных союзах, объединенных Всеобщей конфедерацией труда. Левое крыло, возглавляемое Монмуссо, Семаром, Мидолем и другими, требовало проведения классовой политики. Реформистские вожди исключили левых и сочувствовавшие им профсоюзные организации из Всеобщей конфедерации труда. В ответ на этот раскольнический акт революционные элементы профессиональных союзов созвали в 1922 г. свой съезд в Сент-Этьенне, на котором основали Унитарную всеобщую конфедерацию труда.

Внутренняя и внешняя политика правительства «национального блока»

В сентябре 1920 г. Мильеран был избран президентом Французской республики. Пост премьера в начале 1921 г. занял Аристид Бриан, слывший гибким политиком. К этому времени в правительственном лагере стали назревать острые разногласия между радикалами и остальными партиями «национального блока». В известной степени они были вызваны экономическим кризисом 1920—1921 гг. Этот кризис проявился во Франции гораздо слабее, чем в ряде других стран, так как Франция вела восстановительные работы и осваивала возвращенные ей Эльзас и Лотарингию, но все же привел к сокращению промышленного производства. Многие мелкие и средние предприятия перестали существовать. Промышленная продукция в 1921 г. уменьшилась по сравнению с предшествующим годом на 11,3%. Кризис оказал заметное влияние и на внешнюю торговлю. Экспорт Франции, составлявший в 1920 г. 9,8 млрд. золотых франков, в 1921 г. упал до 7,6 млрд. В связи с возросшей дороговизной положение трудящихся намного ухудшилось.

Летом 1921 г. вновь оживилось стачечное движение. Сначала на востоке (Вогезы, Эльзас), потом на севере прошли стачки текстильщиков. Рабочим приходилось теперь вести оборонительную борьбу за сохранение уровня заработной платы, против удлинения рабочего дня и ухудшения условий труда.

Правящие круги столкнулись и с осложнениями в области внешней политики. Своими главными внешнеполитическими задачами французская буржуазия считала укрепление системы военных союзов в Европе и обеспечение взыскания репарационных платежей с Германии. В 1921 г. под руководством Франции образовался военный союз Чехословакии, Румынии и Сербо-хорвато-словенского государства, оформившийся затем в так называемую Малую Антанту. Кроме того, в феврале 1921 г. Франция заключила военный договор с Польшей. Все это усиливало позиции французского империализма в Европе. Однако в вопросе о взыскании репараций с Германии Франция встретила противодействие со стороны Англии и Соединенных Штатов Америки, которые, стремясь не допустить гегемонии Франции на континенте, поддерживали германский империализм.

Французское правительство пыталось воздействовать на Германию репрессиями. Еще в апреле 1920 г. французские войска оккупировали Франкфурт-на-Майне, а 8 марта 1921 г. совместно с бельгийскими — Дюссельдорф, Дуйсбург и Рурорт. Но и эти меры не привели к своевременному получению репараций: из 20 млрд. золотых марок, которые Германия должна была выплатить за 1920 г. и за четыре месяца 1921 г., она внесла только 3 млрд. марок, а из 66 млн. т угля, подлежавших поставке до 31 августа 1922 г., было отправлено 45 млн. т.

Неспособность правительства Бриана добиться удовлетворения требований французской империалистической буржуазии вызывала недовольство крайних реакционных кругов. Недовольство это усилилось, когда Бриан дал согласие на созыв экономической конференции в Генуе с участием Представителей Советской Республики. 12 января 1922 г. кабинет Бриана пал. Новое правительство сформировал воинствующий реакционер Раймон Пуанкаре, а Бриан занял пост министра иностранных дел.

Правительство Пуанкаре усилило наступление на рабочий класс и прежде всего на его передовой отряд — Коммунистическую партию, а также на Унитарную всеобщую конфедерацию труда. Декрет об отмене 8-часового рабочего дня во флоте, изданный в 1922 г., послужил сигналом для увеличения рабочего дня на многих предприятиях. Власти жестоко расправлялись со стачечным движением, нередко лишали коммунистов их мандатов в органах местного самоуправления, возбуждали судебные преследования против коммунистов — депутатов Коммунистической партии в парламенте. Эта реакционная политика направлялась не только против коммунистов, но и против всех демократических сил страны.

Господствующие классы всемерно поощряли милитаризм. Франция продолжала содержать непомерно большую для мирного времени армию, достигавшую 700 тыс. человек, увеличивала военно-воздушные силы, которые в 1922—1923 гг. превосходили авиацию всех европейских стран, вместе взятых, помогала вооружаться Польше, Чехословакии и другим своим союзникам.

Для покрытия военных расходов увеличивались налоги: общая сумма их с 756,5 млн. фр. в 1920 г. выросла до 1269 млн. фр. в 1922 г. Усиливалась зависимость правительства от Французского банка, а также от иностранных кредиторов, в особенности от американских и английских финансовых групп. Курс франка к концу 1922 г. равнялся лишь 42% его довоенного паритета. Это влекло за собой обесценение сбережений и вызывало недовольство мелкой и средней буржуазии.

Правительство Пуанкаре придерживалось резко антисоветского курса. На Генуэзской и Гаагской конференциях в 1922 г. французская делегация занимала особенно враждебную позицию по отношению к Советской стране.

Наиболее острым из внешнеполитических вопросов продолжал оставаться вопрос о репарациях. Правительство Пуанкаре намеренно усиливало напряженность во взаимоотношениях с Германией, ведя дело к оккупации Рура. Захват Рурского бассейна, как надеялись французские империалисты, должен был дать им возможность получить репарационные платежи, уголь и кокс для французской металлургии, химические полуфабрикаты и краски для химической промышленности, обеспечить беспошлинный ввоз эльзасских текстильных изделий в Германию, а главное — подорвать экономическую мощь и военный потенциал Германии, склонить немецкие монополии к выгодным для французских капиталистов длительным соглашениям и создать материальную основу военной и экономической гегемонии Франции в Европе.

Одновременно французские металлургические монополии предприняли попытку войти в соглашение с рурскими монополиями. В ноябре 1922 г. представитель французских монополистов Люберзак договаривался с главой германского концерна Стиннесом о создании франко-германского объединения угля и стали, в котором французские капиталисты намеревались занять ведущее положение. Соглашение, однако, было отклонено немецкой стороной.

Все эти планы чрезвычайно тревожили английских монополистов, которые понимали, что, захватив Рур, Франция станет опаснейшим конкурентом Англии.

11 января 1923 г. французские войска совместно с бельгийскими начали оккупацию Рура. Оккупация изображалась французскими правящими кругами как вынужденная, временная и даже «мирная» мера, имеющая целью якобы лишь обеспечить получение репараций с Германии. Но уже вскоре эта политика потерпела полное банкротство. Оккупация Рура резко обострила не только франко-германские, но и франко-английские противоречия и в то же время ослабила экономические позиции Франции. Поступление угля из Германии ввиду прекращения работ на шахтах сократилось. Для покрытия расходов по оккупации пришлось значительно увеличить налоги. Курс франка продолжал быстро падать. Кроме того, рурская авантюра французских правящих кругов вызвала подъем революционного движения в Германии и мощное движение солидарности французского пролетариата. Провалом закончилось и организованное Францией сепаратистское движение в Западной Германии.

Французская коммунистическая партия была единственной партией в стране, которая вела решительную борьбу против оккупации Рура и разоблачала захватнические планы буржуазии. Газета «Юманите» изо дня в день разъясняла французским трудящимся подлинные цели оккупации Рура и призывала массы поддержать германских рабочих в их борьбе с оккупантами. 14 января 1923 г. созданный Французской коммунистической партией Центральный комитет действия обратился к трудящимся страны с призывом дать решительный отпор реакции. Март, апрель, май 1923 г. были отмечены массовым забастовочным движением, охватившим сотни тысяч человек. 1 мая по всей стране прошли стачки, участники которых требовали прекращения рурской авантюры.

В Дуйсбурге и Дортмунде французские солдаты с пением «Интернационала» шли во главе демонстраций германских рабочих. В Эссене французские войска отказались стрелять в безработных, которые захватили городскую ратушу. Происходило братание французских солдат и железнодорожников с немецкими рабочими.

Правительство обрушило жестокие репрессии на Коммунистическую партию и Унитарную всеобщую конфедерацию труда. В тюрьму по обвинению в заговоре против государства были заключены Кашен, Монмуссо и другие видные деятели рабочего движения. Между тем правые социалисты — Леон Блюм, Поль Фор и др. — стали на сторону правительства.

Оккупация Рура ухудшила экономическое и политическое положение Франции. В результате огромных оккупационных расходов уже к концу 1923 г. наступил финансовый кризис. Франция оказалась изолированной на международной арене и встретилась с открытой враждебностью Англии. Провал рурской авантюры и внутренние затруднения во Франции привели в 1924 г. к краху «национального блока» и падению кабинета Пуанкаре.

3. Соединенные Штаты Америки.

Обогащение американских монополий

Мировая империалистическая война 1914—1918 гг. была для капиталистов Соединенных Штатов Америки прибыльным делом, «большим бизнесом». Чистые прибыли американских промышленных корпораций в 1914 г. равнялись 3940 млн. долл., а в 1918 г. — уже 8362 млн. В связи с выполнением огромных военных заказов капиталовложения в фабрично-заводскую промышленность возросли с 22,8 млрд. долл. в 1914 г. до 44,5 млрд. в 1919 г. Общая стоимость промышленной продукции за годы войны увеличилась с 23,9 млрд. долл. до 62 млрд. долл. Особенно расширились отрасли промышленности, которые непосредственно обслуживали потребности войны. Так, если в 1913 г. было выплавлено стали 31,8 млн. т, то в 1918 г. уже 45,1 млн. т. За тот же период выплавка чугуна поднялась с 31,4 млн. т до 39 млн. т. Значительное развитие получила химическая промышленность, связанная с производством взрывчатых веществ; стоимость ее продукции выросла за время войны ив первые послевоенные годы с 2658 млн. до 4356 млн. долл.

Увеличился объем внешней торговли: с 1813 млн. долл. в 1913 г. до 3031 млн. в 1918 г. и 3904 млн. в 1919 г., а экспорт — соответственно с 2466 млн. до 6149 млн. и 7920 млн. долл. Тоннаж торгового флота Соединенных Штатов составлял до войны 4,3 млн. т, а к 1920 г. — 14,6 млн. т.

Ускорился процесс концентрации производства и централизации капитала, что привело к дальнейшему росту монополистических объединений, усилению господства финансовой олигархии и разорению средних и мелких компаний. В 1919 г. в фабрично-заводской и горной промышленности обанкротились, лишились самостоятельности, слились с другими 438 фирм, в 1920 г. — 760 фирм. Рокфеллер, Морган, Меллон захватили господство в нефтяной промышленности. Три крупнейшие автомобильные компании в 1915 г. производили 51%, а в 1920 г. — 71% автомобилей; в 1923 г. шесть главных автомобильных компаний дали 85% автомобилей, а остальные 94 компании — только 15%. В стальной промышленности господствовал Морган; в угольной — Морган, Рокфеллер, Меллон; в цветной металлургии — Меллон, Морган, Гугенгейм, Рокфеллер; в резиновой промышленности — Морган; в химической — Дюпон.

Из страны, импортирующей капитал. Соединенные Штаты превратились в страну, экспортирующую его, из государства-должника — в государство-кредитора. До войны внешняя задолженность Соединенных Штатов равнялась примерно 5,5 млрд. долл.; в годы войны они ссудили союзникам 10 млрд. долл. и к концу войны сосредоточили в своих руках более трети мирового золотого запаса.

Укрепляясь внутри страны, американские монополии активизировали также борьбу за захват мировых рынков сбыта, источников сырья, сфер приложения капиталов. В 1914 г. рокфеллеровский «Нэйшнл сити банк» имел только одно заграничное отделение, к началу 1919 г. их было 15, а к концу того же года — уже 74. Моргановская «Гаранти траст компани» к 1919 г. основала отделения во многих странах Европы и Латинской Америки, вела банковские и торговые операции в Индии, Малайе, Бирме, Австралии, Новой Зеландии. После начала антисоветской интервенции она создала филиал для ведения финансовых и торговых операций в Китае и Сибири — «Эйша бэнкинг корпорейшн».

Борьба народных масс в защиту Советской страны

Чудовищно обогатив верхушку американской буржуазии, война принесла народным массам огромные тяготы и лишения. Америка, писал Ульянов в своем письме к американским рабочим, стала «одной из первых стран по глубине пропасти между горсткой обнаглевших, захлебывающихся в грязи и в роскоши миллиардеров, с одной стороны, и миллионами трудящихся, вечно живущих на границе нищеты, с другой».

С первого дня пролетарской революции в России американские правящие круги заняли враждебную позицию по отношению к Советскому государству. Вместе с другими империалистическими государствами Соединенные Штаты выступили как активный организатор и участник антисоветской интервенции.

Напротив, трудящиеся массы Соединенных Штатов восторженно встретили Октябрьскую революцию. На многолюдных митингах и собраниях рабочие жадно схватывали каждое сообщение о положении в Советской Республике, встречали аплодисментами упоминания о большевиках и их вожде Ленине. Симпатии американских трудящихся к Советской России проявились в создании Советов в Бьютте, Портленде, Сиэтле и других городах. Сходство этих Советов с Советами в России — органами диктатуры пролетариата — было лишь внешним. Советы в Соединенных Штатах являлись профсоюзными комитетами, руководители которых, далекие от марксизма-ленинизма, не ставили и не могли ставить задачи превращения этих Советов в органы свержения власти буржуазии. Тем не менее возникновение даже таких Советов свидетельствовало о возросшей политической активности американских рабочих.

Стремясь ослабить воздействие Октябрьской революции на американских рабочих, Исполнительный комитет Американской федерации труда в декабре 1918 г. разработал так называемую реконструктивную программу; в июне 1919 г. ее утвердил съезд Федерации в Атлантик-Сити. Программа провозгласила принципы «демократии в промышленности», право рабочих на объединение, требовала улучшения «американского образа жизни», установления 8-часового рабочего дня и такой заработной платы, которая обеспечивает сносное существование для семьи рабочего, введения равной оплаты труда женщин и мужчин, запрещения труда детей до 16-летнего возраста. В программе декларировалось, что «всякая попытка правительственных властей отвергнуть права рабочих на организацию, петиции, представительство и коллективные соглашения находится в противоречии с основными принципами гражданских свобод в республике». В то же время программа предостерегала рабочих от намерений создать самостоятельную революционную политическую партию, утверждая, что «беспартийная» политика Американской федерации труда — единственно оправданная политика. В целом «реконструктивная программа» была рассчитана на то, чтобы противодействовать растущей активности рабочих.

На том же съезде Американской федерации труда в Атлантик-Сити обсуждался вопрос об отношении к Советской России. Ряд делегатов решительно осудил интервенцию Соединенных Штатов. Представитель рабочих организаций Сиэтла предложил провести среди членов профессиональных союзов референдум по вопросу о признании Советской России правительством Соединенных Штатов. Со своей стороны Исполнительный комитет Федерации внес резолюцию, в которой правительству Вильсона рекомендовалось вывести войска из России, но не признавать Советское правительство, пока «учредительное собрание не установит подлинно демократическую форму правления». Таким образом, первая часть этой резолюции (о выводе войск) отражала требования рабочих масс, а вторая часть (об учредительном собрании) означала, что лидеры Федерации под прикрытием фальшивых лозунгов о демократии стали на защиту русской контрреволюции. Резолюция была принята большинством голосов.

Вопреки антисоветской политике реформистских лидеров американские рабочие энергично поддержали лозунг «Руки прочь от России!». Большую роль в развитии движения солидарности с Советской Россией сыграли левое крыло Социалистической партии и Лига социалистической пропаганды. Эта лига, возникшая еще в годы войны, занимала интернационалистскую позицию, выступала против империалистической войны и горячо приветствовала победу Октябрьской революции. Ульянов придавал большое значение Лиге социалистической пропаганды, как революционной организации американского рабочего класса. В 1918 г. Лига слилась с левым крылом Социалистической партии.

Летом 1919 г. возникла Лига друзей Советской России — беспартийная организация, которая ставила своей задачей добиваться легальными средствами, особенно путем прямого обращения к американскому народу, отозвания всех американских войск из России, признания Советского правительства, как единственно законного, выражающего волю русского народа.

Горячо выступал в защиту молодой Советской Республики ветеран американского рабочего движения Юджин Дебс. «Ленин, — говорил Дебс, — явился человеком, которого требовал момент, и под его бесстрашным, неподкупным и стойким руководством российский пролетариат выстоял против объединенных атак всех сил правящих классов земли. Это великолепное зрелище. Оно волнует кровь и согревает сердце каждого революционера, вызывает восхищение всего мира».

Рабочее движение в 1919 г.

В период войны, несмотря на открытое предательство правых социалистов и руководителей профсоюзов, американские рабочие в решающих отраслях промышленности сумели добиться некоторого повышения жизненного уровня, признания профсоюзов, 8-часового рабочего дня и т. д. Отдельные категории рабочих завоевали 44-часовую рабочую неделю. После окончания войны правящие круги постепенно брали назад эти уступки. Был отменен и контроль над ценами на продовольственные продукты. В связи с этим стоимость жизни в 1918 г. по сравнению с 90-ми годами XIX в. возросла на 166,6%, в то время как номинальная заработная плата рабочих повысилась лишь на 87,7%.

Ухудшение положения рабочего класса, возросшая после демобилизации четырехмиллионной армии безработица, наступление предпринимателей на права рабочих — все это наряду с известиями о достижениях трудящихся первой в мире социалистической республики способствовало росту боевых настроений американского пролетариата.

В 1919 г. в стране произошло 3630 стачек, в которых участвовало свыше 4 млн. рабочих. Рабочие требовали введения 8-часового рабочего дня, повышения заработной платы, признания профсоюзов, заключения коллективных договоров.

Бастующие сталелитейщики штата Пенсильвания.
Фотография. 1919 г.

В январе 1919 г. забастовали докеры Нью-Йорка, а затем Сиэтла, требовавшие повышения заработной платы и улучшения условий труда. В феврале произошла всеобщая забастовка в Сиэтле. Стачечный комитет принял на себя управление городом. Для поддержания порядка были организованы отряды рабочей гвардии. С целью подавления забастовки мэр Сиэтла вызвал войска, а профсоюзные лидеры объявили стачку незаконной. В результате репрессий властей, измены лидеров профсоюзов и отсутствия единого революционного руководства забастовка потерпела поражение.

Весной и летом в ряде мест стихийно, вопреки воле реакционных профсоюзных лидеров, вспыхнули новые забастовки. В июле забастовали 100 тыс. рабочих чикагского железнодорожного узла. К ним присоединились рабочие бостонского, филадельфийского и денверского железнодорожных узлов; к началу августа в забастовку включились все железнодорожники.

Железнодорожники выдвинули и политические требования. Особую популярность среди них получил «план Пламба» (по имени юрисконсульта профсоюзов железнодорожников), предусматривавший национализацию железных дорог путем выкупа их государством и участие в управлении ими представителей профсоюзов железнодорожников.

Уильям Фостер.
Гравюра. 1919 г.

Наиболее ярким проявлением классовой борьбы в 1919 г. была начавшаяся в сентябре стачка рабочих сталелитейной промышленности, охватившая 365 тыс. человек. Руководил забастовкой Уильям Фостер, в то время секретарь профсоюза рабочих сталелитейной промышленности. Против бастующих выступили единым фронтом хозяева Стального треста и правительство. В Пенсильвании, Индиане и других штатах, на которые распространилась забастовка, было введено военное положение. Власти сконцентрировали полицейские части, организовали из ветеранов войны, особенно из бывших офицеров, специальные вооруженные отряды. От Питтсбурга до Клэртона на протяжении 20 миль было сосредоточено не менее 25 тыс. вооруженных наемников Стального треста.

1 ноября в разгар борьбы сталелитейщиков забастовали 500 тыс. горняков. Правительство и предприниматели решили прежде всего сломить сопротивление горняков. Президент Вильсон объявил их стачку незаконной, а министр юстиции Палмер ультимативно предупредил горняков, что если забастовка не прекратится, то будут приняты репрессивные меры, санкционированные конгрессом. 11 ноября руководитель объединенного союза горняков Джон Льюис объявил о прекращении забастовки. «Мы — американцы, — заявил Льюис. — Мы не должны бороться против нашего правительства».

Затем все силы реакции — полиция, войска, вооруженные отряды наемников были брошены против рабочих Стального треста. Много рабочих было убито, тысячи заключены в тюрьму. Рабочие сталелитейной промышленности продолжали сопротивление до января 1920 г., но потерпели поражение.

Забастовка сталелитейщиков имела огромное значение для всего американского пролетариата. Она показала особую необходимость единства рабочего класса, когда против рабочих объединенно выступают предприниматели, правительство и реакционные лидеры профессиональных союзов. Эта забастовка разбила ложь о невозможности объединения рабочих-иммигрантов, в том числе неквалифицированных рабочих: среди бастовавших были рабочие 39 национальностей, все они мужественно участвовали в борьбе.

Во время забастовки президент Вильсон созвал «промышленное совещание» и пригласил на него лидеров Американской федерации труда Гомперса, Уолла, руководителей железнодорожных профсоюзных объединений («братств») Уиллса, Шеперда, а от предпринимателей — Рокфеллера и главу Стального треста Гэри. Представители профсоюзов еще раз продемонстрировали свой оппортунизм, высказавшись за сотрудничество между трудом и капиталом на основе признания профессиональных союзов предпринимателями и создания в промышленности смешанных бюро из делегатов от профсоюзов и от предпринимателей. Предприниматели отвергли эти предложения, выдвинув требование «открытой мастерской», т. е. полной ликвидации профсоюзов. Совещание оказалось безрезультатным. Так же закончилось и второе «промышленное совещание», созванное Вильсоном в январе 1920 г.

Борьбу против рабочего класса, террор и репрессии по отношению к лучшим сынам своего народа американская буржуазия прикрывала ширмой антибольшевизма, борьбой против «красных». Созданная в штате Нью-Йорк в марте 1919 г. под председательством сенатора Ласка комиссия «по расследованию большевизма» развернула ожесточенную антисоветскую кампанию.

В обстановке террора и антисоветской истерии конгресс ассигновал 3 млн. долл. на борьбу с «радикализмом». Для карательных действий против трудящихся была создана из ветеранов войны в мае 1919 г. военизированная организация — «Американский легион», основатели которой провозгласили своей задачей истребление «радикализма» и «большевизма» самыми крайними мерами.

В это же время усилились гонения на негров, особенно в южных штатах, где действовала террористическая расистская организация Ку-клукс-клан. Банды расистов устраивали погромы негров и на севере страны, куда за годы войны переселилось не менее 500 тыс. негров с юга. В Вашингтоне в июле 1919 г. кровавые расправы над неграми продолжались в течение трех дней, в Чикаго — две недели.

Образование Коммунистической партии

Развитие рабочего движения внутри страны и успехи Советского государства усиливали левое крыло в Социалистической партии, Социалистической рабочей партии, в синдикалистской организации «Индустриальные рабочие мира» и даже в Американской федерации труда. Большую роль в переходе левого крыла в американском социалистическом движении на позиции революционного марксизма сыграли труды и выступления Ленина. В письме к американским рабочим он осветил важнейшие теоретические и практические проблемы их борьбы.

Левое крыло Социалистической партии организовало издание революционных газет и журналов. Важнейшими из них были «Классовая борьба», «Коммунист», «Революционная эпоха», «Пролетарий», «Социалистические новости». Журнал «Революционная эпоха», редактировавшийся Джоном Ридом, стал центральным органом левого крыла. На его страницах, а также в журнале «Классовая борьба» печатались полностью или в отрывках работы К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина. Левое крыло требовало разрыва со II Интернационалом. Среди руководителей левого крыла наибольшей популярностью пользовались Уильям Хейвуд, Чарлз Рутенберг и в особенности Джон Рид. Вернувшись из Советской России, Джон Рид совершил агитационную поездку в промышленные центры Соединенных Штатов, издал ставшую всемирно известной книгу «Десять дней, которые потрясли мир», публиковал статьи о революционном героизме русского рабочего класса, успешно выполнявшего свою интернациональную миссию.

Джон Рид.
Фотография. 1919 г.

Революционная деятельность левых способствовала росту их авторитета. На выборах в Исполнительный комитет Социалистической партии в мае 1919 г. руководители левого крыла получили подавляющее большинство голосов: Джон Рид — 17235, Рутенберг — более 10 тыс., в то время как центрист Хилквит и лидер правых Бергер собрали 4775 и 4871 голосов. Оппортунисты решили поэтому расправиться с оппозицией и исключили ее из партии и все поддерживавшие ее секции (в общей сложности 55 тыс. из 104 тыс. членов партии).

В июне 1919 г. в Нью-Йорке состоялась национальная конференция левого крыла Социалистической партии. Конференция приняла манифест, в котором выражалась солидарность с принципами Коммунистического Интернационала. Но конференция не пришла к единогласному решению по вопросу о создании Коммунистической партии: часть делегатов, руководимая Н. Гурвичем и состоявшая главным образом из представителей русской федерации и делегатов штата. Мичиган, высказалась за немедленное образование партии; большинство, возглавляемое Джоном Ридом, — за то, чтобы отложить решение до назначенной на 30 августа конференции Социалистической партии.

30 августа в Чикаго открылась конференция Социалистической партии. На нее прибыли делегаты левого крыла во главе с Джоном Ридом. Группа Хилквита с помощью полиции изгнала левых с конференции. На другой же день, 31 августа, сторонники Джона Рида образовали Коммунистическую рабочую партию Америки, в которую вошло около 10 тыс. членов.

Мичиганская группа, к которой примкнул Чарлз Рутенберг, 1 сентября основала Коммунистическую партию Америки, объединившую главным образом рабочих неамериканского происхождения, в том числе членов русской, польской, украинской, венгерской, эстонской, литовской, латышской федераций. Количество членов Коммунистической партии Америки составило около 58 тыс.

Обе коммунистические партии приняли решение о присоединении к Коммунистическому Интернационалу и признали его платформу. Однако они не всегда правильно применяли принципы марксизма-ленинизма к конкретным условиям своей страны, допускали сектантские ошибки в вопросах о работе в профсоюзах, парламентской деятельности, болели «левизной». Американские коммунисты заняли неправильную позицию по отношению к партиям и организациям трудящихся, не признававшим коммунистической программы. Они считали, что, поскольку такие организации отрицают принцип диктатуры пролетариата, с ними не может быть никакого сотрудничества. В негритянском вопросе коммунисты также не проявили должной активности.

Образование коммунистических партий оформило разрыв между революционным и оппортунистическим течениями в рабочем движении. Но уже с первых своих шагов коммунисты подверглись жестоким репрессиям властей. 16 октября 1919 г. полиция разгромила помещение Центрального Комитета Коммунистической рабочей партии в Кливленде и арестовала многих руководящих работников партии. 8 ноября, во время массового митинга, организованного коммунистами в Нью-Йорке в связи со второй годовщиной Октябрьской революции, были арестованы несколько сот человек, в том числе много коммунистов. В ночь на 2 января 1920 г. по всей стране прокатилась новая волна арестов. Были схвачены около 10 тыс. человек, и среди них большинство руководителей коммунистических партий. Обе партии были вынуждены уйти в подполье.

В мае 1920 г. на нелегальном съезде обеих партий в Бриджмене (Мичиган) образовалась Объединенная коммунистическая партия. Часть членов Коммунистической партии Америки все же сохранила свою отдельную организацию. Через год, в мае 1921 г., на новом объединительном съезде создалась единая Коммунистическая партия Америки. В нее входило всего 12 тыс. членов. Падение численности партии было прямым результатом бешеного наступления реакции, стремившейся задушить первые ростки коммунистического движения в Соединенных Штатах. Секретарем партии был избран Ч. Рутенберг, находившийся в тюрьме. В том же году в Коммунистическую партию вступила группа революционных рабочих — членов Лиги профсоюзной пропаганды, основанной в 1920 г. У. Фостером после разгрома стачки рабочих сталелитейной промышленности.

Коммунистическая партия Америки по-прежнему оставалась на нелегальном положении. В целях усиления связи с массами Ч. Рутенберг предложил создать легальную революционную партию пролетариата. В декабре 1921 г. 150 делегатов от различных рабочих организаций, собравшиеся в Нью-Йорке, основали Уоркерс парти (Рабочую партию). В ней были представлены все революционные организации Соединенных Штатов, в том числе лучшие революционные деятели из Социалистической партии, «Индустриальных рабочих мира». Уоркерс парти поставила в центре своего внимания работу в массах.

Только на рубеже 1922—1923 гг. американские коммунисты смогли наконец выйти из подполья. В апреле 1923 г. Коммунистическая партия Америки и Уоркерс парти слились в единую партию, которая позднее, в 1925 г., приняла название Рабочей (коммунистической) партии Соединенных Штатов Америки.

Так произошло окончательное оформление марксистско-ленинской партии американского рабочего класса. Ее численность составила 25 тыс. человек. Опыт первых лет ее существования показал, какие огромные трудности придется преодолеть коммунистическому движению в Соединенных Штатах Америки. Как сказал Рутенберг, американские коммунисты «поставили перед собой задачу, которая разве по плечу Геркулесу... Двадцать пять тысяч рабочих и работниц стоят в боевом порядке перед могучим колоссом капитализма».

Президентские выборы 1920 г.

В ноябре 1920 г. в Соединенных Штатах состоялись первые после окончания мировой войны президентские выборы. Еще задолго до начала избирательной кампании сложилась довольно широкая оппозиция против президента Вильсона и Демократической партии. Либеральные жесты и проповеди Вильсона, которые были необходимы во время войны для обмана масс, больше не были нужны финансовой олигархии. Парижская мирная конференция показала его неспособность обеспечить за Соединенными Штатами роль верховного арбитра на международной арене. Влиятельные круги Республиканской партии во главе с сенатором Г. Лоджем, выразителем интересов наиболее шовинистически настроенных монополистов, резко возражали против ратификации Версальского договора и признания Лиги наций, в которой руководящее положение заняли Англия и Франция. Политика Вильсона подвергалась резкой критике также со стороны группы политических деятелей во главе с сенатором Бора, выступавшей за «невмешательство» в европейские дела. Подлинный смысл этого «невмешательства», или «изоляционизма», состоял в том, что Соединенные Штаты не должны давать никаких обязательств своим европейским союзникам или Лиге наций, ничем не ограничивать свою «свободу действия» на американском континенте, вытекающую из доктрины Монро, и вообще ничем не связывать себя в борьбе за мировое господство. Группы Лоджа и Бора нанесли Вильсону поражение в сенате: Соединенные Штаты не ратифицировали Версальский договор и не вошли в Лигу наций.

Республиканская партия умело использовала против Вильсона недовольство внутренней и внешней политикой его правительства, проявлявшееся самыми различными слоями населения. Трудящиеся массы были недовольны ухудшением условий жизни, возмущались антисоветской политикой. От Вильсона отвернулись и те его сторонники, которые прежде верили в его «14 пунктов», а теперь считали, что он изменил им. Американцы ирландского происхождения не простили Вильсону его отказ поставить вопрос о допуске представителей ирландского народа на Парижскую конференцию. Американцы немецкого и итальянского происхождения обвиняли его в нарушении обещаний, ранее данных им Германии и Италии.

Все это предрешило исход президентских выборов. Республиканская партия выдвинула своим кандидатом сенатора Уоррена Гардинга, ставленника нефтяных магнатов, в общем довольно бесцветную личность. В своей предвыборной программе он резко критиковал как внутреннюю, так и внешнюю политику Вильсона и обещал покончить со всеми законами военного времени, восстановить систему протекционизма, организовать сильную армию и флот, ввести справедливую систему налогов и т. д.

Кандидат Демократической партии, губернатор штата Огайо Джемс М. Кокс, стараясь превзойти республиканцев по части демагогических лозунгов, высказывался за независимость Филиппин, выражал сочувствие борьбе Ирландии за свое самоопределение и пр., а во внутренней политике обещал провести мероприятия, направленные на повышение уровня жизни, снизить налоги, запретить детский труд, улучшить положение фермеров.

От Социалистической партии баллотировался в президенты Юджин Дебс, находившийся в тюрьме по обвинению в антивоенной деятельности.

Накануне выборов была принята 19-я поправка к конституции, предоставившая женщинам право голосовать наравне с мужчинами, что значительно увеличило число избирателей.

Выборы закончились поражением Демократической партии. На пост президента был избран У. Гардинг. Он получил 16 млн. голосов, Кокс — 9 млн. голосов, Юджин Дебс — 920 тыс.

Экономический кризис и обострение внутреннегоположения в стране

Президентские выборы совпали с началом экономического кризиса. Еще весной 1920 г. промышленность Соединенных Штатов вступила в полосу застоя, затем началось резкое сокращение производства, а во второй половине года разразился экономический кризис, охвативший в дальнейшем и другие капиталистические страны.

В 1921 г. производственный аппарат промышленности Соединенных Штатов был недогружен более чем на 40%. Резко сократилась внешняя торговля: импорт — с 5278 млн. долл. в 1920 г. до 2509 млн. долл. в 1921 г. и экспорт — с 8228 млн. долл. до 4485 млн. долл. В связи с падением цен на сельскохозяйственные продукты усилилось массовое разорение фермеров. Тяжелое положение трудящихся усугублялось невиданной до этого безработицей. В июле 1921 г. число безработных составило 5735 тыс. человек.

Предприниматели усилили наступление на жизненный уровень рабочего класса. «Интернейшнл пейпер компани» в апреле 1921 г. уменьшила заработную плату рабочих на 30%, «Юнайтед стейтс стил корпорейшн» (с мая по август 1921 г.) — более чем на 45%. На многих предприятиях заработная плата снизилась на половину и даже на три четверти.

Рабочий класс оказывал упорное сопротивление. В апреле 1920 г. забастовали стрелочники в Чикаго. Стачка распространилась на всю страну и парализовала крупнейшие железнодорожные магистрали. Бастовали также углекопы Западной Виргинии, строители, печатники, рабочие консервной промышленности.

Американский пролетариат проявлял чувства интернациональной солидарности с Советской Россией. В обращениях к народным массам Коммунистическая партия Америки разоблачала антисоветскую политику империалистов. В 1921 г., когда в Советской России разразился голод и Ленин выразил надежду, что рабочие всех стран придут на помощь Советской Республике, в Соединенных Штатах возникли комитеты помощи России, был образован фонд помощи голодающим России. Большую активность проявила Лига друзей Советской России, во главе которой стояли популярные деятели американского рабочего движения — Фостер, Энгдолл, Элизабет Флинн. В своих выступлениях Лига указывала, что вся американская нация должна быть мобилизована для спасения России от бедствий, порожденных многолетней блокадой, которую организовали империалистические державы.

Железнодорожники бастуют.
Рисунок из журнала
«Индастриал Пайонир». 1921 г.

С приходом к власти республиканцев американские монополии решили нанести удар профессиональным союзам, чтобы полностью ликвидировать организованное рабочее движение. Капиталисты вели открытую кампанию против профессиональных союзов; в 250 городах создались специальные объединения предпринимателей для борьбы против коллективных договоров. Под флагом осуществления «права на труд» монополии добивались введения «открытой мастерской» во всей промышленности. Широкое распространение получили различные планы «участия» рабочих в прибылях компаний; монополии проводили систематический подкуп верхушки пролетариата, заигрывали с рабочей аристократией. Позиция реформистских профсоюзных лидеров, выступавших против каких-либо «политических действий» рабочего класса и сводивших цели стачечной борьбы лишь к достижению экономических требований, во многом облегчала задачу американской буржуазии.

1 апреля 1922 г. в ответ на снижение заработной платы началась стачка 600 тыс. шахтеров. Произошли кровопролитные столкновения забастовщиков с наемной охраной предприятий. Против забастовщиков выступили полиция и федеральные войска. Разобщенность шахтеров облегчила монополиям разгром стачки: руководство объединенного профсоюза горняков пошло на сговор с угольными магнатами, и члены профсоюза вернулись на работу, а 100 тыс. неорганизованных шахтеров были брошены на произвол судьбы.

1 июля забастовали 400 тыс. железнодорожников в знак протеста против понижения заработной платы. В нескольких штатах была мобилизована национальная гвардия, а в крупных железнодорожных центрах объявлено военное положение. Для подавления забастовки железнодорожные компании выделили огромные суммы. Только содержание охранных отрядов обошлось в 18,5 млн. долл. В сентябре распоряжением суда стачка была сорвана. Железнодорожники вернулись на работу, не добившись удовлетворения своих требований. Неудачу потерпели и другие забастовки.

Все это привело к ослаблению рабочего движения. Число членов Американской федерации труда упало с 4079 тыс. в 1920 г. до 2926 тыс. в 1923 г. «Это было, — писал У. Фостер, — самое серьезное поражение, когда-либо испытанное американским рабочим движением».

В 1922 г. Соединенные Штаты вышли из экономического кризиса. Буржуазия укрепила свои позиции. Больше всего выиграли при этом крупные монополии, представители которых входили в состав правительства Гардинга. Министр финансов Меллон добился для монополий снижения суммы подоходного налога на 6 млрд. долл. Монополии получили даже «возмещение» за ранее уплаченные налоги на сумму в 1271 млн. долл. Меллон «возместил» самому себе 7 млн. долл. и перечислил на счет связанных с ним корпораций еще 14 млн. Министр внутренних дел Фолл, получив крупную взятку, передал нефтяным компаниям Синклера и Догени за бесценок нефтеносные участки, резервированные для военно-морского ведомства.

После внезапной смерти Гардинга (2 августа 1923 г.) была создана специальная сенатская комиссия для расследования его деятельности. Опубликованные в прессе материалы показали, что коррупция, взяточничество и казнокрадство при администрации Гардинга достигли небывалых размеров.

Внешняя политика

Разногласия между Демократической и Республиканской партиями по вопросам внешней политики касались главным образом вопросов тактики. По существу же как Вильсон, так и Гардинг, отражая интересы финансовой олигархии, ставили перед собой одинаковые задачи, направленные на укрепление империалистических позиций Соединенных Штатов во всем мире и на подавление революционных и национально-освободительных движений.

Из этой империалистической политики вытекала и непримиримая враждебность Соединенных Штатов к Советскому государству. Советское правительство придавало большое значение установлению нормальных отношений с Соединенными Штатами. 14 мая 1918 г. Ульянов послал главе американской миссии Красного Креста полковнику Робинсу предварительный план Высшего Совета Народного Хозяйства по вопросам советско-американской торговли, который оценивал возможный экспорт из Советской России в Соединенные Штаты в 3 млрд. руб. Робинс передал предложения Советского правительства государственному секретарю Лансингу, однако американское правительство, ставшее на путь антисоветской интервенции, игнорировало их.

2 января 1919 г. Народный комиссариат по иностранным делам назначил проживавшего тогда в Нью-Йорке Л. К. Мартенса представителем РСФСР в Соединенных Штатах Америки. 19 марта Мартенс представил государственному департаменту меморандум, предлагая начать переговоры о «возобновлении в ближайшем будущем торговых отношений». Правительство Соединенных Штатов оставило без ответа эти предложения и продолжало по-прежнему признавать «послом» представителя правительства Керенского.

Рабочий (обращаясь к Ллойд-Джорджу,
Мильерану и Нитти):
«Скажите Советской России «Здравствуйте!»».

Рисунок из американского журнала «Либерейтер». 1920 г.

Мартенс учредил свое бюро сначала в Нью-Йорке, а затем в Вашингтоне, установил связи с деловыми кругами, заключил контракты о поставках товаров в Советскую Россию на сумму 30 млн. долл. и вел переговоры о размещении контрактов еще на 300 млн. долл. Началось издание еженедельного журнала «Советская Россия», в котором публиковалась правдивая информация. Деятельность миссии Мартенса приносила положительные результаты. По инициативе группы инженеров и техников Нью-Йорка возникло общество технической помощи Советской России. В кругах прогрессивной общественности росли симпатии к Советской стране.

Встревоженные всем этим, американские реакционеры открыли ожесточенную кампанию клеветы и провокаций против миссии и лично против Мартенса, обвиняя его в «подрывной деятельности». 12 июня 1919 г. полиция совершила налет на бюро Мартенса, захватила документы и материалы. Дело Мартенса разбиралось в юридической комиссии сената, и хотя там не было доказано, что Мартенс в чем-либо нарушил американские законы, американское правительство вынесло решение о его высылке за «связь с III Интернационалом». В январе 1921 г. Мартенс выехал в Москву. Сделанные им заказы были аннулированы.

В конце марта 1921 г. ВЦИК обратился к президенту Гардингу и конгрессу с предложением установить нормальные деловые отношения. Из Вашингтона поступил ответ: пока не будут произведены «коренные изменения» в общественно-политическом строе России, Соединенные Штаты не установят с ней отношений. Правительство Гардинга препятствовало и торговле частных фирм с Советской страной. Оно запретило им предоставлять какие-либо кредиты советским организациям и предупредило, что американские фирмы, занимающиеся торговлей с советскими республиками, действуют на свой страх и риск.

По отношению к Германии правительство Гардинга, маскируясь политикой «изоляционизма», ставило своей целью восстановление военно-экономической мощи германского империализма. Этим путем оно рассчитывало обеспечить интересы американских монополий в борьбе с европейскими конкурентами, а также создать бастион против «коммунистической угрозы».

На Дальнем Востоке Соединенные Штаты осуществляли постоянное вмешательство во внутренние дела Китая, увеличивали свои капиталовложения как в Китае, так и в Японии, в то же время вытесняя японских империалистов с завоеванных ими позиций в Восточной Азии. Наиболее ярко эта политика проявилась во время Вашингтонской конференции 1921—1922 гг.

В странах Латинской Америки монополисты Соединенных Штатов добивались дальнейшего расширения своего экономического и политического господства. При посредстве «дипломатии доллара» они навязывали этим странам кабальные займы, захватывали их природные богатства, ставили под свой контроль их экономику и финансы. В Гаити и Доминиканской республике правительство Соединенных Штатов установило свою открытую военную диктатуру. Тысячи жителей Гаити были убиты оккупантами. Многие подверглись арестам и средневековым пыткам. Крестьян заставляли выполнять принудительную повинность по сооружению дорог в самых отдаленных уголках страны. В опубликованном в 1922 г. докладе группы американских юристов о положении в Гаити говорилось: «Для нашей великой нации является политически аморальным выступать в роли хулигана, нападающего на того, кто не имеет достаточных материальных ресурсов и слишком слаб физически, чтобы защитить свои суверенные права от стороны, неизмеримо более сильной».

На Кубе Соединенные Штаты, установившие еще во время войны оккупационный режим, попирали суверенитет страны. Грубое вмешательство Соединенных Штатов привело к такому взрыву негодования, что в феврале 1922 г. им пришлось отозвать с острова свои войска.

4. Япония.

Укрепление позиций монополистического капитала

Во время мировой войны японские империалисты, используя благоприятную для них международную обстановку, не только осуществили ряд территориальных захватов в Китае и на Тихом океане, но и значительно потеснили своих конкурентов на мировом рынке. С 1915 по 1918 г. экспорт Японии в Европу вырос на 60%, в Азию — на 125, в Южную Америку — на 629 и в Африку — на 1002%, причем превышение экспорта над импортом составило за годы войны огромную сумму — 1400 млн. иен. Тоннаж японского торгового флота увеличился с 2356 тыс. т в 1913 г. до 4121 тыс. т в 1919 г. Золотой запас, равнявшийся в 1914 г. 350 млн. иен, к концу 1919 г. превысил 2 млрд. иен. Выступив как кредитор стран Антанты, Япония предоставила Англии, Франции и России (до Октябрьской революции) займы на сумму в 500 млн. иен. Японские монополии обогащались на военных поставках, на колониальном ограблении народов Кореи и Китая, на эксплуатации трудящихся своей страны. Прибыли достигали 200—300 и даже 600%. Чрезвычайно окрепла финансовая олигархия, возглавляемая могущественными концернами Мицубиси, Мицуи, Окура, Ясуда, Фурукава, Сумитомо.

В результате концентрации капиталов число банков сократилось, а их активы значительно выросли. В 1912 г. в Японии был 2161 банк с общим капиталом в 811 млн. иен, а в 1920 г. — 2072 банка с капиталом в 2575 млн. иен. В банковском деле господствовала «большая пятерка» — банки Ясуда, Мицуи, Мицубиси, Сумитомо, Дайити.

Усилились и политические позиции японской буржуазии. В 1918 г. к власти пришло правительство Хара, тесно связанное с монополиями. По окончании войны оно добилось закрепления за Японией захваченных ею германских владений на Тихом океане и в Шаньдуне, активизировало экспансию в Китае, послало 150-тысячную интервенционистскую армию в Советскую Россию, поддерживало белогвардейские банды Семенова, Калмыкова, Унгерна и др., пыталось поставить под свое господство Монголию.

Вместе с тем острее стали проявляться неравномерность развития отдельных отраслей хозяйства, неразрешенность аграрного вопроса, узость внутреннего рынка, зависимость национальной экономики от ввоза важных видов сырья. Все эти факторы стесняли промышленное развитие Японии.

Революционный подъем в 1918—1919 гг.

Народным массам Японии мировая война принесла бедствия и обнищание. Расходы на войну и на интервенцию против Советской России буржуазно-помещичьи правящие круги возмещали путем увеличения налогообложения и усиления эксплуатации трудящихся города и деревни. Возросла дороговизна предметов первой необходимости, снизился жизненный уровень народных масс. Все это обостряло классовые противоречия, толкало измученных, изголодавшихся рабочих и крестьян на борьбу против своих угнетателей.

В августе 1918 г. в Японии вспыхнули массовые народные волнения, получившие название «рисовых бунтов». Общее количество их участников достигло 10 млн. человек. Первыми выступили жены рыбаков в маленькой рыбачьей деревушке в префектуре Тояма. Протестуя против высоких цен на продовольствие, они захватили и разрушили рисовые склады. Вслед за тем движение охватило почти всю страну. В Киото, Осака, Кобе, Токио и других местах рабочие и городская беднота громили и сжигали рисовые склады торговцев, отказывавшихся продавать населению рис по удешевленной цене, разрушали полицейские участки.

«Рисовые бунты» продолжались более месяца. Одновременно происходили забастовки, сопровождавшиеся бурными столкновениями рабочих с администрацией и властями. Рабочие ломали машины, убивали подрядчиков, надсмотрщиков. Эти выступления, несмотря на свой стихийный характер, имели большое значение. Как отметил крупнейший деятель японского рабочего движения Сэн Катаяма, они «дали некоторый опыт японскому пролетариату; он многому научился в этих первых героических схватках с японской монархией».

Постепенно классовая борьба японских рабочих стала приобретать более организованные формы. В 1919 г. произошло 2388 стачек с участием 335 тыс. человек. В первых рядах шли металлисты, затем горняки и текстильщики. Бастовали 25 тыс. рабочих завода Хитати, 10 тыс. рабочих военного арсенала в Токио, 10 тыс. рудокопов в Асио и 3 тыс. в Камаиси, железнодорожники, печатники, почтовые служащие, рабочие судостроительной промышленности. Забастовщики требовали введения 8-часового рабочего дня и улучшения условий труда, отмены закона о запрещении стачек, предоставления права на создание профессиональных союзов.

Правительство применяло репрессии, посылало против забастовщиков полицию и войска, но тем не менее большинство выступлений рабочих заканчивалось полной или частичной победой. В упорной борьбе значительная часть японского пролетариата добилась 8-часового рабочего дня.

Внешняя и внутренняя политика правительства Хара. Экономический кризис 1920 г. и его последствия

«Рисовые бунты» и стачечное движение вызвали в правящих кругах сильное беспокойство. Правительство Хара пыталось вывести страну из экономических и политических трудностей путем проведения поверхностных реформ. Одной из них был принятый в феврале 1919 г. закон о снижении имущественного избирательного ценза с 10 до 3 иен годового подоходного налога, что привело к увеличению числа избирателей в парламент с 1,5 млн. до 3 млн. человек.

Среди членов кабинета были и сторонники некоторого смягчения агрессивного курса внешней политики. Под влиянием развернувшегося в марте — апреле 1919 г. антиимпериалистического восстания корейского народа правительство Хара наметило план реорганизации колониальной администрации в Корее и на Тайване (Формозе), пыталось отказаться от прямой вооруженной агрессии в Китае. В кабинете возникли разногласия также по вопросу о продолжении антисоветской интервенции, против которой протестовали не только народные массы, но и многие буржуазные политические деятели Японии, опасавшиеся дальнейшего усиления позиций военщины. Однако военные круги оказывали сильное влияние на правительство и сопротивлялись всяким попыткам изменить внешнюю политику страны.

Митинг в Токио с требованием всеобщего избирательного права.
Фотография. 1922 г.

В 1920 г. в Японии начался экономический кризис. Особенно низко производство упало в 1921 г. По сравнению с 1919 г. судостроение сократилось на 88,2%. Экспорт уменьшился на 40%, импорт — на 30, продукция горной промышленности — на 48, продукция машиностроения — на 55,9%. Армия безработных к 1922 г. насчитывала, по официальным данным, 1283 тыс. человек.

Снижение жизненного уровня пролетариата вызвало новую волну массовых стачек. Бастовали шахтеры, рабочие машиностроительной и сталелитейной промышленности. Но слабо организованный, не имевший своей революционной партии японский рабочий класс встречался с огромными трудностями в борьбе против предпринимателей, на стороне которых была вся сила буржуазно-помещичьего государства. Большинство стачек этого периода закончилось поражением рабочих.

Большую положительную роль в развитии рабочего движения в Японии сыграло образование в 1921 г. Японской федерации труда, в которой значительное влияние имели левые элементы. В октябре 1922 г. Федерация приняла революционную программу. В ней содержались некоторые синдикалистские положения (о том, что освобождение от ига капитала якобы может быть достигнуто силами профессиональных союзов), однако главным было требование борьбы против классового угнетения и признание противоположности интересов пролетариата и капиталистов.

Острая борьба развернулась и в японской деревне. В своей основной массе японские крестьяне были безземельными или малоземельными. 2339 тыс. хозяйств владели участками размером менее 1 акра, 1245 тыс. — от одного до двух акров. Более 70% крестьян арендовали землю на кабальных условиях у помещиков, которые в то же время были ростовщиками. В тяжелейших условиях жили батраки, работавшие у помещиков и кулаков.

Крестьянство страдало не только от феодально-помещичьего и ростовщического гнета, но и от дороговизны промышленных изделий и предметов первой необходимости, а также от налогового бремени.

Аграрные волнения росли с каждым годом. В 1917 г. произошло 85 крестьянских выступлений, в 1922 г. — свыше 3 тыс. Крестьяне нападали на дома помещиков, поджигали их, захватывали помещичьи земли. Во главе революционных выступлений крестьян часто становились демобилизованные солдаты, побывавшие в России.

Образование Коммунистической партии.Революционное движение в 1922—1923 гг.

Активная революционная борьба рабочих и крестьян Японии, победа Октябрьской социалистической революции и дальнейшие успехи Советской России оказали мощное влияние на развитие революционного марксистского течения в японском рабочем движении. В декабре 1920 г. ряд социалистических групп и кружков объединился в Японскую социалистическую лигу. Несмотря на сильное влияние в ней анархо-синдикализма, создание ее явилось важным этапом в процессе роста организованности и сознательности японского пролетариата. В мае 1921 г. Лига была запрещена правительством и вскоре распалась.

Призыв оказать помощь голодающим Поволжья.
Обложка специального номера японского
журнала «Дзэней» («Авангард»),
1922 г.

В течение 1921 г. в стране возникло несколько марксистских кружков и коммунистических групп. В августе 1921 г. под руководством Ватанабэ Масаноскэ и Токуда Кюити образовалась Партия пробуждения народа, по существу первая революционная организация японского рабочего класса. Наконец 15 июля 1922 г. состоялся съезд коммунистических организаций, оформивший создание Коммунистической партии Японии. Основную работу по ее организации провели Сэн Катаяма, Ватанабэ Масаноскэ, Токуда Кюити, Итикава Сёити. В ноябре того же года партия приняла программу, главными требованиями которой были: ликвидация монархии и феодальных пережитков, введение 8-часового рабочего дня, свободы слова, собраний, печати и организаций. В феврале 1923 г. состоялся II съезд партии. Он утвердил Устав партии и наметил практические задачи.

Образование Коммунистической партии явилось важным завоеванием японского рабочего класса в период революционного подъема. Партия сразу же стала на позиции Коммунистического Интернационала. Она пропагандировала идеи марксизма-ленинизма, вела борьбу за жизненные интересы народа, разъясняла трудящимся массам правду об Октябрьской социалистической революции и о Советской России, выступала за признание Советского государства и немедленное прекращение антисоветской интервенции.

Уже в конце 1921 — начале 1922 г. кампания в защиту Советской страны приобрела весьма широкий характер. Распространялись листовки с призывами прекратить интервенцию, собирались денежные средства для оказания помощи голодающим в России. В апреле 1922 г. профсоюзная конференция в Осака приняла резолюцию, в которой указывалось на необходимость вести агитацию за сближение с Советской Россией «в целях оказания помощи народным массам Советской России, явившимся пионерами первого пролетарского государства». В мае Японская федерация труда потребовала, чтобы правительство эвакуировало японские войска из Сибири и установило торговые отношения с Россией. В июне группа японских прогрессивных деятелей создала Общество борьбы против интервенции в России, а также Комитет помощи голодающим рабочим России.

В результате побед Красной Армии над интервентами и белогвардейцами, а также под влиянием выступлений японских трудящихся против антисоветской интервенций правительство Японии было вынуждено в октябре 1922 г. убрать свои войска с Советского Дальнего Востока. Захваченный ими Северный Сахалин японские интервенты покинули в 1925 г.

Революционная борьба рабочего класса и всех трудящихся Японии в это время давала ощутимые результаты, но в целом она протекала стихийно. Коммунистическая партия была слаба, рабочая прослойка в ней малочисленна. К тому же внутри партии действовала право-оппортунистическая группа во главе с Ямакава, представлявшая ликвидаторский уклон в партии. Ямакава и его сторонники утверждали, что гегемоном буржуазно-демократической революции должна быть буржуазия, а не пролетариат, и что в Японии еще не созрели условия для существования самостоятельной пролетарской партии. Все это отрицательно сказывалось на деятельности Коммунистической партии.

1 сентября 1923 г. Япония пережила большое бедствие — катастрофическое землетрясение. Пострадало свыше 4 млн. человек, 150 тыс. человек погибли. Материальный ущерб, причиненный стране, составил 5,5 млрд. золотых иен. Правительство использовало создавшуюся тяжелую обстановку для усиления репрессий против революционных организаций. После землетрясения было введено чрезвычайное положение по всей стране. Начались массовые аресты, которым подвергались прежде всего коммунисты, активные деятели рабочего и крестьянского движения.