;

ФРАНЦИЯ В ПЕРИОД ТЕРМИДОРИАНСКОЙ РЕАКЦИИ.
ДИРЕКТОРИЯ

Крушение якобинской диктатуры было началом буржуазной реакции во Франции. К власти пришла крупная буржуазия. Ведущую роль в ее рядах играли «новые богачи», нажившие состояние за годы революции. Дрожавшие каждый час в дни якобинской диктатуры за свою голову, эти алчные и хищные стяжатели почувствовали себя после термидора в безопасности и, дорвавшись до власти, спешили закрепить ее за собой.

1. Термидорианская реакция.

Внутренняя политика термидорианцев

Термидорианцы разгромили аппарат революционно-демократической диктатуры. Они лишили Комитет общественного спасения его прежних полномочий и функций и изменили его состав. Вместе с Парижской коммуной была ликвидирована и массовая опора революционного правительства — народные общества и революционные комитеты. Простых людей, игравших большую роль в революционных органах, отстранили от участия в политической жизни.

Заключенные в тюрьмах контрреволюционеры уже осенью 1794 г. снова получили свободу и доступ к политической деятельности. В декабре вышли из тюрем и вернулись в Конвент уцелевшие жирондистские депутаты.

Закрытие якобинского клуба.
Гравюра К. Н. Малапо по рисунку Ж. Дюплесси-Берто.

Одновременно усиливались репрессии против якобинцев. Банды буржуазной «золотой молодежи», хозяйничавшие на улицах Парижа, разгромили помещение якобинского клуба. В ноябре 1794 г. якобинский клуб был закрыт по постановлению Конвента.

Термидорианцы поспешили ликвидировать социально-экономическое законодательство якобинского Конвента. Все ограничения, введенные против спекуляции, были отменены. Государственное нормирование цен в течение некоторого времени еще номинально сохранялось, но все более нарушалось на практике; в декабре 1794 г. закон о «максимуме» был официально отменен. Вследствие восстановления неограниченной свободы торговли рабочие, мелкие ремесленники, городская и сельская беднота стали жертвой произвола торговцев и спекулянтов, сразу взвинтивших цены на все продукты. Беднейшие слои французского народа были обречены на голод. Зато буржуазии ничто более не препятствовало в ее безудержной страсти к наживе.

Ассигнаты.

Спекуляция, биржевой ажиотаж, махинации, связанные с падением денежного курса, получили небывалый размах. Количество выпущенных ассигнатов выросло с 8 млрд. ливров в 1794 г. до 20 млрд. к октябрю 1795 г. Курс ассигнатов стремительно падал. В июле 1794 г. за ассигнат в 100 ливров платили 34 ливра звонкой монетой; в ноябре он стоил 24 ливра, в марте 1795 г.— 14, в апреле того же года — только 8 ливров. Соответственно возросли цены на товары, в особенности на предметы широкого потребления. Покупка и перепродажа «национальных имуществ» и военные поставки продолжали служить источником быстрого обогащения спекулянтов и дельцов. Казнокрадство, взяточничество стали бытовым повседневным явлением. Видные термидорианцы — Баррас, Тальен, Ровер, Фрерон и др. — первые являли пример хищнической погони за наживой. Кутежи и оргии, грубая показная роскошь, фривольная музыка — так в дни народных бедствий развлекалась захватившая власть термидорианская буржуазия.

Народные восстания в Париже в апреле и мае 1795 г.

Весной 1795 г. доведенные до отчаяния жестокой нуждой, возмущенные реакционной политикой термидорианских правителей, трудящиеся Парижа дважды поднимали восстание. 12 жерминаля (1 апреля) население рабочих кварталов столицы вышло на улицу с оружием в руках. Демонстранты заставили термидорианский Конвент выслушать их главные требования: «Хлеб! Конституция 1793 года! Освобождение патриотов!». Но лишенные руководства и четкого плана действий, восставшие не сумели использовать первоначальный успех. Термидорианское правительство сосредоточило в Париже крупные вооруженные силы и на следующий день подавило восстание.

Около двух месяцев спустя, 1 прериаля (20 мая), народные массы Парижа снова восстали. К этому времени положение трудящихся столицы стало еще хуже. С апреля по май цены на хлеб возросли в 2—2,5 раза. Это крайне бедственное положение плебейских масс придало восстанию в прериале широкий размах и большую силу. На сторону восставшего народа перешло несколько батальонов национальной гвардии. Восставшим удалось захватить здание Конвента. Но и на этот раз народное выступление потерпело неудачу. 4 прериаля после ожесточенной борьбы восстание было подавлено вооруженными силами термидорианского Конвента.

Термидорианцы жестоко расправились с трудящимися Парижа. Рабочее население парижских предместий было обезоружено, несколько тысяч человек арестованы, а затем осуждены и сосланы. «Последние монтаньяры», депутаты-якобинцы Ромм, Гужон, Субрани и трое других, поддержавшие восстание и приговоренные к гильотине, покончили с собой одним кинжалом, который умирающий передавал своему товарищу.

Усиление реакции и выступления роялистов

Удары, нанесенные термидорианцами плебейским массам — главному оплоту республики, ободрили все контрреволюционные элементы в стране. В южных департаментах, где было особенно сильно влияние жирондистов и роялистов, начался белый террор. Вооруженные банды нападали на тюрьмы, убивали заключенных там якобинцев, топили их в реках, безнаказанно совершали разные преступления. Массовые убийства заключенных были совершены в Лионе, Эксе, Марселе и в других местах. В Тарасконе всех узников, находившихся в крепости, утопили в Роне.

Дворяне-эмигранты решили, что теперь все подготовлено для восстановления монархии Бурбонов. После того как умер в 1795 г. сын казненного короля, именовавшийся эмигрантами Людовиком XVII, роялисты объявили графа Прованского, брата Людовика XVI, королем под именем Людовика XVIII.

Летом 1795 г. английские корабли высадили в Бретани, на Киберонском полуострове, крупный десант эмигрантов. Роялисты рассчитывали на быстрый и легкий успех. Однако буржуазия была кровно заинтересована в том, чтобы сохранить все материальные и политические выгоды, которые она приобрела за годы революции, удержать власть в своих руках и не допустить реставрации феодально-абсолютистских порядков. Войска эмигрантов и англичан в Бретани потерпели поражение. Многие эмигранты попали в плен и были расстреляны.

Внешняя политика термидорианского Конвента

В 1792—1794 гг., особенно за время якобинской диктатуры, французский народ проявил гигантское революционное творчество, пересоздав всю систему стратегии, порвав все старые законы и обычаи войны и создав, вместо старых войск, новое, революционное, народное войско и новое ведение войны. Но результаты огромной созидательной работы сказались полностью лишь после того, как ее вдохновители и организаторы, якобинцы, сложили свои головы на эшафоте.

Решающая победа при Флерюсе, одержанная за месяц до крушения якобинской диктатуры, была лишь началом последующих крупных успехов французских армий. К концу 1794 г. и началу 1795 г. французы заняли Бельгию и Голландию, весь левый берег Рейна, от моря до Альп.

Антифранцузская коалиция европейских монархий, раздираемая внутренними противоречиями, распалась под ударами французских войск. Из крупных европейских держав первой прекратила борьбу Пруссия 5 апреля 1795 г. в Базеле был подписан мирный договор между Францией и Пруссией, в силу которого последняя признавала переход левого берега Рейна к Франции. В мае того же года был заключен мир между Францией и Голландией; по этому договору Голландия обязалась принять участие в войне против Англии. В июле 1795 г. подписала мир с Францией также Испания. Однако другие государства, входившие в антифранцузскую коалицию, продолжали борьбу. Англия становилась все более непримиримой, опасаясь побед Франции и усиления ее влияния в Западной Европе; не складывала оружия и Австрия; за Англией и Австрией следовали мелкие германские и итальянские государства.

Конституция III года

Беспощадно подавляя выступления народных масс и в то же время нанося удары роялистам, термидорианская крупная буржуазия стремилась юридически оформить свое политическое господство. В августе 1795 г. термидорианский Конвент принял новую конституцию. Эта так называемая конституция III года (по республиканскому календарю) сохраняла во Франции республику, но уничтожала одно из главных завоеваний конституция 1793 г. — всеобщее избирательное право. По новой конституции избирательным правом пользовались лишь мужчины, платившие подушную или поземельную подать. Законодательная власть предоставлялась двум палатам: Совету пятисот и Совету старейшин. Исполнительная власть переходила к Директории в составе пяти директоров.

Термидорианский Конвент стремился ликвидировать демократические завоевания якобинской диктатуры, но хотел также предотвратить феодальную реставрацию. Буржуазия и имущее крестьянство особенно опасались за судьбу приобретенных ими «национальных имуществ», эмигрантских и церковных земель, которых они лишились бы в случае восстановления монархии. Кроме того, термидорианцы, члены Конвента, голосовавшие в прошлом за казнь короля Людовика XVI, понимали, что монархисты им этого не простят. Поэтому термидорианский Конвент принял меры против возможного возвращения монархистов к власти. Вслед за провозглашением конституции он утвердил декреты, согласно которым две трети состава новых законодательных органов должны были состоять из бывших членов Конвента.

Роялисты, надеявшиеся на то, что они получат на выборах большинство и ликвидируют республику, были обмануты в своих расчетах. 13 вандемьера (5 октября 1795 г.) в буржуазных кварталах Парижа вспыхнул мятеж, организованный роялистами. Термидорианцам во главе с Баррасом удалось его подавить. Главную роль в этом усмирении сыграл генерал Наполеон Бонапарт.

2. Директория.

С ноября 1795 г. вступила в силу новая конституция. Исполнительная власть во Франции перешла в руки Директории, в состав которой вошли Баррас и другие видные термидорианцы.

Период Директории был временем безграничного господства буржуазии. При Директории стремительно вырывается наружу и бьет ключом настоящая жизнь буржуазного общества. «Буржуазная оргия Директории» с ее разнузданной спекуляцией и ажиотажем обеспечивала огромные барыши жадным буржуазным стяжателям. Но она влекла за собой возрастание страданий, бедствий и нужды широких масс трудящихся. По образному выражению одного современника, французское общество эпохи Директории представляло собой «гнусный контраст между самым неистовым богатством и самой ужасающей нищетой».

Гракх Бабеф и «заговор во имя равенства»

Особенно тяжелыми для трудящихся оказались зима и весна 1795—1796 гг. Продолжающаяся инфляция, непрерывное падение курса ассигнатов и неудержимый рост цен создали безвыходное положение для рабочих, ремесленников, служащих, интеллигенции. «Лишь зажиточный класс может пользоваться жизнью в настоящий момент, а трудящиеся находятся в крайней нужде»; ремесленники и рабочие «видят все меньше соответствия между плодами своего труда и своими повседневными потребностями»; «отчаяние и горе достигли высшего предела» — такого рода заявления приводились в эти дни почти в каждом полицейском донесении. Рабочие, служащие вынуждены были продавать и закладывать последнее. По улицам бродили оборванные люди, искавшие в мусоре разные отбросы, чтобы утолить голод. Массовый характер приняли самоубийства.

Особенно горькое разочарование буржуазной действительностью испытывали рабочие. Это способствовало пробуждению их классового сознания. Рабочие не только с сочувствием вспоминали время якобинской диктатуры, но и искали каких-то новых путей, чтобы покончить с существующим общественным злом.

Выразителем этих смутных социальных чаяний рабочего класса, постепенно выделявшегося из общей плебейской массы, явился Ноэль-Франсуа Бабеф (1760— 1797), назвавший себя именем древнеримского трибуна-реформатора Гракха. С первых же дней революции он стал, как он сам говорил, «пропагандистом свободы и защитником угнетенных» и принял активное участие в бурных событиях этой эпохи. Неоднократно подвергаясь арестам и преследованиям, Бабеф уже в первые годы революции выступил решительным противником частной собственности на землю, добивался не распродажи национальных имуществ, а их раздачи в долгосрочную аренду малоимущим крестьянам. Весной 1793 г. Бабеф составил проект «законодательства санкюлотов», которое должно было обеспечить «совершенное равенство».

Гракх Бабеф.

Мужественный революционер, смелый мыслитель, человек действия, искавший решения жгучих социальных вопросов, Бабеф выдвинулся в мрачные годы термидорианской реакции. В 1795 г., сидя в тюрьме, он сблизился с заключенными там революционерами-демократами Буонарроти, Дартэ и некоторыми другими и сплотил их вокруг коммунистических идей и плана нового революционного переворота.

Выйдя из тюрьмы после амнистии, объявленной термидорианским Конвентом, Бабеф и его единомышленники — бабувисты энергично взялись за дело. В начале 1796 г. под руководством Бабефа была создана «Тайная директория общественного спасения», деятельность которой вошла в историю под названием «заговора во имя равенства». «Ничем не ограниченное равенство, максимальное счастье для всех, уверенность в его прочности — таковы были блага, которые Тайная директория общественного спасения хотела обеспечить французскому народу», — так определял цель заговора его участник и историк Филипп Буонарроти.

Бабувисты считали, что полное равенство осуществимо лишь при коммунизме — общественном строе, не знающем частной собственности. Коммунистическое общество представлялось им основанным на строго равномерном распределения всех материальных благ между гражданами, т. е. на уравнительности. Это был примитивный, уравнительный коммунизм. Однако в отличие от Морелли и других французских предреволюционных мыслителей-коммунистов, учеником которых был Бабеф, бабувисты не только рисовали будущее коммунистическое общество, но и ставили вопрос о практических путях его создания. Под влиянием опыта революции они пришли к убеждению в необходимости насильственного революционного переворота, к мысли о необходимости установления революционной диктатуры трудящихся.

Новое, революционное правительство должно было, по мнению бабувистов, сразу же принять меры, чтобы облегчить положение народных масс. В этих целях предполагалось организовать бесплатное снабжение населения хлебом, безвозмездно вернуть из ломбардов вещи, заложенные беднотой, вселить неимущих в дома богачей. Но основная задача революционной диктатуры состояла в постепенном установлении во Франции коммунизма. Намечалось организовать большую «национальную коммуну», к которой должны были перейти нераспроданные до термидора церковные земли и земли эмигрантов, а также имущество врагов революции. Наряду с «национальной коммуной» в течение некоторого срока должны были сохраняться и частные хозяйства крестьян и ремесленников. В дальнейшем в результате целой системы мероприятий (налоговой политики, отмены права наследования и др.) частная собственность подлежала окончательной ликвидации.

Вокруг Бабефа и его газеты «Трибун народа» сплотились уцелевшие деятели парижских секций и народных обществ, составившие костяк бабувистского движения. В военной организации, подготовлявшей восстание, активное участие принимал вышедший из плебейской среды генерал Россиньоль. К движению примкнули некоторые робеспьеристы, бывшие депутаты якобинского Конвента, как, например, Друэ (арестовавший в Варенне Людовика XVI).

Бабувисты развернули в Париже широкую пропаганду, находившую сочувственный отклик среди трудящихся французской столицы. В апреле 1796 г. одна парижская газета сообщала, что даже на улицах ведутся разговоры о тех благах, которых можно было бы добиться в случае установления общности имуществ.

Тщательно подготовленный «Тайной директорией» план вооруженного восстания был, однако, сорван: провокатор, пробравшийся в ряды участников движения, выдал его правительству. В мае 1796 г. Бабефа и других руководителей «Тайной директории» арестовали. Попытка находившихся под влиянием бабувистов солдат Гренельского лагеря поднять восстание потерпела неудачу. Год спустя Бабеф и Дартэ были казнены. Они встретили смерть так же, как жили, — мужественно и благородно.

«Политика качелей»

Разгром заговора Бабефа нанес тяжелый удар по демократическим силам и поощрил роялистов. В 1797 г. на выборах одной трети депутатов в законодательные органы роялисты одержали победу. Имея многочисленных сторонников в государственном аппарате, они почти открыто готовились к перевороту. Директория опередила их. 3 сентября 1797 г. правительственные войска заняли здания Совета пятисот и Совета старейшин и арестовали часть депутатов. На следующий день, 4 сентября (18 фруктидора), было принято решение об аннулировании избрания депутатов-монархистов, о высылке их в колонии, об усилении репрессий против монархической пропаганды в стране.

Вступление французской армии в Милан в 1796 г.
Гравюра Ж. Дюплесси-Берто по рисунку К. Верне.

Ведя борьбу с роялистами, Директория вынуждена была искать поддержки в противоположном лагере, среди уцелевших якобинцев. Но достаточно было несколько ослабить ограничения демократических свобод, как влияние демократических сил в стране опять быстро возросло. На выборах 1798 г. республиканцы-демократы одержали серьезную победу: среди избранных оказалось несколько деятелей периода якобинской диктатуры. Напуганная избирательными успехами левых группировок, Директория теперь качнулась вправо и провела 11 мая (22 флореаля) 1798 г. решение об аннулировании выборов депутатов-демократов.

Свои шатания то вправо, то влево Директория пыталась представить политикой «золотой середины». Современники дали ей гораздо более правильное определение, назвав «политикой качелей». Эта политика выражала внутреннюю слабость и гнилость режима Директории.

Французские победы в Италии и мир с Австрией
Лазар Гош.
Гравюра Ж. Кокреля
по картине Ж. Боза. 1797 г.

Беспринципная политика лавирования между противоположными политическими лагерями могла поддерживать неустойчивый режим Директории лишь до тех пор, пока крупными победами на фронтах прикрывались его внутренние пороки. Французские армии под командованием таких талантливых полководцев, как Гош, Бонапарт, Моро, Журдан и др., используя новые, созданные революцией методы ведения войны, новую тактику и стратегию, продолжали побеждать. Они били войска Австрийской империи и ее союзников, в которых царила рутина, насаждавшаяся спесивыми, бездарными военачальниками.

Основные удары по австрийским войскам нанесла французская армия в Северной Италии под командованием Бонапарта. Наполеон Бонапарт (1769—1821), сын обедневшего корсиканского адвоката, учившийся на казенный счет в провинциальном Бриеннском военном училище, был одним из тех молодых генералов, которые благодаря своему дарованию быстро выдвинулись в период революции. После подавления им вандемьерского восстания роялистов Директория поставила его во главе французской армии, направленной в апреле 1796 г. в Северную Италию.

Бонапарт принудил сперва Сардинское королевство, а затем и другие итальянские государства заключить мир с Францией. Изолировав таким образом австрийцев, он нанес им ряд решающих поражений на территории Северной Италии. 10 мая он разбил австрийские войска в сражении при Лоди, вошел в Милан и вскоре приступил к осаде главной австрийской военной базы — крепости Мантуи. В сражениях при Кастильоне (5 августа), Бассано (8 сентября), Арколе (17 ноября 1796 г.) и Риволи (14 января 1797 г.) французские войска последовательно разгромили четыре австрийские армии, переброшенные одна за другой в Италию. Добившись капитуляции Мантуи (2 февраля), французские войска предприняли новое наступление, вторглись через Венецианскую республику на территорию Австрии и стали быстро приближаться к Вене.

В апреле 1797 г. Австрии пришлось заключить перемирие, а 17 октября того же года подписать с Францией мирный договор в Кампо-Формио. Австрия вынуждена была признать присоединение к Франции Бельгии и левого берега Рейна и отказаться от Ломбардии, получив взамен большую часть территории бывшей Венецианской республики. В Северной Италии французы основали две «дочерние» республики — Цизальпинскую и Лигурийскую, поставленные в полную зависимость от Франции.

По мере продолжения войны характер ее начал меняться. На целях войны и способах ее ведения стали сказываться последствия термидорианского переворота и захвата власти крупной буржуазией. Директория не только не снабжала свои армии, кормившиеся за счет населения оккупированных территорий, но и сама жила за их счет. При заключении мирного договора с Голландией Франция принудила выплатить ей 100 млн. флоринов. Крупными контрибуциями были обложены занятые французской армией германские и швейцарские города. Но особенно беззастенчиво действовал Наполеон Бонапарт в Италии. Заключая договоры, он требовал многомиллионных контрибуций, захватывал и вывозил во Францию уникальные памятники искусства и огромные материальные ценности. Получая от своих генералов награбленное ими золото, Директория попадала все в большую от них зависимость.

Экспедиция в Египет

Французская республика превращалась в сильнейшую державу континентальной Европы. Но главный противник Франции — Англия, неуязвимая для французских армий благодаря своему островному положению и сильному морскому флоту, продолжала борьбу. Стремясь нанести чувствительный удар Англии и подорвать ее колониальное могущество, правительство Директории решило подготовить военную экспедицию для завоевания богатейших английских владений в Индии. Так как путь в Индию лежал через арабские страны, Директория одобрила выдвинутое Бонапартом после его возвращения из Италии предложение овладеть Египтом, входившим в состав Османской империи. Захват Египта, издавна являвшегося объектом колониальных устремлений французской буржуазии, преследовал и иную цель. Он должен был восстановить и упрочить экономические и политические позиции Франции на Востоке, утраченные ею в период революции.

Битва при Абукире.
Гравюра Ж. Б. М. Дюпрееля по рисунку Ж. Дюплесси-Берти.

В июле 1798 г. французские войска под командованием Бонапарта высадились в Александрии. Фактическая власть в Египте принадлежала тогда не туркам, а местным феодальным правителям — мамлюкским беям. Разгромив отряды мамлюков в сражении у пирамид, французы вступили в Каир и оккупировали значительную часть страны. Однако дальнейшее развитие событий оказалось для них неблагоприятным.

Английский флот адмирала Нельсона уничтожил у Абукира корабли, доставившие французский десант, и тем самым лишил французскую армию возможности получать подкрепления и снабжение из Франции. В самом Египте французы столкнулись с сопротивлением народных масс, выступавших против новых захватчиков. К тому же турецкий султан Селим III в ответ на вторжение французов в Египет в сентябре 1798 г. объявил Франции войну, а в начале 1799 г., заключив союз с Россией и Англией, двинул через Сирию войска для наступления против французов.

Бонапарт попытался опередить турок. Ранней весной 1799 г. основные силы французской экспедиционной армии вторглись в южную Сирию и осадили крепость Акку, но после двухмесячной бесплодной осады им пришлось отступить и вернуться в Египет.

Вскоре Наполеон Бонапарт уехал во Францию, передав командование войсками генералу Клеберу. Несмотря на частичные военные успехи Клебера, положение французов в Египте все больше ухудшалось. В Египте росло народное возмущение против французов. В 1800 г. Клебер был убит арабским патриотом. Год спустя, в августе 1801 г., французские войска, теснимые англичанами и турками, вынуждены были капитулировать и эвакуироваться из Египта.

Вторая коалиция

Тем временем английское правительство прилагало усилия к воссозданию антифранцузской коалиции. Оно особенно стремилось вовлечь в активную борьбу с Францией силы царской России. Захваты, осуществленные французами в 1798 г., создание новых вассальных республик — Батавской (Голландия), Гельветической (Швейцария) и Римской (Папская область), занятие острова Мальты французскими войсками и вторжение их на Ближний Восток — все это облегчало задачу английской дипломатии. Внешнеполитические цели России и Англии на некоторое время совпали.

Разгром французского флота при Абукире, в результате которого в Египте была отрезана лучшая из французских армий, окрылил противников Франции. В конце 1798 — начале 1799 г. возникла вторая антифранцузская коалиция, в состав которой вошли Россия, Англия, Австрия, Турция, Неаполитанское королевство.

Война в Европе возобновилась весной 1799 г. в неблагоприятных для Франции условиях. Армия под командованием Журдана была разбита на территории Германии и отступила за Рейн. Еще более серьезные неудачи постигли французов в Италии. Пройдя стремительным маршем огромные расстояния, русские войска, возглавляемые А.В. Суворовым, в апреле 1799 г. появились в Северной Италии, в конце апреля заняли Милан, а 26 мая вступили в Турин. Воспрепятствовав соединению французских армий Моро и Макдональда, Суворов в трехдневной ожесточенной битве при Треббии (17—19 июня) разгромил армию Макдональда, принудив тем самым к отступлению и армию Моро.

Напуганная всем этим, Директория сместила Макдональда и назначила главнокомандующим Жубера, считавшегося одним из лучших полководцев республики. На него возлагались все надежды. Однако 15 августа в ожесточенном сражении у Нови, длившемся 16 часов, Жубер был убит, его сменил Моро. Несмотря на все свои усилия, Моро не добился победы. Русские солдаты проявили исключительную стойкость. Суворов сам вел свои полки в атаку. К вечеру французы дрогнули и отступили.

Победа Суворова у Нови произвела сильное впечатление в Европе. Во Франции она вызвала панику. Все завоевания французов в Италии, казалось, были утрачены. Суворов стоял у ворот Франции. Однако дальнейшего развития эта победа не получила, так как по настоянию Австрии войска Суворова были направлены в Швейцарию на помощь находившимся там австрийским войскам.

Совершив беспримерный переход через Сен-Готард, преодолев невероятные трудности горной войны, претерпев лишения и недостаток в провианте, оружии и боеприпасах, армия Суворова прошла через Альпы. Однако, когда войска Суворова вступили в Швейцарию, австрийский корпус под командованием эрцгерцога Карла уже покинул страну, и войска Суворова оказались в крайне трудном положении.

К этому времени разногласия между Россией, с одной стороны, и Англией и Австрией — с другой, привели к выходу России из коалиции. Павел I приказал русским войскам возвратиться домой.

Переворот 18 брюмера

Военные неудачи и опасность вторжения неприятельских армий во Францию заставили Директорию принять ряд чрезвычайных мер. Массовый призыв в армию (второй раз после 1793 г.) дал несколько сот тысяч новых солдат. На руководящие посты были выдвинуты некоторые бывшие якобинцы. Вновь был легализован якобинский клуб, в котором приняли активное участие уцелевшие бабувисты. Правительство провело принудительный заем за счет богачей и закон о заложниках, направленный против семей эмигрантов и контрреволюционеров. Хотя на деле Директория не думала проводить последовательную демократическую политику, но эти мероприятия всполошили крупную буржуазию; ей казалось, что опять возвращается 1793 год. С другой стороны, усилилась монархическая опасность. Роялисты вновь подняли восстание в Вандее и наводнили страну вооруженными бандитскими шайками, терроризировавшими местные власти и население.

Очевидная для всех слабость Директории, ее непоследовательность и наличие в ней внутренних противоречий наталкивали руководящие круги буржуазии на мысль о необходимости «сильного правительства», опирающегося на армию и способного обеспечить буржуазный «порядок» и интересы буржуазии как внутри, так и вне страны.

Когда в октябре 1799 г. генерал Бонапарт, бросив свою армию в Египте, вернулся в Париж, он застал там почву, подготовленную для изменения политического режима. Влиятельные представители буржуазии усиленно искали кандидата на роль диктатора. Называли имена генералов Моро, Журдана, называли и имя Бонапарта.

Наполеон Бонапарт давно лелеял честолюбивые мечты о власти. Из всех французских генералов он не только был самым талантливым и решительным, но имел наиболее тесные связи с буржуазной верхушкой, в частности с «новыми богачами». Нажитое им в Италии путем взяток и хищений миллионное состояние он приумножил спекуляциями на покупке и перепродаже земельных владений во Франции.

Бонапарту помогли опытные политические деятели буржуазии — бывший лидер конституционалистов Сиейес, умный и вероломный министр иностранных дел Талейран, мастер политического сыска и провокаций министр полиции Фуше, а также влиятельнейшие банкиры и властители биржи. Почувствовав силу Бонапарта и надеясь использовать его в своих интересах, они предложили ему свою поддержку, связи, деньги. Потребовалось всего три недели от возвращения Бонапарта в Париж до осуществления тщательно подготовленного государственного переворота, ликвидировавшего режим Директории.

9 ноября (18 брюмера) 1799 г. под предлогом защиты республики от вымышленного якобинского заговора в Париже было введено военное положение, а Бонапарт назначен командующим войсками Парижского военного округа. Одновременно подали в отставку все члены Директории. На следующий день, 10 ноября (19 брюмера), Бонапарт с помощью верных ему гренадеров разогнал Совет пятисот и Совет старейшин и продиктовал кучке собранных им депутатов декрет о передаче власти трем консулам, первым из которых стал он сам.

Так была установлена военная диктатура Наполеона Бонапарта.