;

ПОДГОТОВКА ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ К ВОЙНЕ

Захват власти в Германии гитлеровцами и установление террористической диктатуры финансового капитала в ее самой жестокой форме были тяжелым ударом для германского народа. Вся внутренняя и внешняя политика фашистского правительства отныне направлялась на подготовку к войне за мировое господство.

Милитаризация экономики

После установления фашистской диктатуры народное хозяйство Германии стало подвергаться перестройке применительно к нуждам готовящейся агрессивной войны. В секретном законе «об обороне империи», принятом 21 мая 1935 г., говорилось, что генеральный уполномоченный в области военной экономики Шахт должен «поставить все экономические силы на службу ведения войны». Этому соответствовала целая система мероприятий, имевших целью организацию массового производства вооружения и военных материалов и сокращение мирных отраслей промышленности (в том числе ремесленного производства).

Германия тратила на вооружение колоссальные суммы. Средства для этого извлекались путем эксплуатации миллионов людей, непрерывного повышения налогов, использования фондов страхования по безработице, инвалидности и старости, принудительных сборов «на зимнюю помощь», «на воздушный флот», «на противовоздушную оборону».

Гитлеровское правительство стремилось сократить ввоз продовольствия и всемерно расширить экспорт, чтобы обеспечить необходимое количество валюты для все возрастающего ввоза стратегического сырья — железной и медной руды, свинца, нефти, бокситов и т. п. С этой целью в 1934 г. был введен в действие так называемый новый план Шахта, согласно которому ввоз любых материалов или продовольствия мог происходить лишь в централизованном порядке при предоставлении Рейхсбанком необходимой валюты или девизов. Одновременно благодаря правительственным субсидиям и беззастенчивому демпингу стал расти германский вывоз, и с 1935 г. было даже достигнуто некоторое превышение экспорта над импортом.

В сентябре 1936 г. на очередном съезде фашистской партии в Нюрнберге Гитлер провозгласил «четырехлетний план», который должен был обеспечить автаркию («самоудовлетворение») германской экономики, т. е. полную независимость ее от внешних рынков. Во главе «ведомства четырехлетнего плана» был поставлен Геринг, автор лозунга «пушки вместо масла». Это ведомство начало проводить активную деятельность по ограничению потребления и организовало производство некоторых видов местного сырья и заменителей — синтетического каучука, синтетического бензина, искусственного волокна. Но широко разрекламированный «четырехлетний план» не оправдал возлагавшихся на него надежд. Уже через год на секретном совещании военных руководителей Гитлер признал, что достижение автаркии по ряду решающих видов сырья, а также по продовольствию — несбыточное дело.

Весьма напряженным было положение в сельском хозяйстве, которое в целях подготовки к войне было поставлено под безраздельный контроль руководства так называемого имперского продовольственного сословия, главного органа фашистского государства по «регулированию» сельскохозяйственного производства.

«Регулирование» предусматривало превращение каждого крестьянина в «солдата фронта питания», обязанного сеять не то, что было ему выгодно и желательно, а то, что диктовали руководители «имперского продовольственного сословия». Продукция каждого двора находилась на строгом учете, и большую часть ее крестьянин должен был сдавать по чрезвычайно низким ценам. На учете находилась не только каждая крестьянская корова, но и каждая курица. Постепенно это «регулирование» становилось все более жестким. По закону 1937 г. «Об обеспечении нормального ведения сельского хозяйства» даже так называемый наследственный двор мог быть отнят у хозяина за невыполнение указаний «имперского продовольственного сословия». В том же году была введена обязательная сдача всего хлебного зерна, что вызвало особенно сильное недовольство крестьян, так как большая часть крестьянских хозяйств Германии имела животноводческий уклон и они обычно не производили зерна на продажу, а сами покупали его у помещиков и кулаков.

Сопротивление бедного и среднего крестьянства фашистскому грабежу чаще всего выражалось в сокращении запашки, саботаже сдачи зерна и других продуктов, в их утаивании, хотя за это полагались штраф до 100 тыс. марок, тюрьма или каторжные работы. Посевные площади в стране, несмотря на все усилия фашистов, неуклонно уменьшались. Кроме того, часть пахотной земли шла под аэродромы, военные предприятия, стратегические автострады. Ввиду всего этого сбор зерновых сильно понизился: в 1937 г. было собрано 4,4 млн. т пшеницы против 5,6 млн. т в 1933 г. Сокращалось также поголовье скота.

В то время как военные заводы работали в три смены, рабочие легкой, пищевой и ряда других отраслей промышленности были заняты неполную неделю. Значительное количество предприятий, производивших предметы потребления, совсем прекратило работу ввиду отказа в предоставлении им необходимого импортного сырья.

Таким образом, милитаризация народного хозяйства вела к тому, что значительный рост производства имел результатом не увеличение, а сокращение потребления. Экономика страны приобретала все более уродливый характер. Возникла угроза экономического кризиса небывалой силы.

Усиление власти монополий

Ускоренная подготовка к войне сопровождалась дальнейшим сосредоточением экономической и политической мощи в руках монополистического капитала. В июле 1933 г. было издано постановление о принудительном картелировании. Кроме того, последующим законом об акционерных обществах распускались компании с капиталом менее 100 тыс. марок и запрещалось образование новых обществ с капиталом менее 500 тыс. марок. В целом монополии контролировали около 70% промышленности. Важнейшие отрасли тяжелой индустрии почти полностью находились во власти нескольких гигантских компаний. Так, фирма «Ферайнигте Штальверке» давала 21,5% общегерманской добычи железной руды и 25,5% добычи каменного угля, 38% производства чугуна, 40% выплавки стали.

Закон 1934 г. «Об органическом построении германской экономики» создал шесть имперских хозяйственных групп — промышленность, торговля, банки, страхование, энергетика, ремесло, которым подчинялись десятки отраслевых и территориальных хозяйственных групп. Во главе имперских групп в качестве «фюреров» с широкими полномочиями были поставлены крупнейшие германские монополисты — Шредер, Крупп и другие.

Характерной для фашистской Германии формой государственно-монополистического капитализма было государственное предпринимательство, принявшее весьма значительные масштабы. Концерн «Герман Геринг Верке», созданный в 1937 г., в короткий срок превратился в одно из крупнейших монополистических объединений Германии.

Средние слои населения не получили от фашистского государства обещанной помощи. Сотни тысяч владельцев мелких предприятий разорились в результате введенного гитлеровцами в интересах монополий регулирования ввоза и распределения сырья. Не были выполнены также обещания о «ликвидации процентного рабства», о закрытии универмагов, о содействии развитию ремесла и мелкой торговли, о помощи крестьянам. На деле господство крупных и крупнейших монополистов в промышленности и торговле неизмеримо усилилось.

В гитлеровской Германии сильнее, чем в других капиталистических странах, проявлялись загнивание и паразитизм, свойственные монополистическому капиталу,— милитаризация экономики, колоссальные непроизводительные расходы, увеличение слоя рантье, рост бюрократического аппарата, усиление органов угнетения.

Завершение фашизации государственного аппарата

Гитлеровцы создали колоссальный бюрократический аппарат: число государственных служащих увеличилось с 2,7 млн. до 4 млн. человек. Все возрастающую роль в нем играла фашистская партия, которая согласно изданному в 1933 г. закону объявлялась «носительницей идей немецкой государственности» и считалась «неразрывно связанной с государством».

В январе 1934 г. рейхстаг принял «закон о новом устройстве государства», который упразднял ландтаги отдельных земель и передавал все их права имперскому правительству. В феврале того же года был ликвидирован рейхсрат — собрание представителей земель.

Политические заключенные в концентрационном
лагере Хонштейн в окрестностях Бад-Шандау.

Фотография. 1934 г.

В системе фашистской диктатуры в первое время видное место занимали штурмовые отряды. Они насчитывали около 3 млн. человек и рекрутировались главным образом из лавочников, служащих, средних, а отчасти и мелких крестьян. Весной 1934 г. в штурмовых отрядах в связи с усилившимся недовольством средних слоев населения начался ропот. Среди штурмовиков было немало людей, одурманенных гитлеровцами и поверивших им. Теперь, чувствуя себя обманутыми, они призывали ко «второй революции», чтобы покончить, по их словам, с засильем крупного капитала. Командование штурмовиков пыталось использовать это брожение в своих карьеристских целях. Не имея никаких политических разногласий с Гитлером, главари штурмовых отрядов стремились захватить контроль над рейхсвером и превратить свои отряды в основное ядро будущей многомиллионной армии.

Между тем генералитет и высшие офицеры, во всем поддерживавшие Гитлера, не желали уступать руководство военной машиной штурмовикам и поэтому требовали от Гитлера, чтобы он сместил главарей штурмовых отрядов и очистил последние от «ненадежных» элементов. Это требование было поддержано монополистами Рура — Тиссеном, Круппом и другими. При встрече с ними в Эссене в конце июня 1934 г. Гитлер заверил их, что он покончит с оппозицией в штурмовых отрядах, и получил в обмен обещание обеспечить ему президентский пост после смерти Гинденбурга.

30 июня в Берлине, Мюнхене и других крупных городах гитлеровцы беспощадно расправились со сторонниками «второй революции». Число жертв превысило 1000 человек. Среди убитых были руководители штурмовых отрядов, в том числе Рем, Эрнст, Гейнес. Одновременно гитлеровцы убили тех политических деятелей, которые могли стать для них опасными в случае обострения положения, — бывшего рейхсканцлера Шлейхера, опального фашистского главаря Грегора Штрассера и других.

Вскоре, в августе того же года, умер президент Гинденбург. Гитлер узурпировал полномочия президента и объявил себя «фюрером и рейхсканцлером». Чтобы придать этому произволу видимость «законности», он оформил его плебисцитом. Но и в условиях невиданного террора свыше 5 млн. человек высказались против диктатуры Гитлера. Все эти события вызвали замешательство среди сторонников фашистской диктатуры. Однако демократические силы, действовавшие в подполье, не сумели использовать создавшуюся обстановку. Гитлеровцам удалось разрешить возникший кризис фашистского режима и завершить фашизацию государственного аппарата. После 30 июня численность штурмовых отрядов была значительно сокращена и резко повысилось влияние так называемых охранных отрядов — «СС» (Schutzstaffeln). Крупные промышленники, юнкеры, чиновники государственного аппарата старались приобрести высокие звания в этой организации. Огромное значение приобрела государственная тайная полиция (Geheime Staatspolizei — гестапо), опутавшая весь германский народ паутиной шпионажа, провокаций. Специальным законом (1935 г.) гестапо было поставлено вне контроля органов юстиции и совершенно безнаказанно осуществляло террористическую деятельность. Гестапо распространило щупальца и за пределы Германии, насаждая свою агентуру в других странах.

Фашистский террор и демагогия

Эсэсовцы и гестаповцы уничтожали лучших представителей немецкого народа. Тысячи антифашистов были замучены и казнены; сотни тысяч находились в тюрьмах и концентрационных лагерях. Жертвами фашистского террора пали такие замечательные борцы-антифашисты, как соратник Эрнста Тельмана Ион Шеер, руководители пролетариев Гамбурга — коммунисты Эдгар Андрэ и Фите Шульце, видный прогрессивный публицист Карл Оссецкий, писатель Эрих Мюзам и многие другие. Наиболее ненавистным для гитлеровцев узником был Тельман. Фашисты намеревались устроить суд над ним и уже оповестили об этом, но, опасаясь такого же позорного провала, какой произошел с процессом о поджоге рейхстага, вынуждены были отказаться от своего замысла.

Помимо чудовищного террора фашисты широко использовали и демагогию, подкупали верхушечный слой рабочих посредством наградных, дополнительных отпусков, организации экскурсий и т. д., отравляли народ ядом шовинизма, насаждали культ войны и «воинских доблестей».

Военная муштровка в трудовом лагере.
Фотография.

Составной частью идеологии нацизма было так называемое расовое учение, зафиксированное в законодательстве в качестве государственной догмы. Пропаганда расизма преследовала разнообразные цели. Она должна была разжигать националистические настроения и отвлекать внимание широких масс, в особенности мелкой буржуазии, от социального неравенства, объясняя все беды «засильем» евреев и прочих «иностранцев». Вместе с тем — и это было наиболее важной ее целью — расовая пропаганда идеологически подготовляла оправдание войны за мировое господство, территориальных захватов и порабощения «неполноценных» народов немецкой «расой господ». Имея в виду лишь интересы имущей верхушки, которая в их глазах только и обладала правом быть причисленной к «расе господ», как якобы наиболее полноценная часть нации, гитлеровцы твердили о единстве нации, чтобы примирить классовые противоречия и направить все силы народа на осуществление агрессивных планов монополистов и юнкерства.

Немаловажное место в идеологии гитлеризма занимала фальшивая теория «перенаселенности» Германии, также призванная прикрывать социальное неравенство. Фашисты утверждали, что единственным способом покончить с этой «перенаселенностью» является борьба за «жизненное пространство», т. е. захват территорий, принадлежащих другим народам, в первую очередь славянским. Для придания наукообразности этим и иным пропагандистским теориям гитлеровцы использовали всякого рода псевдоученых — «геополитиков», «расоведов», изощрявшихся в подборе «аргументов» к человеконенавистническим идеям фашизма.

Положение рабочего класса

Гитлеровская диктатура была обращена прежде всего против пролетариата. Фашисты разгромили политические и профессиональные организации рабочего класса, лишили его элементарных демократических прав и свобод. Закон 1934 г. «Об организации национального труда» одним ударом ликвидировал результаты многих десятилетий борьбы немецких пролетариев. Он отменял фабрично-заводские комитеты на предприятиях и разрешал предпринимателям единолично издавать правила внутреннего распорядка, устанавливать продолжительность рабочего времени, сроки и формы выдачи заработной платы, накладывать штрафы и увольнять рабочих без предупреждения. Взамен фабрично-заводских комитетов создавался институт «доверенных», избираемых по списку, составленному хозяином предприятия. Предприниматели именовались в этом законе «руководителями», а рабочие — «руководимыми». Позднее, когда рабочим удалось добиться на ряде предприятий избрания таких доверенных, которые действительно представляли их интересы, была отменена и выборность «доверенных».

В 1934 г. фашистские власти категорически запретили сельскохозяйственным рабочим переселение в города. Затем ряд указов ввел ограничение права перемены работы для металлистов, а также для рабочих строительной и химической промышленности. В 1935 г. правительство декретировало принудительную трудовую повинность для юношей и девушек в возрасте до 25 лет, а в 1938 г. — и для всего взрослого населения Германии. Миллионы людей по существу бесплатно работали на строительстве стратегических сооружений, казарм, аэродромов, на заводах концерна «Герман Геринг Верке» и других государственных предприятиях.

Несмотря на рост производства и недостаток рабочих рук в некоторых отраслях промышленности, даже фальсифицированная официальная статистика признавала наличие в 1937 г. более 900 тыс. безработных. На деле их было гораздо больше. Сотни тысяч людей не включались гитлеровцами в списки безработных: «неблагонадежные», подрастающая молодежь, отбывающая трудовую повинность или принудительно направленная в качестве «помощников» в крупные помещичьи и кулацкие хозяйства, и т. п. В общем число безработных в 1937 г. достигало 2,7 млн. человек.

Значительно усилилась интенсификация труда рабочих и увеличилась продолжительность рабочей недели. На многих предприятиях, выполнявших военные заказы, рабочая смена продолжалась по 12—14 часов. Средняя реальная заработная плата германского рабочего была в 1937 г. только на 9% выше уровня 1932 г.

Между тем монополисты получали колоссальные доходы. Так, валовая прибыль «Ферайнигте Штальверке» поднялась со 120 млн. марок в 1934 г. до 257 млн. марок в 1937 г., прибыль Круппа — со 118 млн. в 1933 г. до 317 млн. марок в 1937 т. Затраты, сделанные пушечными магнатами Рура, хозяевами химических, металлургических, авиационных компаний с целью поставить у власти гитлеровскую клику, вполне окупились.

Антифашистское движение

Недовольство гитлеровским режимом охватывало не только трудящихся, но частично и имущие классы. Некоторые прослойки буржуазии возмущались засильем монополий; часть духовенства противилась стремлению гитлеровцев поставить под свой контроль церковь и ликвидировать существовавшие при ней организации; среди офицерства были противники гитлеровских методов подготовки войны. Но эти буржуазные оппозиционные круги не предпринимали активных действий. Лишь в редких случаях общественные деятели отваживались на открытый протест против злодеяний фашизма; одним из них был протестантский пастор М. Нимеллер, выступивший со смелыми проповедями о человеконенавистнической сущности гитлеризма и брошенный за это в 1937 г. в концентрационный лагерь.

Нелегальные газеты и листовки,
изданные компартией Германии
в 1933—1935 гг.

Решительное сопротивление фашистскому гнету оказывал только рабочий класс. Стремясь сорвать подготовку фашистской Германии к войне, пролетарии-антифашисты задерживали темп работы, вносили малозаметный, несущественный брак в выпускаемую продукцию, прибегали к кратковременным стачкам, которые носили в своем большинстве экономический характер, но в условиях гитлеровской диктатуры приобретали политическое значение. За короткий срок, в течение июля—августа 1935 г., фашистскими властями было зарегистрировано 13 стачек и 39 актов саботажа.

Во главе антифашистов стояли коммунисты, не прекращавшие борьбы, несмотря на жесточайшие преследования и угрозу смерти под топором фашистского палача. В первые годы фашистской власти компартия понесла большие потери, и ей пришлось в неимоверно трудной обстановке перестраиваться применительно к условиям глубокого подполья. Постепенно выработалась система гибких законспирированных групп, которые издавали нелегальную литературу, вели подпольные радиопередачи, распространяли среди населения газеты и брошюры, полученные из-за границы. В 1935 г. гестапо обнаружило 1670 тыс., а в 1936 г. — 1643 тыс. экземпляров нелегальных изданий, но это была далеко не вся подпольная литература. В августе 1934 г. руководство компартии Германии призвало всех антифашистов широко использовать также легальные возможности, в том числе работу внутри массовых организаций, созданных гитлеровцами, — «Германского трудового фронта», заменившего профсоюзы, спортивных обществ и т.д.

Состоявшаяся в октябре 1935 г. в Брюсселе конференция компартии Германии поставила задачу во что бы то ни стало ликвидировать пагубный раскол рабочего класса, установить в подполье единый фронт коммунистов и социал-демократов, а также добиться создания широкого народного фронта. В решениях конференции отмечалось, что только боевое сплочение всех подлинных антифашистов независимо от их партийной принадлежности и убеждений может нанести решающий удар гитлеровской диктатуре.

Борьба за единый рабочий и народный фронт наталкивалась на упорное нежелание руководства германской социал-демократии сотрудничать с компартией. В конце 1935 г. и в последующие годы в Праге и Париже состоялось несколько встреч представителей Центрального Комитета компартии Германии и правления Социал-демократической партии Германии, но эти встречи закончились безрезультатно. В 1936 г. в Париже был создан под председательством Г. Манна Комитет по подготовке германского народного фронта; в состав его вошли представители Коммунистической и Социал-демократической партий, а также других течений немецкой антифашистской эмиграции. Однако позиция правых социал-демократов ограничила рамки деятельности этого комитета.

В самой Германии все же удалось кое-где наладить сотрудничество коммунистов и социал-демократов. Так, в Берлине, Вюртемберге и других районах была достигнута договоренность о совместных действиях против фашистского террора, шпионов и провокаторов, о помощи жертвам гитлеровских палачей. Тесный контакт между коммунистическими и социал-демократическими организациями существовал в районе Гессен — Франкфурт. В Рейнской области наладилось сотрудничество с трудящимися-католиками. В конце 1936 г. в Берлине возникла антифашистская группа «Немецкий народный фронт»; принятая ею программа во многом совпадала с положениями, выдвинутыми Брюссельской конференцией Коммунистической партии. В Бадене и Дортмунде рабочие-антифашисты организовали сопротивление наступлению на заработную плату, усилив для этого работу внутри «Трудового фронта». В результате такого сотрудничества произошло несколько крупных выступлений: забастовка на автозаводах Опеля в Рюссельсгейме в 1936 г. против снижения заработной платы, борьба горнорабочих Саара в 1937 г. против удлинения рабочего дня и воскресных смен и т. д.

Немецкие антифашисты показали прекрасные образцы интернациональной солидарности в период гражданской войны и итало-германской интервенции в Испании. Преодолевая огромные препятствия, они отправлялись туда добровольцами, чтобы с оружием в руках участвовать в борьбе на стороне республиканцев. В Германии развернулся сбор средств в пользу республиканской Испании; пожертвования немецких рабочих составили значительную сумму.

Коммунистам, однако, не удалось достичь желаемой цели — создать в Германии единый рабочий и народный фронт. Огромная вина за сохранение раскола пролетариата, а следовательно, и за слабость антифашистского движения лежала на руководстве социал-демократии.

Перевооружение армии и переход к открытой подготовке войны

В 1934 г. гитлеровцы приступили к осуществлению секретного плана, подготовленного военным министром Бломбергом и рассчитанного на увеличение армии до 300 тыс. человек. Уже к концу года в рейхсвере было 240 тыс. солдат и офицеров, а всего вместе с частями «СС» регулярные вооруженные силы Германии насчитывали 480 тыс. человек. Помимо того, имелись 1—1,2 млн. штурмовиков и многочисленные полувоенные формирования, составлявшие так называемый черный рейхсвер; немалая часть их позднее вошла в состав регулярной армии.

Тайному перевооружению Германии оказывали разнообразную помощь империалисты Соединенных Штатов и Англии, мечтавшие направить гитлеровскую агрессию против СССР. Американские монополии в течение 1934—1935 гг. поставляли Германии самолеты и авиационные моторы (что имело особенно большое значение, ибо создание мощной боевой авиации тормозилось в Германии некоторым отставанием моторостроения), передавали германским фирмам секреты важных в военном отношении видов производства, финансировали исследовательские работы по получению синтетического бензина, а затем и по производству его. В 1934 г., когда гитлеровское правительство испытывало острую нехватку иностранной валюты и прекратило платежи по иностранным займам, Англия заключила с ним соглашение, по которому обязалась на каждые 55 фунтов стерлингов стоимости английских товаров, закупленных Германией, приобретать у нее и оплачивать валютой товары на 100 фунтов. В результате этой сделки Германия использовала по крайней мере 100 млн. фунтов стерлингов для приобретения стратегического сырья. В конце того же года английские и американские нефтяные компании договорились с «ИГ Фарбениндустри» о продаже ей свыше 1 млн. т нефтепродуктов.

Широко используя экономическую и политическую помощь западных держав, Германия быстрыми темпами расширяла военное производство. Одновременно гитлеровское правительство подготавливало односторонний отказ от военных постановлений Версальского договора, чтобы устранить последние помехи на пути создания многомиллионных мощных вооруженных сил.

В конце 1934 — начале 1935 г. в связи с предстоявшим в Саарской области плебисцитом гитлеровцы развернули шумную пропагандистскую кампанию под демагогическим лозунгом «освобождения» Саара. Английские и американские империалисты также выступили за передачу Саара Германии. Наводнившие эту область штурмовики и эсэсовцы терроризировали население и расправлялись с антифашистами. В итоге большинство населения Саара высказалось за присоединение к Германии.

Весной 1935 г. гитлеровцы решили отказаться от маскировки своих военных приготовлений. 13 марта 1935 г. Геринг (в качестве министра воздухоплавания) объявил о воссоздании германской военной авиации, а через три дня, 16 марта, Гитлер подписал закон о введении всеобщей воинской повинности и формировании армии в 500 тыс. человек. Тем самым Германия односторонне нарушила главные военные статьи Версальского договора.

Немецкие танки на маневрах.
Фотография. 1935 г.

Пресечь подготовку Германии к войне могла бы система коллективной безопасности, к созданию которой неустанно призывал Советский Союз. Но западные державы срывали все усилия Советского правительства по организации коллективного отпора агрессору. В частности, позиция Англии помогла гитлеровской Германии затянуть, а затем сорвать переговоры о многостороннем восточноевропейском пакте взаимопомощи, которые велись в 1934—1935 гг. В июне 1935 г. было заключено англо-германское соглашение о морских вооружениях, по которому германские военно-морские силы восстанавливались в объеме 35% британских, а по подводному флоту — до 45%, т. е. уравнивались с французскими; Германия получила право увеличить общий тоннаж своего военного флота более чем в 5 раз, а тоннаж подводного флота — даже сверх установленных пределов, если возникнут «особые обстоятельства», под которыми подразумевалась война против СССР.

Попытки «умиротворения» фашистской Германии, рассчитанные на использование ее в качестве орудия против СССР, ни в какой мере не устраняли глубочайших противоречий между нею и другими крупными империалистическими державами. Германия вела безостановочное наступление не только на экономические, но и на политические позиции Англии, Франции, Соединенных Штатов Америки.

Весной 1936 г. гитлеровское правительство решило сделать следующий шаг на пути одностороннего нарушения международных договоров — ввести свои войска в демилитаризованную Рейнскую зону. Поощрение итальянской агрессии в Эфиопии Англией, Францией и Соединенными Штатами еще раз убедило гитлеровцев, что они могут безнаказанно осуществлять свои замыслы. Немецкая агентура в Париже также доносила, что ремилитаризация Рейнской зоны Германией не встретит противодействия со стороны Франции. Учитывая все это, Гитлер 7 марта 1936 г. отдал приказ о занятии Рейнской зоны германскими войсками и объявил о расторжении Локарнского договора.

Германская армия была в этот момент намного слабее французской. Части, вступившие в Рейнскую зону, имели приказ немедленно отойти назад в случае ответных действий Франции. Но таких действий не последовало, хотя всем было ясно, что в данном случае создается прямая угроза прежде всего для Франции и Бельгии. Правящие круги западных держав не предприняли даже чисто экономических мер воздействия на Германию, несмотря на то что такие санкции могли заставить гитлеровцев, исчерпавших к этому времени все наличные ресурсы валюты и золота, приостановить ввоз сырья, а следовательно, и замедлить перевооружение.

Важным звеном в подготовке Германией новой мировой войны стали военно-политические блоки. В октябре 1936 г. была официально оформлена уже существовавшая фактически «ось Рим — Берлин» и достигнута договоренность о разграничении сфер экономической деятельности Италии и Германии на юго-востоке Европы. 25 ноября 1936 г. был заключен другой агрессивный блок фашистских держав — так называемый антикоминтерновский пакт Германии и Японии, предусматривавший совместную борьбу против «большевизма». Германия и Япония взяли на себя обязательство координировать в дальнейшем свои внешнеполитические акты, не заключать договоров с другими державами без согласия второй стороны и принимать необходимые меры борьбы «против тех, кто внутри или вне страны прямо или косвенно действует в пользу Коммунистического Интернационала». В секретном приложении говорилось о необходимости совместной борьбы против Советского Союза. Но «антикоминтерновский пакт» был обращен также против интересов Соединенных Штатов, Англии и Франции.

6 ноября 1937 г. к «антикоминтерновскому пакту» присоединилась фашистская Италия. Германии предоставлялась свобода рук в Центральной Европе и на Балканах, а Италия получала от Германии поддержку в реализации своих планов в бассейне Средиземного моря.

В эти же дни у Гитлера состоялось секретное совещание, на котором присутствовали военные руководители Бломберг, Фрич, Редер, Геринг и министр иностранных дел Нейрат. На совещании обсуждались конкретные директивы по завоеванию «жизненного пространства» — захвату Австрии и Чехословакии. Гитлер заявил, что программа вооружений в основном завершена. Гитлеровская Германия приступала к открытой вооруженной агрессии.