;
СОДЕРЖАНИЕ
1. Средняя Азия в III—IV вв. н. э. Распад Кушанского царства. Политическая раздроблённость Средней Азии. Хорезм. Хозяйство и общественный строй Средней Азии в III—IV вв. Политический строй. Культура. 2. Сасанидский Иран в III—IV вв. н. э. Парс. Возникновение державы Сасанидов. Общественный строй. Закабаление общинников. Положение ремесленников. Сословная организация. Государственный строй. Зороастризм. Религиозная борьба. Манихейство. Борьба Сасанидского государства с Римом. Нашествия кочевников (V в.). Кризис империи Сасанидов и народные движения. 3. Армения в III—IV вв. Наступление сасанидского Ирана на Армению. Утверждение христианства. Социальный строй и сословная организация. Крестьяне; рабы. Города; ремесло, торговля. Обострение классовой борьбы; еретические движения. Изменения в политическом строе. Возобновление борьбы с Ираном и мятежи нахараров. Внутренняя политика царя Папа. Раздел Армении. Культура Армении в III—IV вв. 4. Картли в III—IV вв. Политика картлийских царей в IV в. Принятие христианства. Раздел Картли и подчинение персам. Возвышение Тбилиси. Социальные сдвиги в Картли в III—IV вв. Грузинская письменность, литература и искусство. 5. Лазика в III — IV вв. 6. Албания в III—IV вв. 7. Разложение рабовладельческого строя в Северном Причерноморье. Экономический и культурный упадок. Нашествия готов. Боспорское царство в III—IV вв. Окончательный упадок и гибель Боспорского царства.

РАЗЛОЖЕНИЕ И УПАДОК РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКОГО СТРОЯ
В СРЕДНЕЙ АЗИИ, ИРАНЕ, НА КАВКАЗЕ И В СЕВЕРНОМ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ

1. Средняя Азия в III—IV вв. н. э.

III—IV вв. н. э. — мало изученный период в истории Средней Азии. Особенно плохо известны социально-экономические отношения. Местная традиция скудна и сохранилась главным образом в пересказах арабоязычных писателей более позднего времени. Материал литературных источников относится преимущественно ко времени, непосредственно предшествующему арабскому завоеванию (V—VIII вв.). Поэтому для характеристики Средней Азии III—IV вв. приходится использовать материал более позднего времени. Для истории идеологии и культуры Средней Азии в этот период большое значение имеют, в частности, согдийские рукописи VII—IX вв. из Восточного Туркестана и VIII в. с горы Муг в Таджикистане.

Распад Кушанского царства. Политическая раздроблённость Средней Азии

В III в. начинается распад Кушанской империи. Юго-западные области Средней Азии захватывает сасанидский Иран. Кушанские цари теряют значительные территории в Индии. Власть кушанских царей Индостана сохраняется лишь на небольшой территории в долине Кабула. Кушанские шахи Согда, правители города Кушании на Зарафшане, по-видимому, политически никак не были с ними связаны. В IV в. кушанские шахи Кабула переходят от борьбы с Сасанидами к союзу с ними, закреплённому брачными связями. Окончательное крушение остатков Кушанской державы происходит на рубеже IV и V вв., когда в Среднюю Азию хлынули новые волны кочевников.

В процессе разложения Кушанской империи Средняя Азия снова распадается на бесконечное количество городов-государств. Разделённые степями, пустынями и труднопроходимыми горами отдельные оазисы и долины представляли собой самостоятельные государственные образования. Нередко политическая раздроблённость шла ещё дальше, и на территории одного оазиса возникало несколько государств. Напротив, иногда происходило объединение мелких городских царств под властью более крупных в своеобразные федерации городов-государств.

Изменилась вся карта Средней Азии. За древней Бактрией теперь окончательно утвердилось название Тохаристан. Гиндукуш отделял Тохаристан на юге от Кабульского царства, Гиссарский хребет на севере — от Согда. На востоке с Тохаристаном граничило Памирское нагорье, заселённое независимыми кочевниками, на западе — оазисы Мургаба и Герируда. На территории современной Горно-Бадахшанской области был расположен ряд горных княжеств.

Согд (Согдиана античных авторов) политически был раздроблен. Собственно Согд охватывал бассейн Зарафшана от Пенджикента до Кермине. Западная часть долины Зарафшана представляла собой особую федерацию городских царств во главе с Бухарой. Общее число владений в Согде было весьма значительно; наиболее сильным было княжество Маймург с центром в Ривдаде (вероятно, городище Тали-Барзу), в 8—9 км к югу от Самарканда. Значение Маймурга объяснялось тем, что в нём находились главные сооружения ирригационной системы, орошавшей земли к югу от Зарафшана.

Самарканд, древняя Мараканда, в III—IV вв. был, по-видимому, незначительным городом. После падения Греко-Бактрийского царства он упоминается в источниках (а именно, в китайских) впервые с V в. С этого времени начинается рост Самарканда как торгового и культурного центра. Ниже Самарканда по Зарафшану находились небольшое государство Иштихан и Кушания, столица Согда при кушанах, один из последних обломков великой империи. У истоков Зарафшана находилась область Осрушана. На левом берегу Аму-Дарьи было расположено небольшое владение Амуль (Чарджоу).

Фергана, за исключением Ходжента (древняя Александрия Эсхата), также представляла собой федерацию городов-государств с центром в Касане. Ниже по течению Сыр-Дарьи, в долине Чирчика был расположен Шаш (Чач) с центром в Бинакенте (современный Ташкент). Ниже Шаша по Сыр-Дарье также существовали цветущие культурные земли. В бассейне Арыси было расположено Исфиджабское царство с центром в Исфиджабе (около современного Чимкента). Ещё ниже располагалась область Фараба, или Отрара, имевшая накануне арабского завоевания самостоятельных царей.

Хорезм

История Хорезма в III—IV вв. известна лучше, чем история других областей Средней Азии, благодаря производившимся здесь раскопкам. Культурная полоса Хорезма в I тысячелетии н. э. была значительно шире, чем когда-либо позже. Она простиралась далеко на запад и на восток от Аму-Дарьи. Для Хорезма была характерна довольно значительная политическая централизация. Упадок Кушанской империи в III в. н. э. привёл к освобождению Хорезма от кушанской зависимости. Первые Сасаниды претендовали на то, чтобы господствовать над Хорезмом, но фактически он был независим от них. На III в. падает кратковременный подъём могущества Хорезма, последний расцвет его в рабовладельческую эпоху.

Выдающимся памятником культуры Хорезма I—VI вв. н. э. является городище Топрак-кала. Здесь находилась в III в. столица Хорезма. Город в плане представлял собой правильный прямоугольник. В северо-западном углу был расположен дворец правителя — огромный трёхбашенный замок. На юго-восток от замка находился храм огня. От него на юг шла длинная улица, разрезавшая город на две половины. Отходившие от неё переулки отделяли друг от друга массивные дома-кварталы, из которых состояла столица позднерабовладельческого Хорезма. В Топрак-кала открыто большое количество памятников искусства (архитектуры, скульптуры, живописи), монет и — самое главное — памятники хорезмской письменности. Здесь был обнаружен архив из 116 документов, написанных на дереве и коже.

Городище Топрак-кала. Хорезм.
III в. н. э. Макет.

В 305 г. столица была перенесена в город Кят на правом берегу Аму-Дарьи, где, по рассказу хорезмского учёного X—XI вв. Бируни, хорезмшах Африг (имя его известно и по данным нумизматики) построил величественный замок Фир. От Африга пошла династия Афригидов, правившая в Хорезме несколько веков. По имени этой династии и культура Хорезма этого периода называется афригидской.

Юго-западная часть Средней Азии с первой половины III в. входила в состав сасанидского Ирана.

Хозяйство и общественный строй Средней Азии в III—IV вв.

Основу хозяйства Средней Азии составляло ирригационное земледелие. Оросительная сеть достигла наивысшего развития в кушанский период. Главные оросительные системы Средней Азии с их большими каналами, по которым крупные речные суда проникали на десятки километров в глубь страны, восходят к этому времени. В рассматриваемый период здесь были известны многие из сельскохозяйственных культур, выращиваемых и теперь: пшеница, просо, ячмень, люцерна, хлопок, виноград, огородные и бахчевые растения, в частности дыни, плодовые деревья, тутовое дерево и т. д. Значительную роль играло животноводство — разведение лошадей, крупного и мелкого рогатого скота, домашней птицы. В малоплодородных горных районах скотоводство преобладало над земледелием.

Высокого развития достигло также ремесло—гончарное, металлургическое, стекольное, кузнечное, ткацкое (особенно в окрестностях Бухары) и т. д. Для данного периода оно известно по археологическим находкам, для более позднего — также и по сообщениям арабских писателей. Сильно было развито горное дело, особенно на востоке Средней Азии, в горах, нередко восходившее к глубокой древности. Китайские источники сообщают, что в горах Ферганы и Согда добывались железо, золото, серебро и нефрит. В Илаке добывалось серебро, в Карамазаре — медь, в Бадахшане — рубины, в Бактрии — лазурит и т. д.

Фазан.
Роспись по глине из городища Топрак-кала. III в. н. э.

Чтобы составить представление об общественном строе Средней Азии III— IV вв. материал приходится черпать отчасти из последующего времени. Среднеазиатский город рассматриваемого периода обычно занимал обширное пространство, обнесённое кольцом мощных глинобитных стен и пересечённое арыками. Здесь находились окружённые садами и посевами укреплённые усадьбы дехкан. Непременной принадлежностью города был рынок, почти всегда за воротами, а также храмы и монастыри различных религий — зороастрийские («дома огня», куда по праздникам горожане собирались на общественную трапезу), буддийские, манихейские и христианские.

Вокруг города располагался рустак — находящаяся под его влиянием сельская местность, границы которой определялись размерами ирригационной сети. В рустаке находились такие же укреплённые усадьбы, как и в городе. Различие состояло в меньшей густоте расположения построек, в меньшем удельном весе ремесла сравнительно с земледелием. Неукреплённые селения существовали только в отсталых горных местностях. Даже те населённые пункты, которые позднейшие арабские источники именуют деревнями, имели обычно стены, цитадель правителя, храмы, рынки. Их полусамостоятельные правители нередко носили столь же громкие титулы, как и правители крупных городов. Наряду с относительно скромными «замками» крестьянских семейных общин возникают мощные крепости землевладельческой знати.

Голова жены царя Вазамара.
Глиняная скульптура из
городища Топрак-кала III в. н. э.

Наличие укреплённых поселений — характерная особенность Средней Азии. Не случайно поэтому иноземные источники постоянно говорят о большом количестве среднеазиатских «городов». Это объясняется специфическими условиями Средней Азии. Рядом с оазисами жили кочевники. Оживлённый обмен с ними способствовал возникновению центров торговли и ремесла, а их постоянные набеги не позволяли оседлому населению жить вне укреплений.

Упадок рабовладельческого строя на территории Средней Азии находит отражение в различных областях жизни. В результате ослабления государственной власти и прогрессирующего закабаления крестьянства приходит в упадок ирригационная система. Центр тяжести хозяйственной жизни переносится из города в деревню. Получает резкое преобладание замкнутое хозяйство, развивающееся в поместьях крупных землевладельцев. Ослабевают внешние экономические связи. Наивысшего расцвета торговля достигает в кушанский период. Обмен с кочевниками, транзитная торговля между Ираном, Индией, Китаем и Восточной Европой, пути которой скрещивались в Средней Азии,— всё это ещё сохраняется от кушанского периода, но в уменьшенных масштабах. Купцов ещё много, и они весьма влиятельны (источники упоминают о них применительно к Пайкенду, Бухаре, Хорезму), но по своему положению они во многом приближаются к землевладельческой знати: они также имеют земли, башни, клиентов и рабов. Именно рабами купцов и землевладельческой знати были те ремесленники, изделия которых упоминаются в литературных источниках и обнаружены археологами. Свободных ремесленников в рабовладельческой Средней Азии было мало; лишь в немногих городах, например в Антиохии Маргиане, в парфянский период существовали ремесленные кварталы.

Политический строй

В политическом строе и в быту среднеазиатских государств этого времени сохранились весьма древние черты. Власть царя была ограничена советом старейшин. Царь был верховным жрецом и участвовал в религиозных церемониях. Особа царя считалась священной, с ней связывались магические представления: цари некоторых городов не могли показывать народу свои волосы, дабы не навлечь несчастья. Китайские и арабские источники говорят о пышном придворном этикете. Цари ряда городов и государств чеканили монету. Известны монеты Бухары, Хорезма, Согда. Для Хорезма характерны, в частности, мелкие бронзовые монеты. Некоторые согдийские монеты чеканились по образцу китайских с квадратным отверстием в середине. Происхождение многих монет ещё не установлено.

Города-государства иногда объединялись в конфедерации под гегемонией сильнейшего из них. Во главе конфедерации стоял съезд царей и знати. Основную массу войска составляла аристократическая конница. Наряду с этим городская знать выставляла отряды вооружённых рабов — чакиров. О них говорят китайские источники.

Культура

Культура Средней Азии на рубеже древности и средневековья стояла высоко. Значительное развитие получили письменность и литература — религиозная, историческая, астрономическая и т. д. Существовало много различных видов письменности.

Очевидно, не позже IV в. н. э. на основе арамейского алфавита было создано согдийское письмо. Известная переписка между матерью, жившей в Самарканде, и дочерью, которая жила в согдийской колонии в Дуньхуане, в восточной части Восточного Туркестана, датируется началом IV в. Эта переписка даёт представление о семейном быте согдийцев и, в частности, о грамотности и самостоятельности женщин, не говоря уже о том, что она является одним из немногих и притом наиболее древних памятников согдийского языка. В Хорезме развивается хорезмское письмо, с V в. начинающее эволюционировать в сторону курсива. К III —IV вв. относятся важнейшие памятники древнехорезмской письменности: архив из Топрак-кала, ранние монеты Афригидов. В Тохаристане было, по-видимому, распространено несколько алфавитов индийского происхождения. Своеобразное письмо, восходящее к арамейскому алфавиту (как согдийское и хорезмское), существовало и у кочевников. К сожалению, письменных памятников этого времени сохранилось немного. Бируни упоминает о хрониках и религиозных трактатах в Хорезме, уничтоженных арабами.

Искусство Средней Азии на рубеже древности и средневековья также достигло высокого уровня. Его образцами могут служить терракотовые статуэтки Афрасиаба, скульптурные украшения погребальных ящиков, серебряные чаши с реалистическими изображениями царей, всадников и божеств, происходящие, видимо, из Хорезма. Архитектура получила новый толчок благодаря строительству замков. Для гражданской архитектуры Хорезма в этот период характерны суровые и простые формы построек, обработка поверхности стен в виде полуколонн, соединяемых наверху полукруглыми арочками, массивные цоколи центральных высоко подымающихся башен.

В религиозном отношении Средняя Азия отличалась не меньшей пестротой, чем в политическом. Это было следствием того, что в процессе исторического развития одна религиозная система наслаивалась здесь на другую. Древнейшими формами религиозной идеологии были местные культы, ещё продолжавшие играть значительную роль, хотя бы в виде пережитков, и возникший на территории Восточного Ирана и Средней Азии зороастризм. В кушанский период распространяется буддизм. В период распада Кушанского царства в Среднюю Азию проникают иудаизм, манихейство и христианство. Из Восточного Туркестана (Синьцзяна) дошли многочисленные манихейские тексты, согдийские и тюркские. В тюркском варианте, восходящем к V в., сохранилось главное произведение манихейского вероучения — «Хуастуанифт».

2. Сасанидский Иран в III—IV вв. н. э.

Парс

В 20-х годах III в. Парфянская держава, ослабленная борьбой с Римом и разъедаемая внутренними противоречиями, пала под ударами новой политической силы, вышедшей из коренной персидской области — из Парса.

Парс (иранская форма), или Персида (греческая форма), область на юго-западе Иранского плоскогорья, был некогда тем ядром, вокруг которого сложилась держава Ахеменидов. Экономическим и культурным центром государства Ахеменидов стали, однако, более западные области: Элам, Западная Мидия и Месопотамия. Со времён походов Александра политическое значение Парса было сведено на нет. В течение многовекового периода от разгрома державы Ахеменидов и до падения Парфянского царства Парс жил самостоятельной экономической и культурной жизнью.

Парфянская держава была неоднородным и неустойчивым объединением. В отдельных же небольших областях, из которых состояла Парфянская держава, положение часто бывало иным. Там в ряде случаев население принадлежало к одной народности или к близким, родственным племенам, имевшим общий понятный во всей области язык, общую материальную и духовную культуру. Такой областью был и Парс. Сохранилось несколько серий монет, чеканившихся правителями Парса с III в. до н. э. по II в. н. э. Имена правителей указывают на их связь с Ахеменидами. Монеты эти имели хождение на территории Парса и свидетельствовали о довольно значительном развитии здесь товарно-денежных отношений в рабовладельческую эпоху.

Возникновение державы Сасанидов. Общественный строй

К началу III в. относятся военные успехи знатного рода Сасанидов, выступившего в качестве собирателя земель Парса. Представитель этого рода Ардашир сумел подчинить себе весь Парс и начал прибирать к рукам как области Центрального Ирана — Джей (позднее Исфахан) и Керман, так и лежащий к западу от Парса Хузистан (древнюю Сузиану). Обеспокоенный успехами Ардашира, парфянский царь Артабан V вступил с ним в борьбу, но в битве при Ормиздагане в Мидии (в апреле 224 г.) потерпел полное поражение и был убит на поле боя. В 226 г. Ардашир торжественно венчался на царство и оказался главой большой, но пришедшей к тому времени в полный упадок и распавшейся на составные части Парфянской державы.

Вопрос о структуре иранского общества в III—IV вв. очень сложен и окончательно не решён. Несомненно, что рабовладельческие порядки продолжали существовать и в ряде областей играли ещё немалую роль. Упоминания о рабах постоянно встречаются в различных источниках, но главные сведения дают сохранившиеся части сасанидского сборника юридических казусов «Матиган-и хазар дадестан». Здесь указывается, что первоначально рабом считался родившийся от отца-раба, а позднее — родившийся от матери-рабыни. Рабы покупались и продавались. Известна даже средняя цена раба — 500 драхм. Рабы дарились, посвящались храму, отдавались в залог. В рабство отдавали за некоторые преступления. Существовала сложная система вольноотпущенничества. Рабы могли на известных условиях иметь собственность, заключать сделки. К концу рассматриваемого периода уже существовала, по-видимому, система так называемого «частичного освобождения» раба, на деле — предоставление рабу права пользоваться частью произведённого им продукта.

Известны случаи массового обращения в рабство жителей захваченных городов и территорий. Это говорит о том, что рабство сохранялось ещё в больших масштабах. Известно также, что рабы работали не только в доме или в качестве ремесленников, но и на земле. Известно, что поместье — дасткарт — могло продаваться и дариться вместе с рабами. Дольше всего рабский труд, по-видимому, применялся на ирригационных и мелиоративных работах.

Необходимо, однако, иметь в виду, что различные области державы Сасанидов были несходны между собой по общественному строю. Если Месопотамия, имевшая в этот период, как и в предыдущие, значение экономического центра государства, продолжала сохранять рабовладельческие порядки, то жизнь внутренних, особенно горных, областей Ирана была весьма архаичной. Там всё ещё преобладали первобытно-общинные отношения.

Наряду с рабами, которые далеко не во всех областях играли одинаковую экономическую роль, существовала гораздо более многочисленная категория производителей — свободные ремесленники в городах и свободные общинники-крестьяне в деревне.

В Иране большесемейная домовая община ещё играла важную роль. В упомянутом выше юридическом сборнике имеются термины дудак (дым), обозначающий общину, и хамдудакан (однодымцы), обозначающий членов большесемейной общины, а также термин нирмат, обозначающий совместное владение имуществом. Однако к концу рассматриваемого периода можно говорить о далеко зашедшем распаде большесемейной общины и окончательном растворении её в общине соседской, существование которой в Иране засвидетельствовано уже в I в. до н. э. В связи с этим происходит и изменение значения термина катак-хватав (позднее кед-худа), первоначально означавшего главу большесемейной общины, а к концу рассматриваемого периода уже означающего сельского старосту, выделившегося из среды односельчан и несущего определённые административные и финансовые функции. Сасанидский сборник даёт также некоторые намёки на сохранение определённых видов коллективной общинной собственности. Так, упоминается пастух, пасущий как общественное стадо, так и скот, принадлежащий отдельным членам общины.

Несколько иную картину представляет входившая в состав государства Сасанидов Месопотамия. Среди месопотамского крестьянства можно различить свободного земледельца - габра (что значит просто «муж») и зависимого колона — палаха. Для Месопотамии этого времени можно проследить процесс прикрепления рабов к земле и превращения их в колонов, происходящий параллельно с процессом закабаления свободных крестьян, что приводит к стиранию грани между ними и колонами.

Господствующий класс состоял из рабовладельцев и землевладельцев, как мелких, так и очень крупных. Могущественные роды земельной аристократии во главе с правящим домом Сасанидов имели огромные земельные угодья в разных областях страны, но обычно большая часть земель одного рода располагалась компактно в одной области. Так, род Сурен был связан с Сакастаном, род Спандиад — с Реем, род Карен — с Мидией. Известный государственный деятель Михр-Нарсе из рода Спандиад владел в Парсе значительными угодьями в округах Ардашир-Хварре и Шапур. У него там были деревни, в которых он строил храмы огня, разбивал парки. Обширные земельные угодья принадлежали также храмам и духовенству.

Наряду с такими крупнейшими землевладельцами были и землевладельцы более мелкие. Низший, наиболее многочисленный слой господствующего класса составляли азаты (буквально «свободные»). В это понятие, по-видимому, кроме низших слоев земельной аристократии, входили также дехканы и кед-худа — верхушка, выделившаяся при обнищании и закабалении сельской общины. Часто такие дехканы, вероятно, сами обрабатывали свою землю с помощью домочадцев и рабов.

До сих пор остаются неясными конкретные формы взаимоотношений между землевладельцем и крестьянами, обрабатывавшими его землю, и тем более взаимоотношения между землевладельцем и ещё сохранившимися свободными крестьянскими общинами в сасанидском Иране. Известно только о государственных повинностях крестьянства. Основными видами налогов были поземельный налог и подушная подать.

Закабаление общинников. Положение ремесленников

Вопрос о закабалении свободных общинников — один из важнейших вопросов истории Западной Азии в первые века нашей эры. В дошедшем до нас документе о продаже виноградника (I в. до н. э.) заметно стремление парфянской государственной власти в целях обеспечения интересов фиска ввести принудительную обработку земли, учредив круговую поруку общины за уплату налогов. Это, несомненно, первый шаг по пути закабаления общинника крупными землевладельцами и их государством. Сасанидское государство, государство главным образом персидской, но также и парфянской рабовладельческой и земельной аристократии, пошло ещё дальше по этому пути. Закабаление свободного общинника, превращение его в зависимого крестьянина — один из главных признаков зарождения феодальных отношений в Иране и соседних областях в III-V вв.

Поземельный налог ложился тяжёлым бременем на население. Для времени до IV в. размеры налогов точно неизвестны, но об их тяжести можно судить по сообщению источников о том, что при вступлении на престол царя Бахрама V недоимки по поземельному налогу достигали 70 млн. драхм. Во второй половине V в. в Иране в результате междоусобной войны, недорода, а также восстаний крестьян царь Пероз вынужден был «объявить при помощи писем всему своему народу, что он всех освобождает от поземельного налога, подушной подати, общественных работ и барщины». Из данного отрывка видно, из чего складывались основные повинности крестьянского населения. Налоги поступали в основном натурой. Государство имело обширные запасы зерна в специальных зернохранилищах.

Положение ремесленников в сасанидском государстве до сих пор недостаточно ясно. Сохранившиеся многочисленные изделия говорят о большом мастерстве и, несомненно, предполагают уже далеко зашедшее разделение труда, наличие специализированного ремесла, давно отделившегося от сельского хозяйства. В источниках встречаются упоминания о ремесленниках и даже о каких-то ремесленных организациях, характер которых нам ещё недостаточно ясен.

Сословная организация. Государственный строй

Сасанидская держава была типичным сословно-кастовым государством. Всё население делилось сначала на три, а затем на четыре сословия. Первые три сословия принадлежали к господствующему классу, это были воины, духовенство и чиновничество. Четвёртое сословие было податным, в него входили крестьяне, ремесленники, а также купцы. Переход из податного сословия в высшие был чрезвычайно затруднён, практически даже невозможен.

Привилегированные сословия делились на ранги, причём переход из одного ранга в другой был также весьма затруднён. Главой воинов считался главнокомандующий войском, главой духовенства — верховный жрец господствовавшей зороастрийской религии, главой чиновников — «великий писец». Главой четвёртого, податного сословия был чиновник, назначавшийся царём и игравший большую роль в административном аппарате. Он носил титул вастриошансалар.

Хотя царь должен был обязательно происходить из дома Сасанидов, но строгого порядка наследования не существовало. Обычно царь ещё при жизни стремился закрепить престол за угодным ему царевичем. В разные периоды роль высшей знати — светской и духовной — в выборе царя была то большей, то меньшей. Во всяком случае царь неоднократно выбирался под давлением той или иной группировки знати. Единственным правилом, которого строго придерживались, было требование, чтобы царь не имел телесных недостатков. Власть царя теоретически ничем не была ограничена.

Во главе административного аппарата стоял сановник, которого называли «великим распорядителем». Центральное правительство ведало в основном финансами и армией. Всеми финансами страны распоряжался глава четвёртого сословия — вастриошансалар. Его основной функцией был сбор налогов, под его началом стояли амаркары — сборщики налогов в отдельных областях.

Провинциальное управление осуществлялось или через местных князьков и царей, покорившихся Сасанидам, но сохранивших известную самостоятельность, или через наместников, назначавшихся из представителей высшей персидской и парфянской знати. Часто наместниками важнейших, особенно пограничных со Средней Азией, провинций были члены дома Сасанидов.

Армия состояла из ополчения и вспомогательных отрядов союзных «варварских» племён. Её ядром была тяжёлая конница азатов. Пехота играла вспомогательную роль. Отдельные отряды были значительно больше преданы приведшему их представителю местной аристократии, чем главе армии — эранспахбаду, поставленному центральной властью. Такое войско являлось постоянной опасностью для царя, и ему обычно стоило немалых трудов держать его в повиновении и пользоваться им в соответствии со своими интересами.

Зороастризм
Сасанидский серебряный
кувшинчик с изображением жрицы.

Громадную роль в царстве Сасанидов играла государственная религия — зороастризм, активно способствовавшая укреплению власти персидской земельной аристократии и закабалению крестьянства.

Зороастризм только в сасанидское время окончательно сложился в воинствующую религию с письменно зафиксированными догматами, с подробно разработанной мелочной обрядностью и строго определённым культом. Своими корнями зороастризм уходит в древние иранские земледельческие культы, которые стали складываться в единый культ ещё в ахеменидское время, но заглохли под натиском эллинистических синкретических учений, чтобы возродиться в позднепарфянское время (I в. до н. э.—II в. н. э.).

В основе зороастризма сасанидского времени, далеко отошедшего от первоначального учения легендарного пророка Заратуштры, которое зафиксировано в древнейших частях священной книги зороастрийцев — «Авесты», лежала дуалистическая идея борьбы в мире светлого и тёмного начала. Человек обязан всей своей жизнью помогать светлому началу (Ормазд) в борьбе с тёмным (Ахриман). Это представление влекло за собой деление всех земных существ и даже стихий на творения Ормазда и творения Ахримана и было связано с множеством мелочных обрядов и предписаний, исполнение которых должно было охранять верующего от осквернения и от общения, вольного или невольного, с тёмными силами.

Сложный и детально разработанный культ различных божеств — Ормазда, Михра, Анахез (Анахиты), Зрвана, стихий и сил природы (солнца, огня, звёзд) отправлялся огромным количеством жрецов — мобадов (собственно «начальников магов») и хербадов. Местами культа были многочисленные храмы, где горел неугасимый огонь и совершались обряды, сопровождаемые песнопениями и чтением священных текстов.

Храмы владели обширными землями, им делались богатые приношения. Высшее духовенство являлось одной из наиболее могущественных прослоек господствующего класса. Кроме того, духовенство получало с населения немалые доходы, исполняя за верующих сложные ритуалы, недоступные и невыполнимые для непосвящённых. Существовала хитроумная система штрафов за несоблюдение религиозных правил и обрядов, вольное или невольное осквернение стихий, осквернение себя соприкосновением с нечистыми творениями и предметами. Вся жизнь трудового населения проходила под неусыпным контролем жрецов, извлекавших из этого материальные выгоды и осуществлявших это наблюдение в интересах государства. Если добавить, что в руках духовенства находились также образование и суд, то станет понятной огромная роль, которую зороастризм играл в государстве Сасанидов.

Религиозная борьба. Манихейство

Социальный протест неизбежно принимал в этих условиях религиозный характер. Отражением ожесточённой классовой борьбы были различные религиозные движения в государстве Сасанидов. Важнейшим из них является манихейство.

Основатель манихейства Мани, родившийся около 215 г. в Вавилонии от знатных родителей, начал свою проповедь ещё при Ардашире I, основателе династии Сасанидов, однако его деятельность относится, главным образом, к правлению сына и преемника Ардашира — Шапура I. По мысли Мани, его учение должно было стать универсальной религией и заменить собой все существующие религии и культы. Именно поэтому он так свободно черпал внешние формы из известных ему религий — зороастризма и христианства.

Мани создал сложную религиозную систему, которая сильно видоизменялась в зависимости от места и времени. Проникая на запад, в Римскую империю, манихейство сближалось с многочисленными христианскими ересями. Распространяясь на восток, манихейство принимало ряд черт, свойственных буддизму. Но основной идеей манихейства, как и зороастризма, была идея дуалистическая. Мир — арена борьбы светлого и тёмного начала. В земном мире светлые и тёмные элементы смешаны, цель мирового процесса развития — освобождение светлых частиц. Человек всем своим поведением, всей своей жизнью должен содействовать освобождению светлых частиц своего существа и окружающего мира, помогая тем самым светлому началу в его борьбе со злом. Поэтому человек не должен убивать себе подобных, обязан воздерживаться от мясной пищи, вести нравственную жизнь. Ещё строже требования к «избранным», отличающимся от мирян тем, что они не должны вступать в брак, не должны не только потреблять мяса, но даже срывать растений, идущих в пищу. «Избранные» обязаны проповедовать манихейское учение, распространять его в мире.

Учение манихеев, направленное против угнетения, против государства, быстро получило широкое распространение, особенно, по-видимому, среди городского населения. Насколько сильно было влияние манихеев, показывает обширная христианская полемическая литература, направленная против них, а также собственно манихейская литература (на коптском, парфянском и других языках). Об этом же говорит и живучесть манихейства. Его отголоски могут быть прослежены в целом ряде антиклерикальных сект средневековья.

Первоначально Сасаниды не противодействовали распространению манихейства, а порой даже поддерживали Мани. Однако, когда выяснился антигосударственный и антиклерикальный характер манихейской проповеди, начались жестокие гонения на манихеев. Сам Мани был казнён, его приверженцы были вынуждены скрываться. На Западе, в Римской империи, куда стало быстро проникать это учение, манихеи подвергались не меньшим преследованиям. Более благоприятной была судьба манихеев на Востоке. Их учение распространилось в Средней Азии, особенно, по-видимому, в согдийских городах, откуда оно было занесено купцами в согдийские колонии Восточного Туркестана и дошло до Китая.

Борьба Сасанидского государства с Римом

Молодое царство Сасанидов, возникшее на развалинах Парфянской державы, во многом продолжало её политику. Ардашир I (226—241), захватив почти все области, подвластные некогда парфянам, потерпел неудачу в Мидии Атропатене и Армении. Затем он обратился на восток, где могущественная Кушанская держава к этому времени уже начала ослабевать. Предание сообщает, что Ардашир подчинил себе все области до Хорезма на северо-востоке и долины Кабула на востоке. Эти сведения преувеличены, хотя, вероятно, Сасаниды сумели сразу же прочно укрепиться в Хорасане и Мервском оазисе, ставшем на несколько веков опорой их власти на востоке.

Сын и преемник Ардашира Шапур I (242—272) возобновил жестокую борьбу с Римом, начатую ещё Парфией. Борьба шла, как и прежде, за Месопотамию и Армению, за преобладание в Передней Азии. Длительная борьба, в которой перевес склонялся в общем на сторону персов, закончилась в 260 г., как уже указывалось, полным разгромом римлян и пленением императора Валериана.

Сасанидское серебряное блюдо
с изображением Шапура II,
охотящегося на львов.

Шапур I, помимо побед над Римом и усиления позиций персов в Закавказье, сумел добиться значительных успехов и на востоке. Недавно найденная большая надпись Шапура рассказывает о его походе в Среднюю Азию, где он доходил до области Чач (в окрестностях современного Ташкента). Однако не нужно думать, что Шапуру в результате его похода удалось прочно укрепиться в Средней Азии. Вообще раскопки не подтверждают ходячего мнения о распространении власти Сасанидов далеко на восток, чуть ли не до Инда. По-видимому, в III в. границей империи Сасанидов на востоке были Мервский оазис, горные районы к востоку от Герата и Сакастан.

После смерти Шапура в Иране за двадцать лет сменились четыре царя, что говорит о неустойчивости политического положения в стране. На это же время приходится поход римского императора Кара в Месопотамию, окончившийся заключением мира в 283 г., в результате которого персы потеряли контроль над Арменией. Эти неудачи были осложнены большим восстанием на востоке, которое поднял один из царевичей при поддержке среднеазиатских племён. В самом конце III в. римляне нанесли ряд поражений Сасаниду Нарсесу (293—302), заставив его заключить выгодный для Рима Нисибинский мир (298 г.).

Некоторое укрепление Сасанидского государства совпадает с длительным правлением царя Шапура II (309—379). При нём борьба с Римом вступает в новую фазу, появляется новый политический фактор — христианство. К началу царствования Шапура II относится превращение христианства в господствующую религию Римской империи. В связи с этим изменилось и отношение к христианам в государстве Сасанидов. Когда христиане подвергались гонениям в Римской империи, цари Персии охотно давали им убежище на своей территории, надеясь найти в христианах союзников в тылу у римлян. Теперь же, когда христианство стало господствующей религией враждебного Рима, христиан — приверженцев официальной церкви стали в Иране преследовать и, наоборот, поддерживать представителей различных еретических учений, оппозиционных по отношению к Римской империи и господствующей церкви.

Новый конфликт с Римом начался из-за Армении, где шла сложная борьба интересов. Обе стороны стремились перетянуть армянскую знать на свою сторону. От дипломатических интриг враждующие державы в 359 г. перешли к военным действиям, которые в основном шли в Северной Месопотамии и на востоке Малой Азии. Война развивалась успешно для персов. Шапур II захватил несколько важных крепостей, на которые опиралась оборона римлян. Однако в 361 г. положение изменилось. Римскому императору Юлиану удалось добиться ряда успехов, но затем он был убит, и римляне вынуждены были отступить. Персы снова одержали победу.

Несмотря на это, Армения продолжала ещё довольно долго оставаться яблоком раздора между Римской империей и царством Сасанидов. В конце концов эти державы пришли к решению о разделе Армении.

Нашествия кочевников (V в.). Кризис империи Сасанидов и народные движения

С начала V в. дает о себе знать глухая борьба между царём и его окружением, с одной стороны, и могущественными родами земельной аристократии, проявляющими центробежные стремления, — с другой. Середина V в. проходит под знаком всё возрастающего недовольства закабаляемых народных масс, борьбы отдельных группировок господствующего класса между собой и участившихся нападений на Иран кочевых племён то со стороны Кавказа, то со стороны Средней Азии.

Так, союз племен, возглавлявшийся эфталитами, создал в Средней Азии сильную кочевую державу, подчинившую себе все важнейшие земледельческие оазисы и города. Эфталиты стали тревожить империю Сасанидов. В двух кампаниях царь Пероз потерпел поражение. Сначала он вынужден был заплатить большую контрибуцию и до полной уплаты её оставить у эфталитов заложником своего сына, а затем войско его было окончательно разбито и сам он погиб на поле боя. В результате этой войны эфталиты захватили ряд восточных областей Персидской державы и наложили на Сасанидов тяжелую дань, которую те уплачивали много лет.

Следствием тяжёлых военных поражений и истощавшего страну голода были народные восстания. С огромным трудом персидской знати удалось подавить народное восстание в Закавказье в 483—484 гг. Но гораздо опаснее для господствующего класса оказалось начавшееся в конце V в. грандиозное крестьянское восстание в Иране и соседних областях, вызванное усилением эксплуатации и закабалением свободных общинников. Это восстание, вошедшее в историю под названием движения маздакитов, является важнейшим историческим событием в жизни Западной Азии на грани рабовладельческой и феодальной эпох.

3. Армения в III—IV вв.

Рассматриваемый период — время значительных сдвигов в социально-экономическом развитии Закавказья и, в частности, Армении. Рабовладельческие отношения, которые так и не достигли здесь полного развития, разлагаются и постепенно вытесняются отношениями феодального типа; рост последних совершается, в значительной мере, на основе далеко ещё не изжитых родоплеменных и общинных порядков.

Армения и в этот период играет большую роль в борьбе между Римом и сасанидским Ираном, пришедшим на смену Парфянской державе.

История Армении в III в. известна довольно плохо, главным образом по отрывочным известиям в греко-римской литературе. Лишь в V в. появляется местная армянская историография. В трудах армянских историков Фавстоса Бузанда, Лазара Парпеци, Мовсеса Хоренаци и в тексте Агафангела находит подробное освещение история IV в., тогда как для предшествующих периодов эти историки дают весьма скудные и часто недостоверные известия.

Наступление сасанидского Ирана на Армению

В 20-х годах III в. положение Армении резко изменилось в связи с возникновением державы Сасанидов в Иране. До того времени Армения представляла собой один из уделов династии Аршакидов и ориентировалась вследствие этого на Парфию, зависимость от которой, однако, к началу III в. стала почти номинальной. Союз с Парфией гарантировал Армению от посягательств Рима, тогда как сама Парфия была слишком слаба для того, чтобы навязать Армении реальное господство. После падения Парфии армянские Аршакиды оказались естественными противниками Сасанидов, свергнувших господство Аршакидов в Иране. Для борьбы с Сасанидами Армения снова сближается с Римом, который теперь уже не был для неё так опасен, как раньше, поскольку ослабевшая империя вступает в III в. в полосу затяжного кризиса. Помимо Рима армяне в борьбе с агрессией Ирана сближаются с иберами и албанами, в результате чего складывается союз народов Закавказья, стремящихся отстоять свою независимость.

Сасаниды, достигнув власти, начали упорную борьбу с Римом за Месопотамию, в которой римляне терпели неудачу за неудачей. Армения также стала объектом борьбы между Сасанидами и Римом. Персидский царь Шапур I стремился прежде всего устранить армянского царя Хосрова I, поскольку тот энергично боролся с персами в союзе с римлянами и не прекратил войны даже после того, как между Римской империей и Ираном в 244 г. был заключен мир. Хосров был убит во время охоты наемником персов, а его сыну Тиридату несколько позже пришлось бежать; на армянский престол Шапур возвёл Артавазда V (253—273), видимо, одного из перешедших на его сторону представителей династии Аршакидов. Это было важным успехом для персов: Армения, до того постоянно угрожавшая им с правого фланга, оказалась в русле их политики.

Через некоторое время на престоле Армении с помощью римского императора Диоклетиана утверждается Тиридат III (287—330). В 296 г. персидский царь Нарсес начал войну с Римской империей и Арменией, однако после некоторых успехов потерпел тяжёлое поражение. В городе Нисибине в Месопотамии был заключён мир на 40 лет: персы уступили римлянам Месопотамию и пять небольших областей в бассейне Верхнего Тигра (некоторые из них когда-то входили в состав Армении) и признали римский протекторат над Арменией и Иберией. Фактически Армении удалось отстоять своё самостоятельное существование.

Утверждение христианства

Сорокалетний мир способствовал укреплению Армянского царства и хозяйственному процветанию страны. В IV в. в Армении складывается новая знать, опиравшаяся на независимое от царя крупное землевладение, называемая в источниках нахарарами (в более ранний период так назывались только начальники областей). Эта знать, особенно в период персидского господства, всё менее подчиняется царям. Уже Тиридату пришлось думать об укреплении своей власти и обуздании своеволия нахараров. Вскоре он нашёл себе союзника в лице христианской церкви.

Христианство появилось в юго-западных областях Армении ещё во II в. В III в. оно уже получило в Армении широкое распространение.

Тиридат III выступал в начале своего правления как гонитель христианства. Однако в начале IV в. в его политике происходит перелом, и он становится ревностным сторонником христианства. На это Тиридата толкнули причины политического характера. Древняя армянская религия была тесно связана с религией Ирана. Чтобы укрепить свои позиции в борьбе с сасанидским Ираном, Тиридат должен был порвать с древней религией и принять христианство.

Армения была одной из первых стран, в которой христианство стало государственной религией. В пользу армянской церкви были конфискованы земли древних святилищ. Были организованы епископства, причем епископские должности стали передаваться по наследству. Во главе церкви стоял архиепископ (позднее он стал называться католикосом); при Тиридате III и его преемнике Хосрове II эта должность передавалась по наследству в доме Григоридов.

Христианство было на первых порах враждебно встречено и народом и знатью. Народные массы крепко держались старых верований, не доверяя тому, что исходило от государства, знать же видела в церкви союзницу царя, властью которого она тяготилась. Тиридат на протяжении всего царствования вел упорную борьбу с нахарарами и с остатками языческого жречества и в конце концов погиб от руки своих противников, которых поддерживали Сасаниды.

Социальный строй и сословная организация

Уже при первых Аршакидах начинается наступление знати на земли крестьянских общин, а также на царские земли. К IV в. значительная часть царских земель перешла в руки нахараров и жречества, позднее — в руки церкви. Большая часть Армении распалась на наследственные княжества — нахарарства. Отдельным нахарарским родам были подчинены целые области с их населением. Таковы были роды Сюни, Мамиконян, Камсаракан, Аматуни и многие другие.

Глава нахарарского рода (танутер) считался слугой царя, держателем области. Танутер в пределах своей области, подобно царю, считался владыкой, осуществлял администрацию и суд, имел, подобно царю, своих чиновников (гордзакалов) для сбора налогов, собственное войско и знамя. Каждый нахарар имел свой замок, где хранились его сокровища. Во время войны сюда собирались все члены нахарарского рода, а также зависимое население. Вокруг замка располагались поместья — дастакерты и агараки.

Вассалами нахараров были мелкие землевладельцы — азаты. Они составляли основную массу конницы нахараров. Владения азатов обычно выделялись из общинных земель, но бывали и такие азаты, у которых фактически не было ничего, кроме оружия и коня.

Нахарары не платили почти никаких налогов. Исключение составляло «добровольное» приношение золота царю, сохранившееся позднее в византийской Армении («коронное золото»). Азаты, наделённые поместьями, должны были платить поземельный налог, но так как они вместе с тем имели право получать жалованье за службу, то налог засчитывался за жалованье и фактически не взыскивался.

Несмотря на переход значительной части царских земель к нахарарам, царь оставался крупнейшим землевладельцем. Царский удел (востан) охватывал Айраратскую область с Арташатом и Валаршапатом, окрестности Тигранакерта и некоторые другие земли. Земли востана частично передавались в условное владение востаникам — мелким владельцам, которые были обязаны царю военной службой. Востаники имели большие привилегии. Население востана и привилегированных городов составляло опору царской власти в борьбе последней с нахарарами.

Данные источников позволяют рассматривать формы землевладения, складывавшиеся в Армении IV—V вв., как характерные для раннефеодального периода. Земли, находившиеся в собственности нахараров, назывались хайреник (буквально «вотчина»). Вотчины сложились большей частью на основе земель племенных вождей и поэтому находились преимущественно на окраинах Армении. Кроме того, существовали и другие формы условного землевладения. Земля, дававшаяся за службу, была фактически владением азата, но считалась собственностью нахарара или царя. На земле сидели эксплуатируемые крестьяне и рабы.

Крупные землевладельцы стремились превратить свои поместья в собственность и эмансипироваться от царской власти; напротив, цари стремились, используя условный характер землевладения нахараров, удержать их в повиновении. Нуждаясь для укрепления своей власти в постоянном увеличении войска, Аршакиды были вынуждены раздавать свои земли в условное владение. Однако, поскольку эти земли постепенно превращались в наследственные, результаты оказывались совершенно противоположными: раздача земель приводила в конечном итоге к ослаблению царской власти.

Армянское общество делилось на три сословия: азатов, духовенства и аназатов. «Азат» и «аназат» (буквально «неазат») — древние иранские социальные термины, сравнительно рано перешедшие в Армению. Они означают «свободный» и «несвободный». Эти термины употреблялись, в первую очередь, по отношению к рабовладельцам и рабам, но, по-видимому, ещё в условиях рабовладельческого общества их применение стало более широким; в частности, аназатами назывались и другие категории зависимого населения. С зарождением феодализма азатами в узком смысле стали называть мелких землевладельцев, вассалов нахараров, в широком — всех феодалов вообще. Аназатами теперь стали считать не только рабов и зависимых людей, но и свободных крестьян и всё население городов вплоть до богатейших купцов. Аназаты противостояли азатам, как весь народ — знати. Простой народ иначе назывался рамик («толпа», «масса»).

Азаты и духовенство были привилегированными сословиями. Они располагали обширными земельными владениями и, как правило, не платили налогов. Обязанностью азатов была военная служба, в ведении духовенства находились церковные дела, суд и школа. Аназаты являлись податным сословием, они должны были платить налоги и отправлять принудительные повинности. За проступки азаты и духовенство карались только штрафом, аназаты могли быть подвергнуты телесным наказаниям, а за особо тяжёлые преступления осуждались на многолетние принудительные работы. Знать и высшее духовенство не были подсудны общим судам; их судил царь или католикос.

Внутри господствующего класса существовала строгая иерархия. Выше всех стоял царь. Затем шли четыре бдешха — правители окраинных областей Нор-Ширакан, Алдзник, Цопк и Гугарк. Далее следовали нахарары, они были вассалами царя или бдешхов, играли крупную роль при дворе и занимали важнейшие государственные должности, которые передавались по наследству. Во дворце нахарары занимали места в строго иерархическом порядке, согласно особым «разрядным спискам». Одежда, головные уборы, обувь строго соответствовали наследственному и служебному рангу: так, у царя были красные сапоги, у бдешхов — один красный, один зелёный, у нахараров — оба зелёные. Нахарары не были равны: различались нахарары, которые могли выставить свыше 10000 всадников, 1000 всадников или менее. Внутри отдельных нахарарских родов различались танутеры (главы родов) и сепухи (рядовые члены рода). Ниже стояли азаты.

Важное место в социальной структуре Армении занимала церковь. Первые христианские цари Армении, особенно Тиридат III и его преемник Хосров II, покровительствовали церкви, щедро одаряя её землями как из своего востана, так и конфискованными у мятежных нахараров. Помимо этого сами нахарары дарили церкви земли и другое имущество на помин души и по разным другим поводам. В результате этого церковь на протяжении IV в. превратилась в мощную социальную силу, почти независимую от царской власти.

Внутри церкви также существовала строгая иерархия. Глава её — архиепископ, потом католикос — был сильнее любого нахарара. Он считался епископом востана. Католикосу были подчинены епископы, которые находились по отношению к нему в таком же положении, как нахарары по отношению к царю. Епископы имели обширные земельные владения. Постепенно в каждом нахарарстве возникло епископство. Ниже всех стояли сельские священники, положение которых напоминало положение мелких азатов.

Крестьяне; рабы

Основную часть населения Армении составляли крестьяне-шинаканы (т. е. живущие в шэнах, деревнях), находившиеся на разных ступенях зависимости от землевладельцев. Об их жизни в источниках имеются лишь крайне скудные сведения. Они занимались земледелием и скотоводством, сеяли ячмень, пшеницу, просо, рис. Земля обрабатывалась деревянной сохой с железным сошником. Кроме того, были развиты садоводство, виноградарство и виноделие. В наиболее отсталых областях существовали полукочевые скотоводческие племена.

Крестьяне жили общинами. При помощи длинной верёвки производились периодические переделы земли. Земля распределялась по жребию. Крестьянский надел (вичак) был величиной переменной: он изменялся соответственно количеству душ в крестьянской семье. Помимо надела крестьянин имел собственный дом, скот и орудия. Пастбища и леса оставались в общинной собственности.

Шинаканами первоначально называли свободное крестьянство, сидевшее на царской земле и составлявшее в своё время вместе с востаниками определённую опору царской власти в её борьбе с нахарарами. Но непрерывная раздача царских земель приводила к всё более безраздельному господству знати. Эта знать превращала свои держания в наследственные владения, присваивала земли крестьянских общин и низводила сидевших на них шинаканов до положения зависимых от неё и прикреплённых к земле арендаторов. Число свободных земледельцев сокращается; термин «шинакан» стал означать теперь — «зависимый крестьянин».

Процесс закрепощения шёл неодинаково, в зависимости от местных условий. Поэтому существовало большое количество различных категорий крестьянства. Имелась, например, особая категория карчазатов («полуазатов»); отличие их от аназатов неясно, но, по-видимому, ими становились шинаканы, служившие в ополчении всадников и получавшие вследствие этого некоторые привилегии. В сёлах складывается деревенская знать: сельские старосты, следившие за выполнением крестьянских повинностей, их семьи, приходские священники (должности старосты и священника были наследственными), наконец, сельские богачи. Вместе с тем существовали такие шинаканы, которые, разорившись, работали исполу на господской земле. Их положение немногим отличалось от положения посаженных на землю рабов.

Помимо работы в сельском хозяйстве крупные землевладельцы привлекали зависимых от них шинаканов к постройке замков, городов, дворцов, монастырей. Натуральная рента состояла из части урожая и приплода со скота. Церкви полагались десятина (десятая часть урожая) и «добровольные приношения». Помимо этого шинаканы иногда годами отрабатывали в церковных хозяйствах наложенные на них церковные наказания.

Шинаканы были обязаны определёнными налогами и повинностями также в пользу государства. Существовал натуральный поземельный налог, взыскивавшийся с урожая, и подушный, или подымный, налог, взимавшийся приплодом скота и шерстью. Общегосударственные работы — строительство крепостей и мостов, проведение дорог и каналов, насаждение лесов — всей своей тяжестью ложились на плечи шинаканов. Крестьяне снабжали провиантом должностных лиц, содержали местные гарнизоны. Во время войны они составляли пехотные части и служили в обозе. Вместе с тем шинаканы могли приобретать недвижимое имущество и иметь особые купленные земли.

В Армении IV в. продолжало существовать рабство. Рабов имели все слои господствующего класса — нахарары, азаты, духовенство, а также государство. В положении рабов произошли существенные изменения. Их сажали на землю, давали им хижину, инвентарь и, возможно, скот. С разрешения господина раб мог приобретать необходимые ему вещи. Постепенно посаженные на землю рабы сливались с низшими категориями зависимого крестьянства. В государственном хозяйстве рабы эксплуатировались на строительстве и в рудниках.

Города; ремесло, торговля

В Армении III—IV вв. городов было относительно немного. Наиболее значительные из них — Арташат, Тигранакерт, Валаршапат — находились в царском востане. Там же в рассматриваемый период возник город Двин, который позднее стал столицей Армении. На холме Двин, в лесу недалеко от Арташата, царь Хосров II построил себе дворец, вокруг которого стала селиться знать; в связи с изменением русла Аракса и заболачиванием окрестностей Арташата в Двин началось массовое переселение жителей древней столицы.

Большинство других городов представляло собой укреплённые пункты с замком нахарара в центре и посадом у его подножья. Коренное армянское население, жившее в городах, по своим занятиям мало чем отличалось от шинаканов: оно занималось хлебопашеством и садоводством, вокруг стен были расположены сады и посевы горожан. Наряду с земледелием горожане занимались также ремеслом. Ремесленники работали в основном на внутренний рынок, однако металлические изделия, а также ткани вывозились и за пределы страны.

Города были центрами торговли. В Арташат прибывали караваны из Римской империи и из Ирана. Армения была связана с Ираном, Месопотамией, Малой Азией, портами Чёрного моря, с Картли и её столицей Мцхетой и т. д. Государство покровительствовало торговле, взыскивая таможенные пошлины. Под стенами замков устраивались рынки. Здесь купцы были защищены от насилий и грабежей. Торговля, однако, не затрагивала основной массы населения. Деревня в ней почти не участвовала.

Городское население в этническом и религиозном отношении было пёстрым, значительную роль в жизни городов по-прежнему играли иноземцы. Сирийцы и иудеи были по преимуществу купцами и ростовщиками, иранцы — ремесленниками. Иноземцы составляли, как и повсюду на Востоке, этническо-религиозные общины, жили в особых кварталах и имели своих старейшин, которые подчинялись царскому градоправителю. Со второй половины IV в. начался упадок городов и торговли. Усобицы и иноземные нашествия препятствовали торговым сношениям, усиливалась разобщённость отдельных областей.

Обострение классовой борьбы; еретические движения

Закрепощение крестьянства приводило к обострению классовой борьбы. Опираясь на общинную организацию, крестьяне упорно сопротивлялись закрепощению. Типичной формой проявления классового протеста было массовое бегство крестьян с земель, от своих «наследственных обязанностей». Одни бежали в царские привилегированные города, другие пополняли монашеские общины и религиозные секты. Сектанты подвергали церковь критике и противопоставляли ей свои организации. Еретические движения были одной из форм борьбы закрепощаемого крестьянства против складывавшегося феодального строя.

В IV в. в Малой Армении, где христианство распространилось ранее, появились секты мессалиан и борборитов. Они отвергали церковь, говорили о равенстве людей, убеждали рабов и крестьян покидать господ и соединяться в общины по образцу первых христиан. В общинах все были равны, частная собственность считалась смертным грехом; богатые, желавшие вступить в общину, должны были сначала раздать своё имущество. В IV—V вв. учение мессалиан и борборитов распространилось и на Великую Армению.

Размах крестьянского движения становился угрожающим для знати. Она борется с ним в союзе с духовенством. При Аршаке II по инициативе архиепископа Нерсеса был созван собор в Аштишате. Аштишатские постановления увещевали господ и слуг жить в мире. Господам предлагалось не обременять слуг непомерными повинностями, слугам — оказывать неизменную покорность господам.

Изменения в политическом строе

Сдвиги в социально-экономическом развитии Армении нашли своё отражение и в её политическом строе. Верховная власть теоретически была по-прежнему сосредоточена в руках царя. Царь принимал и отправлял послов, объявлял войну и заключал мир. При царском дворе были сосредоточены высшие правительственные органы. Бюрократический аппарат был довольно сложен. Считалось, что страною управляет царь с помощью своих чиновников. Однако все важнейшие вопросы, в том числе и связанные с внешней политикой, предварительно обсуждал совет нахараров. Формально он имел совещательный голос, но фактически всегда мог навязать свою волю царю. Ни одно важное дело не решалось без согласия нахараров. Попытка царя нарушить их привилегии могла вызвать вооружённое сопротивление. Нахарары возглавляли высшие государственные ведомства, почётные должности были их привилегией. Они передавались по наследству в наиболее видных нахарарских родах. Одной из наиболее важных должностей была должность спарапета (военачальника), которая была наследственной в роде Мамиконянов.

Помимо постоянного войска, которым располагал царь, основные военные силы выставлялись нахарарами. Численность армии во время войны доходила до 100 — 120 тыс. Нахарары распределялись по рангам в зависимости от количества выставляемых ими воинов. Наиболее сильными после царей были князья Сюни. Особая воинская грамота определяла количество воинов, выставляемых каждым нахараром. Главным родом войск была конница азатов. Пехота, в которой служили шинаканы, имела второстепенное значение. Армянская конница славилась по всей Передней Азии.

Возобновление борьбы с Ираном и мятежи нахараров

При наследнике Тиридата III — Хосрове II — Армения вновь становится ареной военных действий. Срок сорокалетнего мира с персами истекал в 338 г. Непрерывные римско-персидские войны шли с переменным успехом. Утверждение христианства в Армении в качестве государственной религии сблизило Аршакидов с Римом, тем более, что по сравнению с персидской угрозой союз с Римом был теперь для Армении не опасен. Перед лицом персидской угрозы и всё возраставшей фактической независимости нахараров армянские цари стремились расширить социальную опору своей власти. Продолжая политику отца, Хосров II вёл упорную борьбу с нахарарами. Большая же часть нахараров видела в царской власти соперника своему могуществу и, предавая интересы страны, искала союза с Шапуром, надеясь путём подчинения Армении Ирану обеспечить себе безраздельное господство над закрепощаемыми народными массами.

Когда ещё за год до истечения Нисибинского договора в Армению вторглись персы, к ним присоединились мятежные нахарары и бдешх Алдзника. Однако с помощью римских войск персы были вытеснены из Армении. Но вскоре персы снова вторглись в Армению и на этот раз одержали победу; на престол Армении был посажен сын Шапура, который, однако, правил недолго. Вторичный захват им престола Армении также был кратковременным. В стране разгорелась ожесточённая война против персов и изменников-нахараров, закончившаяся поражением персов и утверждением на армянском престоле представителя династии Аршакидов Аршака II.

Острейшие столкновения между царём и нахарарами падают на время правления Аршака II (60—70-е годы IV в.). В борьбе с нахарарами Аршак попытался опереться в какой-то мере на городское население. С этой целью он основал у южного подножия Арарата, на скрещении торговых путей из Малой Азии в Иран и из Закавказья в Месопотамию, город Аршакаван (ныне Старый Баязет). В нём было предоставлено убежище бежавшим от хозяев «слугам», т. е. рабам и закрепощаемым крестьянам, а также неоплатным должникам. Городскому населению Аршакавана были предоставлены льготы. Началось повальное бегство из окрестных владений. Нахарары, в особенности род Камсараканов, земли которых находились по соседству, а также архиепископ Нерсес I были возмущены. Церковь также начинает временами выступать рука об руку с нахарарами против царской власти.

Заручившись поддержкой архиепископа Нерсеса I, нахарары во главе с Нерсесом Камсараканом напали на Аршакаван, разрушили его до основания и перебили его население. Аршаку для дальнейшей борьбы пришлось искать союзников на стороне. С помощью царя Картли (Иберии) Мириана он начал войну с непокорными нахарарами, которая была прекращена лишь вмешательством Нерсеса I.

Однако борьба между царём и нахарарами скоро возобновилась. На этот раз Аршак напал на владения Камсараканов, захватил крепость Артагерс и перебил весь их род. В ответ на эту расправу началось общее восстание нахараров. Не только сторонники Ирана, но и сторонники Рима, ранее в той или иной мере поддерживавшие царей, выступили против Аршака. Во главе нахараров стояли архиепископ Нерсес I, в знак протеста отрёкшийся от своей должности, и спарапет Васак Мамиконян.

В это время римский император Иовиан заключил с персами мир, уступив им Месопотамию и, обязавшись не вмешиваться в армянские дела. Армения осталась одна перед лицом врага. Под угрозой персидского нашествия проримская партия и её вождь Васак Мамиконян примирились с царём. Персы вторглись в Армению, разрушили Тигранакерт и ряд других важнейших городов, заняв западные области страны, но в битве на Айраратской равнине потерпели тяжёлое поражение от Васака Мамиконяна. Последующие набеги также не имели успеха, армянская конница всякий раз одерживала верх.

Однако в 367 г. Шапур II под предлогом заключения мира зазвал в Ктесифон Аршака II и Васака Мамиконяна и лишил их свободы. Васак впоследствии был убит, а Аршак II умер в «замке забвения» в Хузистане. Армения была захвачена персами. В стратегически важных пунктах были поставлены гарнизоны. Под гнётом иноземного владычества даже многие иранофилы из нахараров перешли на сторону проримской партии.

Началась народная война. Наиболее упорно сопротивлялся врагу гарнизон Артагерса, только через год с лишним персам удалось ворваться в крепость. Страна подверглась страшному опустошению. Население городов угонялось в Персию. Сопротивлявшихся избивали, детей бросали под ноги боевым слонам. Разгром городов привёл к упадку ремесла и торговли.

В 369 г. в самый разгар персидского разорения в Армению явился бежавший от персов наследник Аршака II Пап с римскими войсками. После упорной борьбы персы были изгнаны, Пап и спарапет Мушел Мамиконян победоносно вступили в Арташат. Весной 371 г. Шапур снова двинулся на Армению и Грузию, но с помощью отряда, присланного римлянами, был разбит и признал Папа царём Армении. Персидская агрессия была временно приостановлена.

Внутренняя политика царя Папа. Раздел Армении

Пап выступил как продолжатель политики своего отца. Подобно Аршаку II он стремился к укреплению царской власти. Находившаяся в распоряжении царя конница была увеличена с 10 000 до 90 000 человек. Пап старался поднять благосостояние страны, заботился о строительстве. С помощью Мушела Мамиконяна и новосозданного войска он подавил мятежных нахараров и вновь подчинил окраинные области.

Ещё более решительны были мероприятия Папа в отношении церкви. В обстановке непрестанной борьбы между царской властью и нахарарами армянская церковь превратилась в большую независимую силу. В немалой мере этому способствовала наследственность епископских должностей. В руках церкви были сосредоточены обширные земельные владения: ни один нахарар в этом отношении не мог сравниться с архиепископом. Помимо этого армянская церковь опиралась на тесные связи с христианской церковью Римской империи и через неё — с императорским двором.

Чтобы сломить могущество архиепископа, Пап лишил Григоридов наследственного права на эту должность, которым они пользовались почти непрерывно свыше 70 лет. Пап стремился также порвать связи армянской церкви с Римской империей. Так началась самостоятельность армянской церкви. Её глава стал называться теперь католикосом.

Пять седьмых церковных земель было конфисковано. Тяжёлые для крестьян подати и повинности были уничтожены. Упразднение десятины нанесло серьёзный удар материальному благосостоянию церкви. Пап вёл также ожесточённую борьбу с монашеством: он закрыл большинство монастырей, заставлял монахов работать, сократил численность духовенства. Деятельность Папа способствовала временному укреплению царской власти в Армении.

Придя к власти с помощью римлян, Пап, однако, вошёл в сношения с Шапуром II, стремясь путём лавирования укрепить независимость Армении. Политика Папа вызывала резкое недовольство нахараров. При их содействии Пап в 374 г. был убит римлянами.

Храм в Ереруте (Армения).
V в. н. э.

После убийства Папа возобновляется борьба Рима и Персии за Армению. В ней активно участвовали нахарары. Результатом этой борьбы оказался раздел Армении между Римом и Персией (договор 387 г.). Окраинные области Армении были присоединены к владениям соперничавших держав. Оставшаяся «Срединная страна» была также разделена, но в обеих частях её продолжали править вассальные цари, зависимые соответственно от Римской империи и Персии: ⅘ достались Персии, ⅕ — Риму. Царская власть продолжала существовать в римской Армении до 391 г., в персидской — до 428 г., после чего власть над Арменией окончательно перешла в руки нахараров, опиравшихся на иноземное владычество.

Культура Армении в III—IV вв.

III—IV века — переходный период в истории армянской культуры. Социальные сдвиги нашли отражение, хотя и несколько запоздалое, в культурных изменениях. Значительную роль в оформлении армянской идеологии и культуры этого времени сыграло распространение христианства. Важнейшим событием в развитии новой культуры следует считать возникновение армянской письменности.

Армянский алфавит был изобретён на рубеже IV и V вв. Создателем его был Месроп Маштоц (361—440), сын свободного крестьянина из Тарона. Алфавит Месропа Маштоца был создан на основе греческого, однако число букв было увеличено до 36 (вместо 24). Он был основан на весьма тонком понимании фонетики языка, для которого создавался. Алфавит Маштоца почти без изменений существует до сих пор.

Таким образом, Армения получила систему письменности, не только отличную от иранской, но и значительно более доступную для народа, чем иранская; последняя вследствие своей сложности была вполне понятна лишь профессиональным писцам. Этим отчасти и объясняется богатство армянской литературы по сравнению со среднеперсидской. На основе армянской письменности складывается классический язык армянской литературы — грабар, который продолжал оставаться нормой армянского литературного языка до начала XIX в.

Ещё в IV в. в Армении создаются школы, где преподавались греческий и сирийский языки. Армяне ездили учиться в Антиохию и Эдессу. С V в. в школах вводится преподавание на родном языке. Школы предназначались в основном для духовенства, но и для людей из народа просвещение не было полностью закрыто, как это показывает пример того же Месропа Маштоца.

С распространением христианства появляется и новый архитектурный стиль. Христианские церкви не были похожи на древние храмы. На первых порах они представляли собой продолговатые помещения с плоским деревянным, а затем сводчатым каменным потолком. Позднее план усложняется, появляются обширные залы с двойными рядами колонн, поддерживающих своды, иногда со сводчатыми галереями снаружи. Христианские храмы должны были вмещать внутри освящённого пространства всю местную религиозную общину, собиравшуюся к очередной службе. Поэтому они были рассчитаны на большое количество народа, а отсюда вытекало и общее изменение плана сооружения.

Круглая скульптура исчезает под влиянием армянской церкви, связывавшей её с идолопоклонством. Продолжает развиваться рельеф. Каменотёсы покрывали поверхность камня тончайшим резным орнаментом — растительным, геометрическим и т. д. Помимо этого на стенах церковных зданий нередко высекались сцены религиозного, а также светского содержания, отражавшие жизнь знати — торжественные выезды, охоты и т. д.

Так, несмотря на внутренние потрясения и потерю государственной самостоятельности, армянский народ продолжал развивать свою культуру, расцвет которой падает уже на следующие столетия (V—VII вв. н. э.).

4. Картли в III—IV вв.

С IV в. для истории Грузии имеются уже не только отрывочные свидетельства, исходящие извне, но и более достоверная, чем раньше, местная традиция. В этой традиции Иберия фигурирует уже как Картли.

О положении Картли в III в. почти ничего не известно. По-видимому, возвышение Сасанидов и борьба их с Римом оказали на Картли меньшее воздействие, чем на Армению, поскольку Картли была расположена дальше к северу. Вероятно, Картли продолжала оставаться в номинальной зависимости от Рима. Так, например, по Нисибинскому миру персы признали за римскими императорами право давать иберским царям внешние знаки власти.

Политика картлийских царей в IV в. Принятие христианства

Политика картлийских царей в IV в. определялась, с одной стороны, прогрессирующим усилением знати, с другой — опасностью персидского нашествия. Ради сближения с Римом и укрепления своей власти картлийские цари переходят в христианство. Христианские общины в Иберии существовали, по-видимому, и раньше; превращение же христианства в государственную религию произошло в 30—40-х годах IV в. Вслед за обращением царя были крещены и жители Мцхеты.

Принятие христианства имело важные последствия для царей Картли. Во-первых, оно укрепляло их союз с Римской империей, где также победило христианство, против персов, во-вторых, развязывало царской власти руки в борьбе со жречеством. Жрецы обладали в Картли исключительным могуществом. В их руках были сосредоточены обширные земельные владения и огромные богатства. Так, например, Страбон рассказывает о богатейшем храме Левкотеи на юге Иберии. Между тем владения царя к этому времени сильно сократились отчасти вследствие дробления царской земли между царскими родичами, отчасти вследствие раздачи земель царского домена военно-служилой знати. Поэтому конфискация жреческих земель, которые отошли частично царю, частично церкви, имела для царей большое значение, сильно укрепляя их власть.

Христианство было встречено по-разному различными слоями населения. Картлийская знать отнеслась к нему благоприятно, так как в отличие от армянской сохраняла военно-служилый характер, была теснее связана с царской властью и так же, как она, заинтересована в борьбе с могущественным жречеством. Напротив, народные массы встретили новую религию враждебно. Особенно упорно сопротивлялись горцы. Их древняя религия была неразрывно связана с сохранившимися у них первобытно-общинными порядками. Проповедников христианства сопровождали эриставы (военачальники), которые помогали им с оружием в руках: они уничтожали изображения древних богов и силой принуждали народ креститься.

Раздел Картли и подчинение персам. Возвышение Тбилиси

Союз с Римом, окрепший после принятия христианства, не смог, однако, защитить Картли от персов. В 368 г. Шапур II вторгся в Картли, низложил царя Саурмага и провозгласил царём его родственника Вараз-Бакура (Аспакура), взяв его сына заложником. Саурмаг бежал в Римскую империю и вернулся в Картли с римскими войсками. Вараз-Бакур вынужден был пойти с ним на соглашение, Картли была разделена: земли по левому берегу Куры и правому берегу Арагвы получил сторонник Рима Саурмаг, тогда как остальной частью Картли продолжал управлять ставленник Ирана. Оба царя опирались, по-видимому, на определённые группы местной знати. Впрочем, в отличие от Армении двоевластие в Картли длилось недолго, так как с V в. страна полностью подчинилась персидскому влиянию.

На рубеже IV и V вв. картлийские цари ещё пытались лавировать между Римом и Ираном. Однако ослабленная «варварскими» нашествиями в Европе Римская империя не могла защитить Картли от персов. Со второй четверти V в. картлийский царь становится вассалом Сасанидов. Рядом с царём в Картли назначается персидский наместник — «картлийский питиахш». Скоро эта должность сделалась наследственной в одном из южно-картлийских знатных домов. В руках питиахшей находилась почти вся территория Нижней Картли южнее Триалетского хребта и города Тбилиси, представлявшая собой государство в государстве.

Картлийские цари продолжали жить в Мцхете, куда они перебрались из Армази, по-видимому, в III в. н. э.; питиахши выбрали своей резиденцией Тбилиси. Здесь сходились важнейшие пути — путь в Персию, а также путь через Куру. Тбилиси был заселён с древнейших времён; в IV в. он стал уже значительным центром, но особенно возвысился именно с тех пор, как в нём поселились питиахши. Со второй половины V в. картлийские цари делают Тбилиси второй столицей, а затем он навсегда оттесняет Мцхету на задний план.

Социальные сдвиги в Картли в III—IV вв.

Зарождение элементов феодализма в Картли протекало сходно с Арменией, однако более медленными темпами. Причиной этого было большее количество пережитков первобытно-общинного строя, сохранившихся в раннерабовладельческом обществе Картли. Поэтому картлийское общество III—IV вв. имеет переходный характер.

В древней Иберии привилегированная группа населения, как уже указывалось, состояла из царского «рода» и «рода» жрецов, основная же масса населения составляла эри, народ-войско, внутри которого наблюдалось относительное равенство. Теперь положение меняется. Раньше царский «род» эксплуатировал зависимых от него крестьян (лаой) сообща, теперь начинается дробление царского домена между «царскими детьми», которые превращаются в высший слой знати.

Вместе с тем появляется новая аристократия и за пределами царского «рода». Среди свободных выдвигались богатые семьи, захватывавшие лучшие земли и сосредоточивавшие в своих руках большее, чем у других, количество рабов. Как это бывало и в других рабовладельческих государствах на ранних стадиях развития, в Картли каждый вооружался на свой счёт. В условиях прогрессирующего разорения основной массы свободных далеко не всякий мог приобрести полный комплект металлического (обычно железного) оружия и коня (иберы славились прежде всего конницей), а потому богатые оттесняют бедных и на царской службе. Так в результате имущественного расслоения рядом со старой знатью и жречеством формируется новая, служилая знать.

Знать монополизирует в своих руках военное дело, перекладывая производительный труд на зависимых от неё людей. Представители знати с юных лет получают военное воспитание. Из среды знати назначаются правители областей (мтавары) и военачальники (эриставы). Чтобы привязать к себе военно-служилую знать, царь раздаёт ей земли с сидящими на них земледельцами.

На другом полюсе формируется класс зависимых крестьян. Этому способствовало то обстоятельство, что уже издавна существовали зависимые крестьяне на царской земле, которые именовались по-грузински глехами; постепенно они превращаются в крепостных, вместе с землями царского домена их раздают старой и новой знати. Превращаются в крепостных, видимо, и посаженные на землю рабы, а также закабаляемые за долги свободные. Слой эри исчезает. Знати теперь противостоит цврили эри — «мелкий люд».

Раннефеодальные отношения в Картли складываются к V в. Представители господствующего класса получают теперь наименование азнаури (грузинская форма иранского слова «азат», которому теперь придаётся специальное значение). Азнаурам противостоят уазно (не азнаури), соответствующие аназатам; к ним причислялись в первую очередь глехи.

Азнауры не были едины; они делились на великих и малых. К числу первых относились мтавары и эриставы, которые, приобретая политическую власть на местах, постепенно превращались в полусамостоятельных владетелей, наподобие армянских нахараров. Остальные азнауры соответствовали по своему положению мелким азатам. Между азнаурами и цврили эри стояли мсахуры (слуги) — свободные, находившиеся на службе у царя и крупных азнауров. Ниже всех были рабы.

Вся страна распадается на отдельные области — сахли; во главе каждой из областей стоит какой-либо знатный род. Правда, большинство населения этих областей не было ещё закрепощено и удерживало свои общинные и частновладельческие земли, однако могущество знатных домов стало уже весьма значительным.

Общинные должности становятся наследственными в знатных родах. Носители их накладывают руку на общинную собственность, заставляют делать себе «добровольные» подношения, принуждают общинников выполнять общественные работы (постройка крепостей, рытьё каналов) и сопровождать их на войну.

Важную роль в оформлении феодальных отношений сыграла картлийская церковь, которая превращается в мощную организацию. Во главе церкви стоял мцхетский архиепископ, живший в резиденции царя. Епископские епархии соответствовали административным округам, эриставствам. Церковь владела обширными землями, которые она получала от царей и знати или приобретала за деньги. На церковных землях работали зависимые крестьяне. Уже с V в. высшие посты в церкви находились в руках знати. Так же, как и в Армении, картлийский архиепископ стал (в конце V в.) католикосом, что обеспечивало определённую независимость картлийской церкви.

В процессе зарождения феодальных отношений царский домен тает, распадаясь на владения родовой и военно-служилой знати. Соответственно этому происходит ослабление царской власти. Раздача земель в условное владение представителям знати, что на первых порах укрепляло могущество царя, обеспечивая ему поддержку знати, теперь приводит к противоположным последствиям. Конфискация жреческих земель могла задержать процесс, но не приостановить его. Знать, ещё в IV в. поддерживавшая царя против жречества, как это видно из её отношения к христианству, с V в. открыто выступает против царской власти.

Грузинская письменность, литература и искусство

Важнейшим событием в культурной жизни Картли является формирование грузинской письменности. Древнейшая датированная надпись относится к 492—493 гг. Проблема происхождения грузинского алфавита сложна. Данные источников разноречивы. Некоторые древнеармянские писатели приписывают создание грузинского, а также албанского алфавита Месропу Маштоцу, изобретателю армянского алфавита. Однако это не соответствует действительности. Грузинский алфавит генетически не связан с армянским. Грузинское письмо, по-видимому, родственно армазскому и восходит вместе с ним к арамейскому.

Древняя грузинская надпись из Болниси.
V в. н. э.

С принятием христианства зарождается грузинская христианская литература. Первоначально преобладали переводы. С V в. появляются и оригинальные сочинения. К сожалению, значительная часть произведений древнейшей грузинской литературы была уничтожена в последующие века во время ожесточённой борьбы с ересями.

Развивается церковное зодчество, древнейшими памятниками которого являются базилики.

5. Лазика в III — IV вв.

Западная Грузия с III—IV вв. начинает называться Лазикой по имени племени лазов. Древнее наименование «колхи» исчезает. Лазикой страна именуется главным образом в греко-римской литературе. Местные жители называли её Эгриси. Это наименование перешло в ряд соседних языков, а также в древнегрузинскую литературу; отсюда и племенное наименование «мегрелы» («м-егр-ели»).

Как указывалось выше, в I—II вв. на территории Колхиды существовали различные местные княжества. Среди них со II—III вв. особенно выдвигается княжество лазов. Центром его была плодородная Рионская низменность, изобилующая виноградом и плодовыми деревьями. Это была наиболее богатая часть Колхиды, чем и объясняется выдвижение княжества лазов. В их стране было много городов: Вард-Цихе (Родополь), Кутаиси и др. Столицей был город Цихе-Годжи на реке Техури (у греков Археополь); обширные развалины его сохранились до сих пор. Значительную роль в экономике страны играла морская торговля, центром которой был порт Фасис. Морская торговля способствовала и развитию культурных связей Колхиды с восточными провинциями Римской империи.

В IV в царёк лазов подчиняет окрестные племена. Во второй половине IV в его власть признали апсилы и абасги, жившие на территории Абхазии, а в конце столетия — сваны. Эти племена продолжали жить по своим собственным обычаям и управляться наследственными царьками. Так возникло царство Лазика, охватившее всю Западную Грузию. Оно простиралось от ущелья Бзыби в Абхазии на севере до Аджаристана на юге. На востоке Лазика граничила с Картли.

Римская власть в Колхиде пала в результате сопротивления местного населения в период кризиса империи в III в. В середине III в. Колхида, наряду с малоазийскими и балканскими областями империи, становится жертвой набегов северочерноморских племён, среди которых значительную роль играли готы.

После восстановления могущества Римской империи Лазика с конца III в. превратилась в зависимое от неё царство. Временами эта зависимость ограничивалась военным союзом (особую важность для империи представляла охрана царём лазов горных проходов Кавказа), временами она принимала более тяжёлый характер, когда Лазика платила дань, а в городах стояли римские гарнизоны. Поэтому цари Лазики постоянно стремились освободиться из-под власти Рима, обращая взоры к северным «варварам» и к сасанидскому Ирану, от которых надеялись получить помощь.

Общественное развитие Лазики в III—IV вв. характеризуется, по-видимому, формированием раннефеодальных отношений. Византийский историк VI в. Агафий говорит о лазах, что они уже не «варвары» и что у них установились развитая государственность и правопорядок. Общественный строй ранней Лазики известен плохо вследствие отсутствия источников. Однако, насколько можно судить, Лазика сильно отставала от Картли.

Весьма рано стало проникать в Лазику христианство. Оно распространялось сначала преимущественно среди эллинского и эллинизированного населения приморских городов. В начале IV в. здесь уже были значительные христианские общины с епископами во главе. Питиунтский епископ Стратофил участвовал в Никейском соборе. Позднее (в IV—VI вв.) христианство стало проникать в Лазику и из Картли. Но среди самих лазов оно, однако, распространялось медленнее вследствие наличия в их быту значительных пережитков первобытно-общинного строя. Государственной религией Лазики христианство стало лишь значительно позже (в VI в.).

Хотя в этот период мегрельский, лазский и некоторые другие диалекты грузинского языка, а также абхазский язык ещё не имели своей письменности, однако города Лазики, особенно прибрежные, уже жили интенсивной культурной жизнью. В IV в. в Лазике существовала высшая риторическая школа, подобная школам Римской империи; преподавание грамматики, риторики, философии велось в ней на греческом языке; она пользовалась такой славой, что наряду с местными жителями в ней получала образование и молодёжь из восточных провинций Римской империи. По мере укрепления связей с Картли в Лазике стали распространяться грузинский литературный язык, сформировавшийся на основе одного из восточно-грузинских диалектов — картльского (карталинского), и грузинская письменность.

6. Албания в III—IV вв.

Общественный строй Албании III—IV вв. известен плохо, так как албанская литература погибла, и соответствующий материал приходится черпать из иноземных источников, главным образом армянских.

По общему уровню своего общественного развития Албания в древности значительно отставала от Армении, Иберии и Колхиды. Ко времени возникновения раннефеодальных отношений здесь существовали ещё очень заметные элементы первобытно-общинного строя. Население занималось главным образом скотоводством, совершая сезонные передвижения с летних пастбищ в горах на зимние в низменностях и долинах рек. Где позволяли условия, там жили и настоящие кочевники. На берегах Куры и Аракса занимались также рыболовством. Помимо хозяйственной отсталости в известной медленности развития Албании сыграло роль и то обстоятельство» что она менее других стран Закавказья была связана с внешним миром. Отдельные части Албании не были между собой объединены; их правители постоянно враждовали между собой.

На развитие Албании оказывали влияние соседние страны, в первую очередь, Армения и сасанидский Иран. Армянское влияние было особенно сильно потому, что юго-западные области Албании довольно долго входили в состав Великой Армении и были организованы как нахарарства. Находилась в зависимости от Армении и Каспиана с центром в Пайтакаране, правители которой считали себя Аршакидами.

На протяжении IV в. эти области отложились от Армении. После смерти Тиридата III некий Санатрук присвоил себе корону, овладел Пайтакараном и думал даже о захвате Армении. Правители Пайтакарана опирались на помощь Сасанидов и позднее помогали Шапуру II в войнах с Арменией. В 60-х годах IV в. от Армении отложились и другие албанские земли, которые также попали под влияние персов.

Тем не менее, связь этих областей с Арменией продолжалась и позже. Албанская знать роднилась с армянской, в Западную Албанию под защиту гор переселялись армяне, распространялся армянский язык, между армянской и албанской церквами поддерживались деятельные связи, культурное влияние Армении на албанов было велико.

Значительное влияние на судьбы Албании имела экспансия Ирана в страны Закавказья. Сасаниды были особенно заинтересованы в подчинении Албании, поскольку без этого было невозможно контролировать горные проходы Кавказа, отражать набеги кочевников Северного Кавказа (аланов, гуннов), которые были для Сасанидов особенно опасны, как возможные союзники Римской империи; персидские цари пытались не только сдержать их напор, но и широко вербовали кочевников в свои войска.

Пока Армения была независима от Ирана и к тому же претендовала на влияние в Албании, путь в Албанию для Ирана был закрыт. Однако по мере ослабления Армении албанские области отпадают от неё и подчиняются Ирану. Особенно значительных успехов достиг Иран после раздела Закавказья между ним и Римской империей. Сасанидские цари, опираясь на Пайтакаран, проводят широкие мероприятия по обороне Дербентского прохода. Строятся укрепления, устраиваются военные поселения. Среди племён Северного Кавказа сасанидские цари вербуют себе союзников.

С установлением иранского господства значение аристократии усиливается, а царская власть ещё больше слабеет. В середине V в. она была окончательно уничтожена, и страной стали управлять персидские наместники.

С разложением рабовладельческого строя умирает и древняя религия албанов. Вместо неё распространяются христианство и зороастризм. Первые проповедники христианства были посланы в Албанию по инициативе армянского царя Тиридата III. Однако после отпадения Пайтакарана христианство стало подвергаться там преследованиям. Позднее, однако, христианство вновь укрепляется в Албании. Как и в Картли, христианство принимает прежде всего знать. Создаётся албанская церковь, находившаяся под армянским влиянием.

У христианства в Албании был сильный соперник — зороастризм. Зороастризм начал распространяться в Албании, как и в других странах Закавказья, ещё в парфянский период. В III—IV вв. он оказался в Албании сильнее, чем где-либо в Закавказье. Причиной этого была географическая близость Ирана. После того как в Римской империи христианство сделалось государственной религией, борьба двух держав за господство в Закавказье постоянно проходит под знаменем соперничества между христианством и зороастризмом. Особенно усилились позиции зороастризма после подчинения Албании Ираном. Власть Ирана над Албанией была сильнее, нежели над Арменией и Картли: здесь были сосредоточены военные силы Сасанидов для борьбы с северными кочевниками. Соответственно этому идеологическое и культурное влияние Ирана здесь также было сильнее.

В Албании существовала довольно богатая письменность на народном языке. Албанский алфавит, видимо, не древнее V в. В основу литературного языка было положено наречие Гаргарейской равнины (ныне Карабахская степь), где находился большой город Партав и жило племя утиев.

Создание албанской письменности способствовало культурному прогрессу. Переводятся сочинения с греческого, сирийского, армянского и других языков. К сожалению, от албанской литературы не сохранилось ни одного текста. Лишь сравнительно недавно в Валаршапатской рукописной библиотеке был найден албанский алфавит с армянскими соответствиями. В настоящее время известны также некоторые надписи на предметах, которые предположительно могут считаться албанскими.

7. Разложение рабовладельческого строя в Северном Причерноморье.

Экономический и культурный упадок

Для всех городов Северного Причерноморья с 30-х годов III в. характерны экономический упадок, сокращение торговых связей, известный регресс в ремесленной технике и искусстве.

Лощёные сарматские сосуды. III—IV вв. н. э.
Из раскопок в Фанагории.

Данных о политической и тем более о социально-экономической истории Северного Причерноморья в этот период очень мало, но, по-видимому, и здесь шли те же процессы, которые обусловили разложение и гибель ряда других рабовладельческих государств. Очевидно, и здесь средние рабовладельческие хозяйства всё более вытеснялись крупным землевладением, основанным на эксплуатации прикреплённого к земле сельского населения, и здесь основная масса городского населения разорялась и деклассировалась. Почти непрерывные войны, которые шли в III в. между рабовладельческими государствами и союзами племён, разрушительно действовали на торговлю, игравшую значительную роль в экономике северо-черноморских городов. Раскопки показывают, как пало благосостояние их жителей, даже принадлежавших к рабовладельческой греко-сарматской знати. Роскошные гробницы, характерные для предыдущего периода, почти исчезают. Многие более мелкие города, например Нимфей, Мирмекий, пустеют. Ремесленные изделия становятся грубее, наряду с керамикой, сделанной на гончарном круге, появляется значительное количество грубой лепной керамики сарматского типа, вероятно, изготовлявшейся в отдельных хозяйствах для собственных нужд.

В упадок приходит и некогда процветавшее искусство. Великолепные мраморные саркофаги, украшенные сложным орнаментом и рельефными изображениями, сменяются простыми гробами, многоцветная реалистическая живопись, сочетавшая греческие и местные традиции, — условными схематическими изображениями людей и животных или геометрическим орнаментом, исполненным почти исключительно одной только красной краской.

Некоторые отрасли хозяйства, как, например, соление рыбы (как показывают раскопки в Тиритаке), продолжают существовать, но масштабы их сокращаются в связи с почти полным прекращением внешней торговли. Любопытно, что, лишившись привозного оливкового масла, употреблявшегося для освещения, жители Северного Причерноморья стали применять для этой цели местную нефть, которую они извлекали из ям и колодцев.

Ярким свидетельством экономического упадка является состояние монетного дела. Около 235 г. прекращается чеканка монеты в Тире и Ольвии. Монеты Боспорского царства, начиная с этого же времени, содержат всё меньший процент золота; к 60-м годам III в. содержание золота достигает всего ½%, а с 275 г. «золотые» монеты чеканятся уже из одной меди. В 30-х годах IV в. выпуск боспорских монет прекращается.

Нашествия готов

В первые десятилетия III в. в соседние с Причерноморьем области начинают проникать готы, германский народ, первоначально живший на острове Готланде, затем переместившийся на южное побережье Балтийского моря, а оттуда постепенно продвинувшийся далее к югу. Готы, постепенно оседая среди местного населения и усваивая его культуру, становятся во главе сильного племенного союза, включавшего различные этнические элементы. По мнению некоторых исследователей, в него входили и славяне. Во всяком случае, по-видимому, с III в. славяне начинают проникать в Северное Причерноморье, о чём свидетельствует появление славянских имён на надгробных памятниках того времени.

Племена готского союза постепенно продвигаются к побережьям Азовского и Чёрного морей. Несмотря на то, что в Ольвии стоял римский гарнизон, окрестности города уже в 30-х годах были опустошены готами. В то же время, вероятно, был взят и разрушен находившийся в устье Дона Танаис. Надпись 237 г. говорит о приготовлениях к обороне города, но, очевидно, они успеха не имели, так как с этого времени надписи из Танаиса прекращаются.

Боспорское царство в III—IV вв.

В связи с общим упадком, несомненно, понизилась и боеспособность армий рабовладельческих городов Северного Причерноморья. Можно думать, что здесь так же, как и в Римской империи, эксплуатируемое население нередко сочувствовало или даже активно помогало вторгавшимся племенам. Империя, окружённая со всех сторон врагами и раздираемая гражданскими войнами не могла больше поддерживать правящий класс Северного Причерноморья. Известную помощь оружием, флотом, продовольствием она как в III, так и в IV в. оказывала только Херсонесу, не подвергавшемуся непосредственному нападению готов и даже, судя, правда, по позднейшим и не вполне достоверным известиям, участвовавшему в борьбе с ними на стороне Рима. Из Боспорского царства римские гарнизоны были выведены в 40-х годах III в. Боспорские цари после этого не смогли больше сопротивляться готам. Историк Зосим рассказывает, что в это время старую боспорскую династию, поддерживавшую дружбу с Римом, сменили «недостойные и презренные люди», которые «предоставили скифам (так античные историки иногда называли племена готского союза) проход через Боспор в Азию, переправив их на собственных судах».

По-видимому, в связи с вторжением готов внутри Боспорского царства обострилась социальная борьба, в результате которой враждебные Риму круги населения сумели временно возвести на престол своих ставленников. Это подтверждается тем, что в 253—254 гг. появляются, наряду с монетами «законного» царя Рескупорида V, монеты царя Фарсанза. Очевидно, он продержался недолго, так как монеты эти чеканились всего два года. В 267 г. выпуск монет вообще прекращается и возобновляется лишь в 275 г.

Возможно, что на этот промежуток времени падает найденная в Пантикапее надпись царя Хедосбия. «Варварские» имена Фарсанза и Хедосбия подтверждают предположение, что они были представителями местного населения. Эти цари, видимо, заключили союз с готами и предоставили в их распоряжение боспорский флот, который дал готам возможность производить разрушительные набеги на побережья Кавказа, Малой Азии и Греции. Однако договор этот вынуждены были в дальнейшем соблюдать и цари, принадлежавшие к старой династии, — Рескупорид V, который, по-видимому, устранил Фарсанза в 254 г. и чеканил свои монеты до 267 г., и Савромат IV, пришедший к власти в 275 г. И при них готский союз пользуется для своих экспедиций боспорским флотом.

С середины 70-х годов III в. готы, разбитые римскими войсками, надолго прекращают набеги на империю, но остаются в степях Северного Причерноморья. Однако, как показывают данные археологии, они не оказали влияния на его культуру, которая чем дальше, тем больше приобретала сарматский характер без каких-либо чуждых примесей. Не повели готские вторжения и к значительному сокращению территории Боспорского царства. В конце III в. в его состав по-прежнему входили Феодосия и область аспургиан на азиатской стороне Боспора. Феодосия оставалась пограничным городом и в начале IV в., о чём свидетельствует надпись от 306 г.

С прекращением готских набегов снова укрепляется старая династия, цари которой по-прежнему подчёркивают свою преданность империи, сохраняя титул «друг кесаря и друг римлян». Восстановление относительного мира способствовало даже некоторому, правда, кратковременному, оживлению торговли с Малой Азией, хотя она ни в коей мере не достигала прежнего уровня. В то же время в конце III и начале IV в. появляются очень немногочисленные богатые погребения, но они значительно беднее гробниц I—II вв. В гробницах IV в. найдены серебряное блюдо с портретом императора Констанция II, очевидно, присланное им какому-то видному представителю местной знати, золотой венок с оттиском монеты императора Валентиниана I, значительное количество богато украшенного оружия и конского снаряжения, золотые вещи местного производства и привозные стеклянные сосуды.

Укрепляются сношения с империей. Возможно даже, что в начале IV в. правящие верхи Боспора старались поставить свою страну в более тесную зависимость от Рима. В это же время здесь распространяется христианство. В Боспорском царстве оно появляется с конца III в., в Херсонесе несколько позже. На первом вселенском соборе, происходившем в 325 г. в Никее, боспорская христианская община была представлена епископом Кадмом.

Окончательный упадок и гибель Боспорского царства

Однако новый подъём экономики Боспорского царства длился недолго. Постепенно прерываются регулярные сношения с империей. Историк Аммиан Марцеллин, сообщая, что в 362 г. к императору Юлиану за помощью обращались боспорцы, ставит их уже в ряд далёких и малоизвестных народов.

Упадок Боспорского царства предопределил лёгкость, с которой одержали над ним победу вторгшиеся на его территорию в 70-х годах IV в гунны. Одна часть их пришла со стороны заселённых аланами степей, другая — через Таманский полуостров, переправившись через Боспор Киммерийский. Эта волна гуннов произвела в Боспорском царстве особенно жестокие опустошения. Значительная часть населения была истреблена, города разрушены и разграблены. Раскопки показывают, что население в панике бежало из домов, не успевая даже захватить своё имущество. Сильно был разрушен и Пантикапей. После гуннского нашествия Боспорское царство уже не возродилось. От нашествия пострадал и Херсонес, но он все же продолжал существовать, постепенно попадая во всё большую зависимость от Римской империи.