;
СОДЕРЖАНИЕ
1. Римское государство в I в. до н. э. 2. Первый триумвират. Консульство Красса и Помпея. Закон Габиния. Третья война Митридата с Римом. Помпей на Востоке. Законопроект Сервилия Рулла. Заговор Катилины. Первый триумвират. Кельтские племена в I в. до н. э. Начало военных действий Цезаря в Галлии. Борьба сторонников Цезаря и Помпея в Риме. Завоевание Галлии. Распад триумвирата. Великое Галльское восстание. 3. Диктатура Цезаря. Борьба за власть между Помпеем и Цезарем. Политика Цезаря. 4. Гражданские войны 40—30-х годов I в. до н. э. Оптиматы и цезарианцы. Второй триумвират. Брут и Кассий на Востоке. Битва при Филиппах. Перузинская война и борьба с Секстом Помпеем. Борьба между Антонием и Октавианом. Окончание гражданской войны. Причины падения республики. 5. Римская культура республиканского периода. Философия и наука. Развитие права и риторики. Публицистика и историография. Эпическая поэзия. Комедия. Лирика. Цирк. Театр. Архитектура и изобразительное искусство.

ПАДЕНИЕ РЕСПУБЛИКИ В РИМЕ

1. Римское государство в I в. до н. э.

К середине I в. до н. э. Рим представлял собою крупнейшую колониальную державу. Территория внешних владений Рима к этому времени более чем в шесть раз превышала площадь самой Италии. Римские провинции и зависимые от Рима государства почти сплошной цепью опоясывали весь бассейн Средиземноморья.

Римская колониальная держава имела одну весьма своеобразную черту. В отличие от восточной монархии Александра и эллинистических государств, в формировании которых огромную роль играла активная колонизационная деятельность греков и македонян (основание полисов, клерухии, катэкии и т. п.), в Римской державе момент колонизации был выражен довольно слабо, во всяком случае он отступал на задний план по сравнению с широко развернувшейся финансовой и торговой эксплуатацией провинций. Она производилась в самых разнообразных формах. В римских владениях и в зависимых от Рима царствах действовали крупные арендаторы земельных угодий, откупщики-публиканы, крупные и мелкие ростовщики, агенты римских торговых и финансовых «компаний», поставщики товаров для армии. В одной из своих речей видный политический деятель этого времени Марк Туллий Цицерон весьма чётко определяет состав римских дельцов, наводнивших провинцию Азию: «Откупщики, степенные и почтенные люди, перенесли свои денежные средства и операции в эту провинцию... кроме того, и представители других сословий, люди предприимчивые и деятельные, отчасти сами занимаются денежными оборотами в Азии... отчасти поместили в этой провинции большие средства». Львиная доля наживы от эксплуатации провинции попадала, конечно, в руки привилегированных сословий — нобилитета и всадничества, но в некоторой степени ею пользовалась и их обширная клиентела — некоторые слои городского и сельского плебса. В упомянутой выше речи Цицерон прямо указывает на то, что разорение откупщиков в Азии сейчас же болезненно отзовётся на материальном благосостоянии значительной массы граждан. «Весь кредит, все денежные операции, производимые здесь, на форуме, стоят в тесной связи с денежными оборотами в Азии; крушение последних силою того же удара расшатает и здешние состояния».

Огромные средства, выкачиваемые из провинций, привели к тому, что в Риме складываются огромные состояния, появляются крупнейшие богачи среди представителей как нобилитета, так и всадничества. Так, например, известный впоследствии полководец Гней Помпей был крупнейшим земельным магнатом, который «без конца скупал все смежные с его владениями земельные участки». Из одних только своих пиценских арендаторов и клиентов он навербовал целое войско. Сторонник Помпея видный аристократ Домиций собрал под своим начальством 33 когорты (т. е. 15 тыс. человек) и обещал каждому выдать по 4 югера земли из собственных владений. Крупнейшим богачом Рима был Марк Красс, который в десятки раз увеличил свое состояние, нажившись на скупке конфискованных земель во время сулланских проскрипций, а также на самых различных спекуляциях, вплоть до спекуляции на жилищной нужде в Риме. Красс скупал сгоревшие или развалившиеся дома и на их месте воздвигал многоэтажные здания, которые затем сдавал в аренду мелким съемщикам. Такими путями он нажил многомиллионное состояние.

Богатый всадник, друг Цицерона — Тит Помпоний Аттик занимался самыми разнообразными коммерческими делами: он имел обширные пастбища и плантации в провинциях, давал деньги в рост и т. п. Глава одной из откупных компаний Гай Рабирий Постум, как уже упоминалось выше, ссужал огромными суммами претендента на египетский престол — Птолемея Авлета. Когда последнему при помощи подкупов различных влиятельных лиц в Риме удалось утвердиться на престоле Египта, его долг Рабирию намного превышал годовой бюджет страны.

Наряду с ростом торгового и ростовщического капитала происходит массовое разорение населения. В провинциях и зависимых от Рима царствах (как, например, в Вифинии) деятельность римских публиканов и ростовщиков приводила к тому, что население целых областей попадало в долговую кабалу. В самом Риме росли люмпен-пролетарские слои населения, во второй половине I в. до н. э. число их достигает полумиллиона. Одних только бесплатных хлебных пайков раздаётся свыше 300 тыс. Такая же картина, в несколько меньших масштабах, наблюдалась и в других городских центрах Римской державы.

Значительная часть городского плебса, как указывают источники, входила в состав клиентелы крупных магнатов и богачей. Развращённая подачками и паразитическим существованием, эта часть городского плебса беззастенчиво торговала своими голосами на выборах. Цицерон, например, ставя вопрос о том, чем клиенты могут отблагодарить своего патрона, прямо говорил: «У них ничего нет, кроме их голосов». Подобная практика в самом недалёком будущем приводит к полному вырождению рабовладельческой демократии в Риме и к окончательной утере римским плебсом значения самостоятельной политической силы.

2. Первый триумвират.

Положение в Италии и провинциях в 70-х годах I в. до н. э. оставалось напряжённым. Большая часть населения Малой Азии, разорённая налогами всякого рода поборами и деятельностью римских ростовщиков, снова стала на сторону Митридата, подготовлявшего войну с римлянами. Переобременённые рекрутскими наборами и податями, галлы и племена Испании также глухо волновались. К узаконенным насилиям прибавлялся чудовищный произвол наместников. По свидетельству Цицерона, выступавшего обвинителем сицилийского наместника Верреса, который беззастенчивым грабежом Сицилии нажил громадные богатства, все провинции ненавидели самое имя римлян и готовы были на любую отчаянную попытку, лишь бы свергнуть их тиранию.

Римский военный корабль с легионариями.
Рельеф из Палестрино. Около 30 г. до н. э. Мрамор.

Быстро росло число пиратов, вербовавшихся главным образом из жителей Киликии, Памфилии, Исаврии. К пиратам бежали рабы и обедневшие жители Италии. Деятельность пиратов совершенно расстроила морскую торговлю и подвоз зерна в Рим. Цены росли. Городской плебс и дельцы-всадники, сильно пострадавшие от войны с Митридатом, считали нужным начать с пиратами решительную борьбу. Всё большое недовольство вызывали установленные Суллой порядки. Большинство сулланских ветеранов разорялось и продавало свои наделы крупным собственникам. Спустя 15 лет после смерти Суллы розданная ветеранам территория Пренесте оказалась в руках нескольких владельцев, а земля племени гирпинов — в руках одного человека. Организованные Суллой сенатские суды приобрели скандальную славу подкупностью судей. Все это создало базу нового объединения всадников и плебса для борьбы с сенатом, поддерживавшим сулланские порядки. В народе всё чаще вспоминали Мария, как врага Суллы и вождя популяров. Молодой аристократ Гай Юлий Цезарь, племянник жены Мария и зять Цинны, приобрёл широкую известность своими речами, в которых упоминал о заслугах вождей популяров. Несколько позднее Цезарь рискнул даже восстановить снятую Суллой статую Мария и памятники в честь его побед.

Консульство Красса и Помпея. Закон Габиния

Оппозиция режиму Суллы была настолько сильна, что даже такие видные сулланцы, как Красс и Помпей, должны были, чтобы не утратить популярности, объявить себя его противниками. Избранные в 70 г. консулами, они провели законы, восстанавливавшие досулланские порядки: народным трибунам была возвращена их прежняя власть; возобновлялась раздача дешёвого хлеба; суды передавались смешанной комиссии из сенаторов, всадников и наиболее зажиточных плебеев. Таким образом, Помпей и Красс тесно сблизились с популярами.

По предложению трибуна Габиния Помпей был наделён чрезвычайными полномочиями сроком на три года для борьбы с пиратами. Он получил в своё распоряжение 500 судов, 120 тыс. солдат, ему была предоставлена неограниченная власть на всём побережье Средиземного моря. При такой концентрации сил исход борьбы был предрешён. Через три месяца после того, как Помпей начал кампанию, море было очищено от пиратов. Часть пиратов была разбита, после чего многие пиратские вожди явились к Помпею с повинной и обязались прекратить морской разбой. Большое число пиратов Помпей расселил вдали от моря, главным образом в опустошённой римлянами Киликии и частично в Ахайе. Через 10—15 лет пираты возобновили свою деятельность, но на первых порах казалось, что Помпей покончил с ними навсегда и что предоставление ему чрезвычайных полномочий себя оправдало.

Основываясь на этом, плебс и всадники стали требовать предоставления Помпею столь же широких полномочий в новой войне с Митридатом.

Третья война Митридата с Римом

Весной 73 г. Митридат начал новую, уже третью по счёту войну с Римом. Вступив в Вифинию, в которой началось антиримское движение, он разбил правившего провинцией римского наместника. Часть понтийских войск была им отправлена для завоевания Фригии и других внутренних областей Малой Азии. Сам же Митридат приступил к осаде Кизика, весьма важного пункта, обладание которым обеспечивало господство над проливами, соединявшими Чёрное море с Эгейским. Но попытки царя завладеть Кизиком потерпели полную неудачу, и зимой 73/72 г. до н. э. ему пришлось снять осаду и отступить с большими потерями. После этого римские войска под командованием Луция Лукулла вторглись в пределы Понтийского царства и захватили ряд плодородных областей страны. Митридат, потерявший почти всю армию, бежал весной 71 г. до н. э. к своему зятю и союзнику — царю Армении Тиграну. Он рассчитывал найти в Армении достаточные силы для организации отпора римлянам.

В течение 71 и 70 гг. римляне заняли территорию Понтийского царства. Одновременно они заключили союз с правившим на Боспоре сыном Митридата Махаром и таким образом подготовились к военным действиям против Армении, которые развернулись в 69 и 68 гг. до н. э. Тем временем Митридат, помогавший Тиграну в борьбе против римлян, выбрал удобный момент и вернулся с 8-тысячным войском в пределы своего царства. За сравнительно короткое время он разбил римские войска, оставленные здесь Лукуллом.

Однако эти успехи Митридата были весьма эфемерны. Многолетние войны истощили силы Понта, к тому же владения царя значительно сократились после отпадения Боспора. Пребывание римских войск в Понтийском царстве в 71—68 гг. до н. э. привело к разорению и оскудению некогда богатых земель. Со времени захвата римлянами Амиса, Синопы и Гераклеи на Чёрном море господствовала римская эскадра. Это создавало непреодолимые трудности в, доставке продовольствия и наёмников от союзных Митридату племён и народностей Причерноморья. Успешная борьба римлян со средиземноморскими пиратами также лишила Митридата очень важной для него поддержки.

Помпей на Востоке

В 66 г. до н. э. народный трибун Манилий предложил передать командование в войне против Митридата Помпею, предоставив ому неограниченную власть над восточными провинциями. В сенате опасались такого невиданного усиления одного лица, но соединёнными силами плебса и всадников закон Манилия был проведен. Ставленник сената Лукулл был непопулярен: в освобождённых от Митридата городах Азии он запретил ростовщикам взимать более 12% и отбирать у должника более ¼ его имущества. Это сразу же настроило против Лукулла римских дельцов. Недовольны были им и солдаты, считавшие, что они недостаточно вознаграждены.

Весной 66 г. до н. э. новый римский главнокомандующий Гней Помпей вступил в Понтийское царство с 60-тысячным войском. Митридат смог выставить только около 33 тыс. солдат из местного населения, причём с самого начала в войсках царя был недостаток в продовольствии. В столкновении с Помпеем, которое произошло в Малой Армении, возле поселения Дастира, понтийское войско было полностью разгромлено, а сам Митридат с трудом спасся. На этот раз он вынужден был бежать на север, в Колхиду, так как его союзник Тигран сложил оружие. Перезимовав в Диоскуриаде, Митридат начал новые приготовления к войне с Римом. Он заключил союз с меотскими племенами и, обойдя с севера, вновь захватил Боспорское царство, изгнав оттуда Махара.

В Северном Причерноморье Митридат стал собирать войска, заготавливать продовольствие и восстанавливать флот. Для этого он обложил тяжёлыми налогами всё население, что вызвало ропот боспорцев. Особое недовольство среди имущих слоев вызвало то обстоятельство, что Митридат формировал своё войско не только из свободных, но и из рабов, получавших при этом свободу. Недовольство Митридатом привело к восстанию таких крупных городов, как Фанагория, Херсонес и др. Восстание перекинулось и в Пантикапей, где сын Митридата Фарнак составил против него заговор, рассчитывая на то, что, подчинившись римлянам, он удержит в своих руках власть над Боспором. Войско, не верившее в грандиозные замыслы Митридата, который собирался вторгнуться в Италию с севера через придунайские области, за несколько дней до выступления в поход перешло на сторону Фарнака. На глазах у старого царя, укрепившегося на акрополе Пантикапея (современная гора Митридат в Керчи), Фарнак принял знаки царской власти. Покинутый всеми, Митридат покончил жизнь самоубийством (63 г. до н. э.).

После поражения, нанесённого Митридату и Тиграну, Помпей направился в Сирию, а в 63 г. взял Иерусалим. Через два года после назначения Помпея война была окончена. На территории Малой Азии была образована новая провинция — Понт и Вифиния и присоединена в качестве провинции богатейшая Сирия.

Помпей вёл себя на Востоке, как неограниченный владыка. Он перераспределял по своему усмотрению территории, разбирал распри местных царьков, утверждал претендентов на престол в Пафлагонии, Галатии, Каппадокии, Иудее, получал от них заверения в преданности и богатые дары, давал им взаймы деньги под большие проценты. Поставленные Помпеем цари становились проводниками политики Рима в тех областях, в которых было мало греческих городов и были сильны пережитки первобытно-общинного строя. Более эллинизированные области были обращены в провинции. Следуя практике эллинистических царей, Помпей основал и восстановил в этих провинциях около 40 городов, которые должны были стать опорными пунктами римского господства.

В Азии Помпей, идя навстречу всадникам, отменил ограничения деятельности откупщиков, введённые ещё Суллой, но в новых провинциях он сделал ответственными за сбор налогов городских магистратов, предоставив им право самим сдавать налоги на откуп, что было выгодно прежде всего местным богачам. Военная добыча римлян была огромной. За время войны в Азии было захвачено так много рабов, что цена на них упала до 4 денариев за каждого, тогда как обычно средняя цена раба равнялась 500 денариям. Доходы римской казны после успехов Помпея возросли с 15 млн. до 85 млн. денариев. Неудивительно, что он стал самым могущественным человеком в государстве. Многие думали, что, вернувшись в Италию, Помпей с помощью армии станет диктатором.

Цицерон.
Скульптура I в. до н. э. Мрамор.

Такая перспектива встревожила всадников. Они не без оснований опасались, что, став у власти, Помпей пойдёт на соглашение с оптиматами. Поэтому среди политических противников Помпея, главным образом из среды всадничества, становится популярным проект похода в Египет. В случае организации этого похода противники Помпея могли бы создать свою армию и противопоставить её армии Помпея — главной опоре его растущего политического влияния. Предполагалось, что поход в Египет будет возглавлен представлявшим интересы всадников Крассом. В связи с этим Красс сблизился с Цезарем — признанным вождём популяров, который также видел в Помпее главного своего политического соперника. Известность Цезаря особенно возросла после избрания его в 65 г. на должность эдила, когда он затратил огромные средства и залез в долги, устраивая для населения Рима невиданные по роскоши зрелища и развлечения. В 63 г. Цезарь подавляющим большинством был избран великим понтификом.

В сенате, однако, хорошо понимали, что в сложившихся условиях поход в Египет таит в себе опасность гражданской воины, и воспрепятствовали организации этого похода. По мере приближения момента возвращения Помпея с Востока обстановка в Риме всё более и более накалялась.

Сенаторы, не уверенные в позиции, которую займёт Помпей, надеялись, что обиженный отставкой Лукулл станет активным вождём оптиматов, но он отказался от политики и жил как частный человек, поражая современников ещё невиданной роскошью своих вилл, картинных галерей, парков и особенно своих пиров («Лукулловы пиры»). К оптиматам зато перешёл прежде выступавший на стороне популяров и прославившийся как оратор Цицерон, земляк Мария, человек незнатного происхождения, или, как тогда говорили, «новый человек».

Многие качества Цицерона позволили ему выдвинуться в первые ряды тогдашних политических деятелей. Своё блестящее ораторское дарование, развитое им благодаря превосходному знакомству с философией, литературой, теорией ораторского искусства и правом, он всецело ставил на службу своим политическим целям, совпадавшим тогда с целями аристократии. Будучи человеком по существу, совершенно беспринципным, он не стеснялся менять свои убеждения, аргументы, дружеские связи в зависимости от требований момента и обстановки. Выступая перед народом, он готов был превозносить великие заслуги и доблесть Гракхов и Мария; говоря в сенате, он называл их злейшими демагогами, нарушителями социального мира, а в своих интимных письмах высмеивал и сенат и народ. В одном из писем он говорит, что, пока в государстве идёт борьба, надо быть на стороне тех, дело которых считаешь справедливым, но, если начинается гражданская война, следует примкнуть к тем, кто сильнее.

На выборах 64 г. Цицерон выставил свою кандидатуру в консулы. Главным соперником Цицерона выступил Катилина — разорившийся аристократ, некогда активный сулланец. Уже тогда Цицерон начал развивать программу, которая впоследствии легла в основу ряда его политических сочинений. Основная идея этой программы сводилась к лозунгу «согласие сословий», под которым он, по существу, подразумевал консолидацию сил господствующего класса.

Законопроект Сервилия Рулла. Заговор Катилины

Катилина был забаллотирован, а Цицерон избран в консулы. Однако реальное положение делало невозможным осуществление лозунга «согласие сословий». К неразрешённому аграрному вопросу прибавился всё обострявшийся долговой вопрос, так как задолженность приняла катастрофические размеры среди разных кругов населения.

Голова статуи Юлия Цезаря.
I в. до н. э. Мрамор.

В 64 г. с проектом нового аграрного закона выступил народный трибун Сервилий Рулл. Он предложил продать в провинциях государственные земли, прибавить к вырученным деньгам суммы, получаемые в виде налогов с провинций, и военную добычу всех полководцев и на эти средства закупить землю для беднейших граждан, а также разделить между ними оставшиеся неразделёнными государственные земли Кампании. Наконец, все земли, поступившие в чьё-либо владение с 84 г., т. е. со времени проскрипций Суллы, должны были, по проекту Рулла, стать частной собственностью владельцев. Проведение реформы предполагалось поручить комиссии из 10 лиц, наделённой широкими полномочиями. В число членов этой комиссии могли быть избраны только лица, находившиеся в то время в Риме. Помпей, остававшийся ещё на Востоке, попасть в неё, следовательно, не мог. Возможно, что за спиной Рулла стояли Красс и Цезарь.

Законопроект Рулла был выгоден сельскому плебсу и ещё сохранившим свои земли сулланским ветеранам, и крупным собственникам, нажившимся на проскрипциях. Однако этот закон наносил значительный ущерб откупным компаниям и городскому плебсу, на подачки которому шли в основном доходы со сданных в аренду государственных земель. На этом и сыграл Цицерон, произнёсший три речи против законопроекта Рулла и добившийся его провала.

Совсем иначе встретил плебс призыв к борьбе против сенатской олигархии и за сложение долгов. Лозунги эти были выдвинуты Катилиной, который снова выставил свою кандидатуру на консульских выборах 63 г. и вместе с тем втайне подготовлял государственный переворот. Состав сторонников Катилины был очень пестрым. Были среди них и сенаторы из захудалых и обедневших родов, и аристократическая молодёжь, прокутившая своё состояние и обременённая долгами, и городской люмпен-пролетариат, и обедневшие сулланские ветераны. Сторонники Катилины вели агитацию во всей Италии. Наибольшего успеха они добились в разорённой Суллой Этрурии и в ещё волновавшейся после Спартаковского восстания Южной Италии. Они попытались также войти в сношения с готовым возмутиться галльским племенем аллоброгов, послы которого как раз в это время прибыли в Рим просить о сложении недоимок. Объединял всю эту разнообразную массу людей лозунг уничтожения долговых обязательств.

В результате активного противодействия Цицерона Катилина снова не прошёл на выборах в консулы, избиравшихся на 62 г. В ответ на это заговорщики решили поднять восстание и захватить власть. Цицерон, осведомлённый своими агентами о заговоре, но не располагавший достаточными уликами, выступил с речами против Катилины, в которые вложил всё своё ораторское мастерство. Эти речи повлияли на настроение более обеспеченных слоев плебса — торговцев, владельцев мастерских и домов, опасавшихся за своё имущество. Сенат наделил Цицерона чрезвычайными полномочиями. Тогда Цицерон разослал по Италии солдат и назначил крупное вознаграждение рабам и свободным за доносы на заговорщиков. Было закрыто большинство коллегий — организаций плебса. Катилина был вынужден покинуть Рим и направился в Этрурию, где один из участников заговора, Манлий, вербовал армию.

Оставшиеся в Риме катилинарии во главе с Лентулом и Цетегом продолжали подготовку к восстанию. Однако все их планы были сорваны. Перехваченное письмо Лентула к аллоброгам с призывом к восстанию дало Цицерону основание потребовать немедленной расправы с заговорщиками. По решению сената (против которого выступил только Цезарь, сам, возможно, связанный с Катилиной) Лентул, Цетег и другие виднейшие заговорщики были умерщвлены без суда. Против отрядов повстанцев, набранных Манлием и Катилиной, была послана консульская армия. В ожесточённом бою у города Пистории (в Этрурии) сторонники Катилины были разгромлены, он сам погиб. Затем было подавлено и движение аллоброгов. Цицерон получил титул «отца отечества».

Свидетельства современников, откровенно враждебные по отношению к Катилине, не дают возможности с полной определённостью судить о движении, связанном с его именем. Очевидно одно: разнообразную массу сторонников Катилины объединяла лишь ненависть к сенатской олигархии. Движение не имело прочной социальной основы. Катилина обходил аграрный вопрос и, в отличие, например, от Цинны, отказывался принимать в свой лагерь беглых рабов. Разложившийся городской плебс уже не представлял собой демократической силы. И хотя Цицерону удалось расправиться с катилинариями во имя спасения республики, весь ход дальнейших событий свидетельствовал о том, что социальная база республики нобилей крайне сузилась и что реальная власть из рук сената переходила в руки опиравшихся на профессиональное войско удачливых полководцев и политических честолюбцев из среды господствующего класса. На смену сенатской аристократической республике шла империя.

Первый триумвират

Вернувшись в декабре 62 г. с Востока, Помпей после блестящего триумфа щедро наградил солдат и распустил своё войско. Но, чтобы сохранить популярность в армии, Помпей должен был наделить солдат землёй, а чтобы сохранить престиж на Востоке, должен был добиться утверждения сенатом проведённых им там мероприятий. Сенат, стремясь ослабить влияние Помпея, ставшего в глазах оптиматов опасным, отказал ему и в том и в другом. В это время в Рим из Испании возвратился Цезарь. Он намеревался получить консульство на 59 г., рассчитывая на свою популярность среди плебса. В сложившейся ситуации стало возможным совместное выступление армии, всадничества и плебса, так как все они после недавних событий имели причины быть недовольными политикой оптиматов. Объединение этих трёх сил приняло форму соглашения Помпея, Красса и Цезаря. Каждый из них в отдельности ещё не мог в тот момент овладеть единоличной властью. Их союз получил впоследствии название первого триумвирата.

В 59 г. Цезарь был избран консулом. Пользуясь поддержкой народного собрания, он провёл в пользу всадников закон о снижении на ⅓ откупных платежей, а в пользу Помпея и его армии — утверждение мероприятий Помпея на Востоке и закон о разделе земли в Кампании между 20 тыс. ветеранов и беднейшими многосемейными гражданами. В народные трибуны на следующий год при поддержке Цезаря был избран зарекомендовавший себя как ярый враг оптиматов Клодий, очень популярный среди плебса, несмотря на своё аристократическое происхождение. Другие магистратуры триумвиры также обеспечили за своими приверженцами. По окончании срока своего консульства Цезарь получил на пять лет управление Цизальпинской в Нарбонской Галлией, что давало ему право набора войск.

Кельтские племена в I в. до н. э. Начало военных действий Цезаря в Галлии

В марте 58 г. Цезарь, закончив набор войска, прибыл в назначенную ему провинцию. В Галлии он застал довольно сложное положение. Здесь в это время шла почти непрекращающаяся борьба между различными племенными союзами. Крупное объединение было создано одним из галльских племён — арвернами. Эдуи и секваны, объединив под своей гегемонией ряд других галльских племён, боролись за господство над всей Галлией. Однако галлам во II—I вв. до н. э. так и не удалось создать крепкого союза всех племён. Этому препятствовали низкий уровень экономического развития большинства племён, постоянные военные столкновения между ними, а, кроме того, вмешательство Рима, использовавшего в своих интересах межплеменную и социальную борьбу внутри племён.

Большое значение имело начавшееся ещё в конце 70-х годов I в. до н. э. передвижение кельтского племени гельветов, которые покинули области между Манном и верхним течением Рейна и поселились в западной части современной Швейцарии. В это же время область Верхнего Рейна заняло германское племя свевов.

Последствием передвижений свевов и гельветов было значительное осложнение межплеменных отношений в Галлии. Секваны и арверны, воевавшие с эдуями, обратились за помощью к свевскому вождю Ариовисту. Общими силами они разбили эдуев (около 60 г. до н. э.). За эту помощь секваны уступили свевам часть своей территории. Таким образом, свевы стали соседями гельветов и потеснили последних. Гельветы решили переселиться к устью Гаронны. Для этого им надо было пройти через территорию римской провинции — Нарбонской Галлии. Римляне были весьма обеспокоены передвижением 300 тыс. гельветов.

По прибытии в провинцию Цезарь немедленно вмешался в эти дела. Он запретил гельветам идти через римские владения. Тогда гельветам пришлось избрать другой путь. Но когда они двинулись через области секванов и эдуев, последние обратились за помощью к Цезарю. Он откликнулся на этот призыв и в 58 г. до н. э. нанёс гельветам тяжёлое поражение, заставив их вернуться на старое место поселения.

Борьба сторонников Цезаря и Помпея в Риме

В то время как Цезарь со своими войсками находился в Галлии, положение в Риме становилось всё более напряжённым. При поддержке плебса Клодию удалось провести ряд законов, способствовавших росту популярности Цезаря: о даровой раздаче хлеба 320 тыс. граждан, о восстановлении распущенных Цицероном коллегий, об изгнании Цицерона за незаконную казнь катилинариев и др. Влияние Клодия не уменьшилось с окончанием его трибуната. Из низших слоев городского населения и специально закупленных для этой цели рабов он организовал вооружённые отряды, наводившие страх на оптиматов. Оптиматы прибегали к тем же методам. Их сторонники Милон, Сестий и другие тоже покупали гладиаторов и вооружали ремесленников для борьбы с отрядами Клодия.

Как и Цезарь, агентом которого он являлся, Клодий старался использовать недовольство, быстро нараставшее среди обнищавшего плебса, чтобы дезорганизовать и ослабить оптиматов. По существу, плебс уже не имел никакой положительной программы. Участвуя в вооружённых столкновениях отрядов Клодия и Милона, свободные бедняки и рабы давали лишь выход своей стихийной ненависти к власти аристократии и богачей. В Риме царила всё усиливавшаяся анархия, были годы, когда из-за уличных столкновений и совершенно открытого подкупа голосов нельзя было провести выборы должностных лиц.

Завоевание Галлии
Галл.
Бронзовая статуэтка I в. до н. э.

В такой обстановке произошла встреча триумвиров в городе Луке (56 г. до н. э.). Она была обставлена чрезвычайно пышно. В Луку прибыло много сенаторов и магистратов. Фактически триумвират превратился в негласное римское правительство. Триумвиры заключили новое соглашение, согласно которому Красс и Помпей становились консулами на следующий год, после чего Помпей получал в управление Испанию и Африку (которыми он управлял через легатов, оставаясь в Риме), а Красс — командование на Востоке против парфян. Полномочия Цезаря в Галлии были продлены ещё на 5 лет.

Успехи Цезаря в этой стране, которые он умел ещё более приукрасить в своих донесениях, поражали современников. Они объяснялись не только незаурядными военными и дипломатическими дарованиями Цезаря, но главным образом позицией галльской аристократии, которая из страха перед народными движениями предавала родину римлянам. После победы над гельветами Цезарь, действуя будто бы по просьбе галльских племён, а на деле опираясь лишь на племенную знать, потребовал, чтобы Ариовист оставил страну. Получив отказ, он объявил германцам войну и оттеснил их за Рейн. В последующие годы, несмотря на стойкое сопротивление, одно за другим были покорены северо-западные кельтские и германские племена белгов, нервиев, узипетов, тенктеров и многие другие. Галлия была объявлена римской провинцией и обложена ежегодной податью в 40 млн. денариев. Кроме того, в ходе самой кампании Цезарь захватил огромную добычу. Одних рабов было, по некоторым, впрочем, преувеличенным, сведениям, взято около миллиона.

Награбленные в Галлии средства Цезарь тратил на массовый подкуп нужных ему людей. Аристократическая молодёжь в поисках обогащения стекалась в лагерь Цезаря. Своим солдатам он почти удвоил жалованье. Слава Цезаря быстро росла. Особенно сильное впечатление произвели его экспедиции в неведомые прежде римлянам Британию и Зарейнскую область, хотя существенных результатов эти походы не дали. В первые пять лет войны Галлия фактически далеко ещё не была покорена. Уже во время похода Цезаря в Британию в Галлии вспыхнуло восстание, стоившее римлянам больших потерь, но сравнительно легко подавленное из-за неорганизованности галлов. Но и после этого силы сопротивления галльского народа всё ещё не были сломлены.

Распад триумвирата. Великое Галльское восстание

В конце 50-х годов триумвират распался. В 53 г. в битве с парфянами при Каррах погиб Красс. В следующем, 52 г. в стычке с отрядом Милона был убит Клодий. Это событие вызвало восстание плебса, который вместе с рабами нападал на оптиматов, разрушал их дома, уничтожал имущество. Аристократия, среди которой снова видную роль играл вернувшийся из ссылки Цицерон, оказалась вынужденной заключить союз с Помпеем, недовольным усилением Цезаря. Помпей впервые в истории республики был избран единственным «консулом без коллеги» (т. е. фактически получил диктаторские полномочия), ввёл в Рим войска и начал принимать меры против сторонников Цезаря.

Галльская монета
с изображением Верцингеторига.

I в. до н. э.

В этот напряжённый момент галльские патриоты подняли восстание, которым руководил вождь народной партии племени арвернов — Верцингеториг. Недовольство римской политикой и стремление изгнать из страны чужеземцев и захватчиков объединили почти все слои галльского общества. Цезарь потерпел серьёзное поражение при городе Герговии, после чего вся Галлия примкнула к Верцингеторигу. Казалось, господству римлян настал конец, но внутренние раздоры ослабляли повстанцев. Борьба галлов против римлян была длительной и упорной. В конце концов, Цезарю удалось осадить Верцингеторига в городе Алезии, разбить армию галлов, шедшую к нему на помощь, и принудить его к сдаче. Верцингеториг в качестве пленника, в цепях, был отправлен в Рим, а затем казнён. Расправа с повстанцами была крайне жестокой. Галлия была настолько обескровлена, что стала неспособной к дальнейшему организованному сопротивлению. Вместе с тем Цезарь всё более привлекал к себе галльскую знать, награждая её римским гражданством за службу в его войсках, наделяя обширными земельными владениями и продвигая своих сторонников на должности городских магистратов.

Победа над Галлией дала в распоряжение Цезаря сильную армию, деньги и людские ресурсы, поскольку он набирал галлов не только во вспомогательные части, но и в легионы. Как и присоединение Помпеем новых восточных областей, покорение Галлии сильно расширило Римское государство. В новых областях, попавших в сферу влияния развитых рабовладельческих отношений, начал быстро утверждаться рабовладельческий способ производства. Это вместе с поступлением многих сотен тысяч рабов с Востока, из Галлии и Британии дало новый толчок развитию рабовладельческой системы в целом.

Покончив с галльским восстанием, Цезарь всё своё внимание сосредоточил на укреплении своих политических позиций в Риме. Он намеревался баллотироваться в консулы на 49 г. и выступить против Помпея и оптиматов.

3. Диктатура Цезаря.

Борьба за власть между Помпеем и Цезарем

Став фактически диктатором, Помпей провёл закон, запрещавший Цезарю добиваться консульства до роспуска им солдат, что привело к окончательному разрыву между ними. Помпей по настоянию оптиматов начал собирать войска. Выступавшие за Цезаря и изгнанные из сената народные трибуны Курион и Антоний бежали к Цезарю, дав ему благовидный предлог начать войну якобы в защиту народных избранников. 10 января 49 г. Цезарь перешёл отделявшую Галлию от Италии реку Рубикон и занял город Аримин. Гражданская война началась.

Соотношение сил ярко охарактеризовал в своих письмах к родным и друзьям Цицерон. В Италии, по наблюдениям Цицерона, на стороне Цезаря были всадники, часть аристократии, плебс Рима и италийских городов, а главное — несравненно более сильная, чем у Помпея, армия, солдаты которой имели многочисленные связи в городах Италии. Крестьянство и средние слои горожан готовы были стать на сторону всякого, кто даст им мир и обеспечит неприкосновенность их имущества. Однако они скорее склонялись на сторону Цезаря, так как хотели уничтожения власти олигархии и богачей. Плебс и все те, кто шёл в своё время за Катилиной и Клодием, рассчитывали, что Цезарь уничтожит долговые обязательства. Солдаты ожидали богатой добычи и земельных наделов. Помпея же поддерживали только правящая сенатская знать и крупные землевладельцы Италии.

Набор в армию Помпея шёл туго; завербованные рекруты разбегались. Помпей не был в состоянии оказать сопротивление быстро продвигавшемуся по Италии Цезарю. Тогда он направился в Эпир и Македонию, чтобы собрать силы для продолжения борьбы. Овладев Италией, Цезарь расположил к себе землевладельцев и зажиточных горожан тем, что не только не объявил проскрипций, чего опасались некоторые, но открыто осуждал террористический режим Суллы и избрал своим лозунгом «милосердие». О Помпее, напротив, говорили, что он собирается блокировать Италию набранным на Востоке флотом, а затем отдать её на разграбление войскам «варварских» царей.

Закрепившись в Италии, Цезарь начал с Помпеем войну за провинции, население которых стало более или менее активным участником в этой борьбе. Главные свои надежды Помпей возлагал на зависимых от Рима царей и племенную знать. Восточные правители и фракийский царь прислали ему вспомогательные войска и флот. В самом начале войны Помпей заключил также союз с нумидийским царём Юбой, даровав ему титул «друга и союзника» римского народа. Племенная знать Далмации и Иллирика, жестоко эксплуатировавшая крестьян и находившаяся в постоянной вражде с приморскими торговыми городами, активно поддержала Помпея и помпеянцев. Многочисленных сторонников Помпей имел и среди аристократии кельтиберов, которую он сумел привлечь на свою сторону ещё во время войны с Серторием. Помпеянцев поддерживали также богатые землевладельцы крупных привилегированных городов провинций.

В провинциях на стороне Цезаря выступала активно помогавшая ему людьми и продовольствием галльская знать. Поддерживали его также торговые города Иллирика и Далмации и многочисленные, только ещё начинавшие развиваться города Испании и Африки, а также все те, кто в издавна существовавших городах были враждебны местной олигархии и принадлежали к демократическим «партиям». У Цезаря были сторонники и в восточных провинциях, которые Помпей считал своим главным оплотом. Борьба между помпеянцами и цезарианцами в провинциальных городах, по-видимому, была очень острой. Помпеянцы применяли против сторонников Цезаря жестокие репрессии — от конфискации имущества вплоть до смертной казни. Борьба эта ослабляла в военном отношении сторонников Помпея, так как нередко набранные на месте солдаты легионов и вспомогательных частей, недовольные действиями помпеянцев в их родных городах, массами переходили на сторону Цезаря.

Прежде чем последовать за Помпеем на Восток, Цезарь обеспечил свой тыл на Западе и очистил от помпеянцев Испанию, где у них было сосредоточено 7 легионов. Цезарю удалось привлечь на свою сторону те племена и города, в которых была сильна партия, враждебная местной аристократии. После победы при Илерде, которая обеспечила ему власть в Испании, Цезарь отменил наложенные помпеянцами контрибуции и возвратил земли, конфискованные ими у противников аристократической партии; жителям города Гадеса он даровал римское гражданство, а городу Тарракону, по-видимому, права колонии.

Тем временем Помпей собрал значительный флот и сильную армию из 9 легионов и вспомогательных войск, присланных ему из восточных провинций и вассальных царств. Но тыл его был непрочен. Население страдало от непосильных контрибуций. Окружавшие Помпея оптиматы воспользовались случаем, чтобы поднять ростовщические проценты. Богатые города, в том числе Пергам, отдавались на разграбление солдатам. Всё это усиливало цезарианскую партию. Когда Цезарь высадился в Эпире, греки и римские граждане многих городов Эпира, Македонии, Этолии, Фессалии послали к нему послов и впустили его гарнизоны. В первой битве при городе Диррахии Цезарь потерпел поражение, однако Помпей не сумел им воспользоваться. Дезертирство греческих и восточных солдат из его армии быстро усиливалось. В решительной битве при фессалийском городе Фарсале (48 г.) вспомогательная конница, на которую Помпей больше всего надеялся, бежала первой, и это бегство предопределило его поражение. После битвы при Фарсале не только большая часть войск Помпея, но и многие оптиматы, в том числе и Цицерон, перешли на сторону Цезаря, отчаявшись в дальнейшей борьбе и успокоенные тем, что Цезарь не объявлял проскрипций.

Помпей отплыл в Египет, но был убит придворными малолетнего египетского царя Птолемея XII, которые опасались приближавшегося Цезаря. В Египте Цезарь после опасной и трудной войны со сторонниками Птолемея утвердил на престоле его сестру Клеопатру. Оттуда он отправился в Малую Азию, где без труда одержал победу над сыном Митридата Фарнаком, который, воспользовавшись гражданской войной, сделал попытку вернуть себе владения отца. Об этой победе Цезарь послал известное донесение в сенат, состоявшее из трёх слов: «Пришёл, увидел, победил». В азиатских провинциях Цезарь снизил на одну треть налоги и оставил в вассальных царствах своих ставленников.

Последним оплотом помпеянцев оставалась Африка, где они вступили в союз с нумидийским царём Юбой и пользовались поддержкой крупных землевладельцев и наиболее богатых горожан. Однако и здесь их положение было непрочно. Согнанные в их армию крестьяне разбегались. Когда Цезарь, покончив дела в Малой Азии, прибыл в Африку, многие города стали переходить на его сторону, а вошедшие с ним в сношения гетулы восстали против Юбы, зависимостью от которого они тяготились. Помпеянские солдаты дезертировали, и военачальникам приходилось мобилизовать рабов. В битве при городе Тапсе (46 г.) помпеянцы были окончательно разбиты: Юба покончил с собой, Нумидия была превращена в римскую провинцию. На представителей городских верхов, поддерживавших помпеянцев, Цезарь наложил крупную контрибуцию.

Длившаяся четыре года гражданская война была завершена подавлением восстания, поднятого в Испании сыновьями Помпея — Гнеем и Секстом и поддержанного частью местного населения, страдавшего от управления Кассия Лонгина, легата Цезаря, не менее чем от прежних наместников. Помпеянцы были разбиты Цезарем при Мунде (45 г.). Гней Помпей погиб, а Секст временно прекратил борьбу, исподволь собирая недовольных и принимая в свои отряды беглых рабов.

Римское государство при Цезаре
Римское государство при Цезаре.
Политика Цезаря

После битвы при Мунде Цезарь стал единоличным правителем государства. Он получил бессрочную диктатуру, пожизненную трибунскую власть и «префектуру нравов», т. е. цензорскую власть. Цезарь в большей мере, чем кто-либо из его предшественников, нарушил римские республиканские традиции, сосредоточив в своих руках важнейшие магистратуры, делавшие его власть неограниченной. Кроме того, он получил ещё ряд почётных привилегий и титулов, между прочим,— право прибавить звание «император» к имени собственному, что подчёркивало его пожизненную связь с войском, звание «отца отечества», что должно было сделать его личность священной в глазах граждан, право носить постоянно одежду триумфатора, уподоблявшую его Юпитеру, что так же, как и его звание великого понтифика, придавало его власти религиозную окраску.

В политике Цезаря трудно проследить чёткую, последовательно проводимую политическую линию. «Цезарь не знает, куда он нас ведёт,— писал Цицерон, — мы рабы Цезаря, а Цезарь — раб обстоятельств». Но эти «обстоятельства» благоприятствовали осуществлению Цезарем главной его цели — превращению Рима в монархию. По свидетельству Светония, Цезарь утверждал: «Республика — не что иное, как пустое слово без содержания и блеска. Сулла был младенцем в политике, коль скоро он добровольно сложил с себя диктатуру».

Весь предшествующий опыт борьбы за установление военной диктатуры подсказывал Цезарю определённый путь действий: концентрация власти, опирающейся на военную силу, более рациональное использование богатств провинций, создание противовеса сенатской олигархии в виде широкого блока рабовладельцев различных частей Римской державы.

Действуя в этом направлении, Цезарь установил сбор прямых налогов непосредственно государством, сохранив откупа только на косвенные налоги. Он издал новый жесткий закон против злоупотреблений наместников и их помощников. Впервые была осуществлена проектировавшаяся ещё Гаем Гракхом широкая колонизация провинций: 80 тыс. ветеранов, отпущенников и беднейших граждан были расселены в провинциальных колониях, ставших надёжным оплотом римской власти. Верхи провинциалов Цезарь привлекал щедрой раздачей римского и латинского гражданства, которым он наделял как отдельных своих сторонников, так и жителей Сицилии, Испании, Нарбонской Галлии. В провинциальных и италийских колониях и муниципиях он старался обеспечить господствующее положение местным рабовладельцам и своим солдатам, получавшим различные привилегии. Эти лица входили в городские советы, пользовавшиеся некоторой независимостью от наместников в управлении хозяйственной жизнью города. Некоторые города Азии и Греции получили автономию.

Укрепляя свою власть, Цезарь пополнил сенат своими сторонниками из военных командиров и уроженцев италийских городов и даже провинций, доведя число сенаторов до 900. Увеличил он и количество магистратур, которые отдавал своим ставленникам. Так как реальной силой, на которую опирался Цезарь, оставалось войско, то он не только щедро награждал солдат деньгами по случаю пышно справлявшихся триумфов, но и систематически проводил наделение их землёй. Это было для него тем более необходимо, что ещё во время гражданской войны начиналось переходившее и открытые бунты брожение среди солдат, требовавших увольнения из армии в земли.

Однако политика Цезаря по созданию сильной военной монархии не была последовательна. Он лишил сенат реальной политической власти, но, отказавшись от проскрипций, не подорвал экономической мощи сената, состоявшего главным образом из крупнейших землевладельцев. Почти все видные помпеянцы были им прощены, и многие из них получили высокие назначения. Формально признав его власть и раболепствуя перед всесильным диктатором, они не примирились, однако, с ограничением своей роли в политике и с монархическими устремлениями Цезаря. Подготовлявшийся Цезарем поход против парфян, который в случае удачи должен был ещё более усилить его власть, заставлял эти круги опасаться, что рано или поздно Цезарь добьётся провозглашения себя царём.

Вместе с тем начался раскол и среди цезарианцев. Цезарь, много лет выступавший в качестве вождя популяров и с их помощью проложивший себе путь к власти, начал ущемлять интересы плебса. Надежды плебеев на сложение всех долгов не оправдались. Цезарь провёл лишь ряд частичных мер, в результате которых долги уменьшились на ¼. В Риме дважды (в 48 и 47 гг.) вспыхивали восстания плебса, жестоко подавлявшиеся Антонием, которому Цезарь поручил управление Италией. По возвращении в Италию Цезарь распустил восстановленные при Клодии коллегии плебса. Он снизил до 120 тыс. человек число граждан, получавших даровой хлеб. Наделение солдат землёй шло медленнее, чем они того желали. Наконец, милости, которыми Цезарь осыпал прощённых оптиматов, не нравились всем тем, кто думал, что он раз и навсегда покончит с сенатской олигархией. Так, стараясь объединить различные сословия, группировки и партии, но не удовлетворив те слои, которые обеспечили ему победу, Цезарь оказался лишённым социальной опоры. Против него составился заговор, в котором приняли участие как представители старой знати, так и некоторые цезарианцы. Заговор возглавляли перешедшие во время войны на сторону Цезаря оптиматы Кассий и Брут. 15 марта 44 г. Цезарь на заседании сената был убит заговорщиками.

4. Гражданские войны 40—30-х годов I в. до н. э.

Оптиматы и цезарианцы

Смерть Цезаря вызвала растерянность не только среди его приверженцев, но и среди врагов. Попытка части сенаторов провозгласить Брута и Кассия «тираноубийцами» и «освободителями» встретила противодействие плебса, среди которого сохранились ещё остатки былой популярности Цезаря, и ветеранов, скопившихся в Риме в ожидании земельных раздач. Похороны Цезаря сопровождались стихийным движением плебса и рабов, которые воздавали Цезарю божеские почести и собирались отомстить за него, перерезав оптиматов. Брут и Кассий вынуждены были скрываться. Начальник конницы Лепид ввёл в Рим войска. В этих условиях ни одна сторона не могла добиться перевеса над другой, и более умеренные цезарианцы сочли необходимым пойти на соглашение со сторонниками сенатской партии.

Бывший тогда консулом Антоний созвал сенат. В своём выступлении он говорил о том, что, если Цезарь будет объявлен тираном, все его распоряжения придётся аннулировать. Но это не только вызовет возмущение всех городов, зависимых царей, колонистов и ветеранов, получивших от Цезаря те или иные привилегии, но и повредит большей части сенаторов, среди которых Цезарь, собираясь в поход против парфян, на пять лет вперёд распределил различные магистратуры. Аргументы Антония произвели впечатление на сенаторов. В результате по предложению Цицерона было принято компромиссное решение: Цезаря тираном не объявлять, но и убийц его не наказывать. Примирившись с сенатом, Антоний жестоко подавил волнение плебса и казнил участвовавших в нём рабов.

Однако это объединение цезарианцев и их политических противников не было прочным. Захватив бумаги Цезаря и ссылаясь на будто бы найденные в них распоряжения, Антоний вводил в сенат своих сторонников и раздавал привилегии зависимым царям. Кроме того, он набрал личную стражу из 6 тыс. отборных легионариев. Республиканцы подозревали, что он намерен стать диктатором, и считали, что рано или поздно им придётся с ним воевать. С другой стороны, многие цезарианцы, плебс и ветераны отвернулись от Антония за примирение с убийцами Цезаря и за фактическую приостановку наделения ветеранов землёй. Они искали нового вождя, который мог бы обеспечить их интересы.

Марк Антоний.
Скульптура I в. до н. э.
Мрамор.

Такого вождя они нашли в 19-летнем внучатном племяннике покойного диктатора — Октавии, которого Цезарь по завещанию усыновил и назначил своим наследником. Октавий заканчивал образование в Иллирии, когда до него дошла весть об убийстве Цезаря. Под влиянием окружавших его цезарианских командиров он решил ехать в Рим и предъявить свои права. Когда молодой Октавий, который теперь стал именоваться Гаем Юлием Цезарем Октавианом, прибыл в Италию, к нему отовсюду начали стекаться солдаты и ветераны. Римский плебс надеялся, что Октавиан исполнит волю Цезаря, завещавшего каждому плебею по 300 сестерциев. Антоний, завладевший казной диктатора, с раздачей денег медлил. Октавиана он встретил холодно и в выдаче имущества его приёмного отца отказал. Появление Октавиана, сильного именем Цезаря, усугубило раскол среди цезарианцев. Часть из них, вышедшая из рядов землевладельцев италийских городов, опасаясь за свои земли, желала соглашения с республиканцами. Ветераны, ещё не получившие наделов или боявшиеся их лишиться в случае победы оптиматов, наоборот, требовали, чтобы Антоний и Октавиан примирились и отомстили за смерть Цезаря.

Положение осложнилось личным соперничеством Антония и Октавиана. Антоний был вдвое старше Октавиана, он был опытным и способным военачальником, но плохим политиком. Октавиан не обладал такими разносторонними дарованиями, как Цезарь; в военном деле он не имел ни опыта, ни привлекавшего солдат личного мужества, но был расчётлив, умел подбирать и использовать талантливых помощников, извлекать все выгоды из своего положения сына Цезаря и вскоре, несмотря на молодость, оказался способным поспорить в мастерстве политической интриги даже с Цицероном.

Цицерон, снова ставший во главе оптиматов, решил, несмотря на противодействие более дальновидного Брута, привлечь на сторону сената Октавиана и использовать его против Антония, которого он считал главным врагом республики. Такой союз казался ему тем более необходимым, что сенат не имел армии, а Антоний намеревался получить управление Галлией, которая, как показал пример Цезаря, была лучшей базой для наступления на Италию.

Октавиан легко пошёл на союз с оптиматами. Перед ветеранами он оправдывал его враждебностью Антония и клялся, что, как только Антоний будет устранён, он сбросит маску и жестоко отомстит за отца. Разъезжая по колониям Цезаря и щедро раздавая полученные от сената деньги, он успешно собирал войска, тогда как Антоний оттолкнул многих солдат задержкой жалованья и жестокими репрессиями против недовольных легионариев. Цицерон разжигал страсти речами против Антония, в которых порочил его и его близких и утверждал, что, захватив власть, Антоний ограбит «лучших людей» в пользу солдат. Октавиана Цицерон, напротив, объявил «божественным юношей», посланным Юпитером специально для спасения республики.

Ободрённые союзом с Октавианом, оптиматы передали восточные провинции Бруту и Кассию, которые начали успешную борьбу против управлявших этими провинциями цезарианцев. Наделённый сенатом чрезвычайными полномочиями, Октавиан, в свою очередь, начал войну против захватившего Цизальпинскую Галлию Антония. У города Мутины Антоний был разбит и отступил к Нарбонской Галлии, где соединился со стоявшими там войсками Лепида, игравшего видную роль как начальник конницы и великий понтифик. К ним примкнули и другие видные цезарианцы, командовавшие войсками западных провинций.

Второй триумвират
Октавиан.
Скульптура конца I в. до н. э.
Мрамор.

Солдаты Октавиана настойчиво требовали его примирения с Антонием. Пренебрежительное отношение сената, переоценившего свои силы после Мутинской победы, дало Октавиану предлог порвать с прежними союзниками. В октябре 43 г. Антоний, Октавиан и Лепид, сопровождаемые своими войсками, встретились около города Бононии в Северной Италии и заключили соглашение, известное под названием второго триумвирата. Его участники присваивали себе на ближайшие пять лет верховную власть в государстве и получали звание «триумвиров для приведения в порядок государства». Они поделили между собой западные провинции и должны были немедленно начать войну против Брута и Кассия. После того как триумвиры с частью своих войск прибыли в Рим, их чрезвычайные полномочия были оформлены законом, внесённым в народное собрание трибуном Тицием. Вопреки обычаю закон этот не был обнародован до голосования и вступил в силу немедленно после него.

Следующим актом триумвиров было объявление проскрипций, которых уже более десяти лет так опасались одни и так желали другие. В проскрипционные списки были внесены убийцы Цезаря, личные враги триумвиров, из которых первое место занял Цицерон, и отдельные богачи, имущество которых должно было пойти на военные нужды. За сокрытие осужденных назначалась казнь, за выдачу — награда. Донёсший на проскрибированного господина раб получал 40 тыс. сестерциев и свободу. Кроме того, земли 18 италийских городов назначались для раздела между солдатами. Участки, сохранялись только за теми владельцами, имения которых не превосходили ветеранского надела.

Проскрипция нанесли сильный удар крупному землевладению Италии и в значительной мере обессилили старую знать. Многие видные представители её погибли. Огромные земельные владения, где помимо рабов трудились клиенты, арендаторы, должники, были раздроблены, и ведущая роль в италийском землевладении стала переходить к средним рабовладельческим виллам. В годы проскрипций большинство населения Италии, обложенное тяжёлыми военными налогами, терпевшей от произвола солдат и жившее под угрозой потерять своё имущество, было подавлено страхом. Проскрипции были страшны собственникам ещё и потому, что призыв к рабам доносить на господ подрывал основу римского рабовладения — фамилию с абсолютной властью её главы. Рабы не только выдавали господ, но, пользуясь общими смутами, массами бежали от них. Вооружённые отряды беглых рабов бродили по Италии, но основная масса их стремилась перебраться в Сицилию. Там после смерти Цезаря утвердился сын Помпея Секст, охотно принимавший беглых рабов в свою армию и флот, которым командовали его вольноотпущенники. К Сексту бежали и многие успевшие спастись осуждённые, другие переправились к Бруту и Кассию.

Брут и Кассий на Востоке. Битва при Филиппах

Разбив на Востоке цезарианцев и готовясь к войне с триумвирами, Брут и Кассий продолжали политику Помпея, разоряя население многократно увеличенными податями и конфискациями, требовали войск у зависимых царей и искали помощи у Парфии. Не решаясь на открытое сопротивление римлянам, жители уходили в разбойничьи отряды. Один из их главарей, Клеон, собрал такие силы, что впоследствии успешно сражался с парфянами и был назначен Антонием правителем Киликии. Римские солдаты Брута и Кассия, из числа отправленных на Восток Цезарем, не сочувствовали его убийцам и соглашались служить им лишь за высокую плату.

Армия триумвиров, которой фактически командовал Антоний, встретилась с войском республиканцев при македонском городе Филиппах. Триумвиры попали здесь в тяжёлое положение, так как флот Секста Помпея и оптимата Домиция Агенобарба не допускал к ним подкреплений и продовольствия с Запада, тогда как Брут и Кассий получали обильное снабжение из восточных провинций. Тем не менее в двух битвах Брут и Кассий были разбиты и покончили с собой. Почти все их солдаты и рядовые командиры перешли на сторону триумвиров.

После битвы при Филиппах триумвиры вновь перераспределили между собой провинции. Лепид получил Африку и вскоре был совершенно отстранён от государственных дел. Октавиан вернулся в Италию, Антоний отправился на Восток. Здесь он произвёл новое перераспределение царств и областей, обложив их огромными штрафами, якобы в наказание за помощь Бруту и Кассию. В киликийском городе Тарсе он сблизился с Клеопатрой, приехавшей оправдать своё поведение во время войны республиканцев с триумвирами, которым она не оказала поддержки. Антоний рассчитывал воспользоваться богатой египетской казной в замышлявшемся им походе против парфян, Клеопатра надеялась с помощью Антония расширить своё царство.

Перузинская война и борьба с Секстом Помпеем

Между тем Октавиан проводил в Италии наделение ветеранов землёй. Изгоняемые собственники этих земель, у которых кроме участков отбирались в пользу ветеранов рабы, скот и инвентарь, пытались сопротивляться. К общей разрухе прибавился голод, так как флот Секста Помпея и вновь появившихся пиратов мешал подвозу зерна в Рим. Жена Антония Фульвия и его брат Луций, опасаясь, как бы Октавиан не оттеснил Антония на задний план, вели против него агитацию. Наконец, собрав лишённых своих имений землевладельцев Этрурии, Умбрии и Сабинской области и навербовав войско, они начали военные действия, центром которых стал этрусский город Перузия. Движение это было довольно легко подавлено, но едва не привело к разрыву между Октавианом и Антонием, вызванным своими родственниками в Италию. Под давлением армии мир, однако, был восстановлен, и в Брундизии было заключено соглашение между Антонием и Октавианом, которое скреплялось браком Антония с сестрой Октавиана Октавией (Фульвия к этому времени умерла). Италийские землевладельцы прекратили сопротивление. Некоторые перешли на положение арендаторов, многие выселились в провинции, что способствовало ускорению романизации последних. Те, кто сохранил свои земли в Италии, стремились к умиротворению страны, к возможности беспрепятственно вести своё хозяйство, владеть имуществом и рабами. Того же желали и получившие земельные наделы ветераны. Плебс требовал дешёвого хлеба.

Укрепления Перузии
Укрепления Перузии
(ворота и часть городской стены).

Современный вид.

Всё это заставило Октавиана и Антония заключить с Секстом Помпеем соглашение, по которому ему предоставлялись в управление Сицилия, Сардиния, Корсика и Пелопоннес, служившие у него рабы признавались свободными, бежавшая к нему знать получала право вернуться в Рим, а он обязывался не принимать более беглых рабов и доставлять в Италию зерно. Однако это соглашение оказалось непрочным, и Секст снова стал давать убежище беглым рабам. Тогда Октавиан начал с ним войну, которая была объявлена войной против беглых рабов, что сделало её популярной среди италийских рабовладельцев. На деле Секст Помпей, конечно, ни в какой мере не был вождём рабов. Как и многие его современники, он был политическим авантюристом, стремившимся к власти. Чтобы добиться её, он использовал имя своего отца, привлекавшее к нему остатки республиканцев, и готов был за отсутствием другого войска вооружать рабов, как делали это Клодий, Милон и сам Помпей Старший.

Война с Секстом была нелёгкой. Окончилась она победой военачальника Октавиана Агриппы, который с тех пор стал его ближайшим помощником. Победе Агриппы способствовали измена начальника флота Секста, вольноотпущенника Менодора, а также переход на сторону Октавиана части солдат Помпея из числа бывших рабов, которым было обещано, что они останутся свободными и будут приняты в армию Октавиана. Однако Октавиан нарушил своё обещание: он разослал тайный приказ, по которому 30 тыс. рабов, зачисленные в разные военные части, были в один день схвачены и возвращены господам; тысяча рабов, владельцы которых не нашлись, была казнена. Это вероломство привлекло к Октавиану сердца италийских собственников. После победы над Секстом Помпеем популярность Октавиана в их среде растёт. В городах стали воздвигать ему статуи, сенат присудил ему новые почести.

С этого времени политика Октавиана начинает изменяться. Он стремится сблизиться со знатью, вернувшейся из Сицилии. Внешним выражением этого сближения был его брак с Ливией, дочерью виднейшего аристократа Ливия Друза и разведённой женой не менее знатного Клавдия Нерона. Проскрипции были объявлены оконченными, недоимки по налогам, которые богатые люди должны были вносить на военные нужды, аннулированы. В торжественной речи Октавиан обещал, что по истечении вновь продлённого на пять лет срока полномочий триумвиров и после возвращения Антония с Востока республика будет восстановлена.

Борьба между Антонием и Октавианом. Окончание гражданской войны

Антоний после соглашения в Брундизии направился на Восток для войны с парфянами, которые при поддержке враждебного Риму населения заняли тем временем почти всю Сирию. Сопротивление им сказали лишь такие крупные эллинизованные торговые города, как Антиохия, Апамея, Тир. Военные действия Антония были в общем неудачны. Правда, его войскам удалось вытеснить парфян из Сирии, но продвинуться на территорию зависимой от Парфии Атропатены Антоний не смог.

В 37 г. Антоний вновь встретился с Клеопатрой и, вступив с нею в брак (недействительный с точки зрения римского права), объявил, что дарит ей и её детям Ливию, Сирию, Финикию, Киликию, Армению и ещё не завоёванную Парфию. На Востоке Клеопатру поддерживали жречество и высшая аристократия. Теперь и Антоний стал фактически сближаться с этими кругами.

Нил — символ плодородия Египта.
Александрийская скульптура I в. до н. э. Мрамор.

Усиление египетской царицы вызвало недовольство среди сторонников Рима из числа восточных рабовладельцев, италийских дельцов и римской знати. В Италии ходили усердно раздувавшиеся Октавианом слухи, что Клеопатра мечтает о господстве над всем миром и клянётся «издавать законы на Капитолии», что Антоний окончательно подпал под её влияние и перестал быть «истинным римлянином». Развод с Октавией и официальный брак с Клеопатрой, а также оглашение по инициативе Октавиана завещания, в котором Антоний просил похоронить его в Александрии, окончательно подорвали его былую популярность.

Готовясь к войне с Антонием, Октавиан усиленно обрабатывал общественное мнение, представляя эту войну, как борьбу Рима с восточным «варварством», или, как писали близкие ему поэты, борьбу светлого Аполлона с чудовищными божествами Египта. Среди рабовладельцев Италии, стремившихся к прекращению гражданских войн и восстановлению «исконно римских» начал, эта агитация пользовалась большим успехом. Перед началом войны жители западных провинций, очевидно, под нажимом Октавиана, принесли ему присягу в верности, что делало их как бы его клиентами. В самом лагере Антония начался раскол: римляне, жившие вместе с ним в Александрии, потребовали, чтобы Антоний порвал с Клеопатрой, на что он не мог решиться.

Исход начавшейся войны был решён 2 сентября 31 г. до н. э. морской битвой у мыса Акция в Эпире: флот Антония и Клеопатры потерпел поражение. Сопровождавшие Антония римляне и римские войска, недовольные его союзом с Клеопатрой, перешли к Октавиану. Почти целый год Октавиан не преследовал Антония и Клеопатру, использовав это время для укрепления своего тыла. В Италии он окончил наделение землёй и деньгами солдат, на этот раз не прибегая к конфискациям, а покупая земли за счёт казны. В Азии он сложил с населения долги, сместил поддерживавших Антония царьков и наделил римским гражданством и различными привилегиями своих сторонников и жителей азиатских провинций, служивших в его армии и флоте. Только летом 30 г. Октавиан прибыл в Египет. Антоний и Клеопатра не могли ничего противопоставить его военной силе. Отчаявшись в дальнейшей борьбе, они покончили жизнь самоубийством. Египет был присоединён к Риму и поставлен под личное управление императора, который выступал здесь как преемник Птолемеев.

Длившиеся десятки лет гражданские войны были окончены, но победа Октавиана в этих войнах одновременно означала окончательное падение республики.

Причины падения республики

Римская республика пала потому, что была государственной формой, которая сложилась на базе города-государства и которая не могла обеспечить интересы широких кругов рабовладельцев в рамках обширной империи и в условиях обострения противоречий между рабами и свободными, бедными и богатыми, полноправными и бесправными. Господствующие классы в этих условиях видели единственное средство подавления эксплуатируемых в диктатуре, опиравшейся на армию.

Римская империя отличалась от республики не только монархическим, по существу, образом правления, но и самой организацией правящего класса. В связи с территориальным ростом Римской республики и распространением рабовладельческих отношений в провинциях государство превращалось из органа, представлявшего интересы кучки крупнейших римских землевладельцев и рабовладельцев, каким была республика, в орган, представляющий интересы господствующих классов всей Римской державы. Это предполагало привлечение к руководству государством рабовладельческих кругов не только Италии, но и провинций, а в перспективе — уравнение Италии и провинций.

Таковы были значение и перспективы развития Римской империи. При Цезаре и Августе были заложены лишь основы этого развития. Различие между частями империи было ещё огромно. В её состав входили территории с тысячелетней историей, в которых существовали и полисы и внегородские районы, где сохранялись общинные и примитивно-рабовладельческие отношения (например, Сирия, Малая Азия); страны, в которых рабовладельческие отношения задолго до римского господства достигли высшего развития и изживала себя (например, Греция), или, наконец, области, стоявшие на последней стадии первобытно-общинного строя (например, недавно завоёванная Галлия, частично Испания и др.). Все эти разнородные области объединялись политической властью Рима и удерживались его военной мощью.

5. Римская культура республиканского периода.

Глубокие социально-экономические сдвиги, сопутствовавшие превращению Рима в великую средиземноморскую державу, не только вызвали кризис старой политической системы, но и оказали огромное влияние на идеологическую жизнь римского общества. В конце III — начале I в. до н. э. — налицо кризис староримской «полисной» идеологии.

Этот кризис, явившийся результатом прежде всего внутреннего развития Рима, несомненно, также был связан с выходом Рима на широкую международную арену и со все усиливающимся проникновением в Рим эллинистических влияний (особенно со времени войн на Балканском полуострове и в Малой Азии).

Греческий язык широко распространяется в высших кругах римского общества. Вместе с языком в Рим проникает греческая образованность, грек-учитель делается непременной принадлежностью богатых римских семей, знание греческой литературы становится признаком хорошего тона, возникают риторические школы, организуемые греками, группы греческих актёров дают представления в Риме на родном языке. Всё большее влияние оказывают эллинистические обычаи на быт и образ жизни римской знати и богачей. Многие крупные политические деятели Рима открыто начинают называть себя филэллинами, как, например, Фламинин, Сципион и др.

Греческие обычаи распространились и в быту. Упоминавшийся уже обычай составлять стихотворные надписи на гробницах был заимствован из Греции. Бритьё бороды, обычай возлежать за столом во время еды и ряд других также были занесены греками. Подражание всему греческому было «модой», распространявшейся преимущественно среди аристократических кругов римского рабовладельческого общества.

Но проникновение в Рим этих чужеземных влияний шло не без борьбы и противодействия. Широкие круги римского общества относились, по-видимому, враждебно к этим чужеземным новшествам и обычаям и оказывали им стойкое сопротивление. В этом смысле чрезвычайно характерна деятельность уже не раз упоминавшегося знаменитого цензора 184 г. Катона Старшего, который в качестве основных пунктов своей программы выдвинул лозунг борьбы с «новыми пороками» и требовал восстановления древних обычаев и «нравов отцов».

Однако эллинистические влияния, несомненно, содействовали распространению образованности в верхних слоях общества и росту культуры. Вокруг одного из крупнейших политических деятелей этого времени — Сципиона Эмилиана создаётся кружок, в который входят философы и писатели. Среди них наиболее видное место принадлежит знаменитому греческому историку Полибию и греческому философу Панэтию. Оба они, как указывалось выше, проповедовали учение стоиков (так называемая Средняя, или Римская, стоя), приспосабливая его к нуждам и запросам римского общества.

Дальнейший рост территории Римского государства, развитие рабовладельческих отношений, острая политическая борьба — всё это наложило свой отпечаток на идеологию и культуру римского общества в период поздней республики. В I в. до н. э. наблюдается ещё более широкое распространение эллинистических влияний, причём в некоторых областях, например в философии и искусстве, они становятся определяющими. Наряду с этим в римском обществе идёт процесс их творческой переработки. Именно в этот период возникает латинская лирическая поэзия, достигает наивысшего расцвета ораторское искусство, появляются прозаические произведения, написанные классическим латинским языком.

Философия и наука

Во II—I вв. до н. э. различные течения эллинистической философии становятся известны уже не только в высших, но в более широких кругах римского общества. Особенно много для популяризации философии сделал Цицерон, изложивший в ряде сочинений не слишком глубоко и точно, но зато вполне доступно основы различных философских систем и разработавший латинскую философскую терминологию.

В это же время в Риме жил один из крупнейших философов древности — Лукреций (98—55). В своей блестящей по форме поэме «О природе вещей» он развивал и пропагандировал материалистическое учение Эпикура, стремясь избавить людей от порождённых невежеством религиозных суеверий и страха перед богами и загробной жизнью. Отрицая всякое вмешательство богов в жизнь людей, Лукреций давал естественное объяснение происхождению и развитию вселенной и человечества. Исходя из разнообразия и постоянства форм в природе, он утверждал, что всё состоит из неделимых «начал», т. е. атомов, которые не создаются и не уничтожаются. Им присущи определённая форма, вес и неотделимое от материи движение. Двигаясь в окружающей их пустоте, подобно пылинкам в солнечном луче, и самопроизвольно отклоняясь от прямого направления (этим отклонением Лукреций в борьбе с фатализмом объяснял, между прочим, происхождение случайностей и свободной воли человека), атомы по определённому закону соединяются и образуют всё сущее — от звёзд до человеческих душ, которые Лукреций считал также материальными и, следовательно, умирающими одновременно с телом. Распавшись в одном месте, атомы соединяются в другом, образуя новые миры и новые живые существа. Поэтому вселенная вечна и бесконечна.

Лукреций пытался дать естественнонаучное объяснение происхождению человека и общества, развивавшегося, по его мнению, без вмешательства богов. После образования земли, как считал Лукреций, из сырости и теплоты возникли растения, затем животные, многие из которых были несовершенны и вымерли, и, наконец, человек. Вначале люди были дики, как звери, но постепенно благодаря опыту и наблюдению они научились добывать огонь, строить жилища, возделывать землю. Люди стали соединяться в семьи, а семьи стали объединяться для взаимной поддержки в общества. Это дало возможность развиться языку, наукам, искусствам, ремёслам, идеям права и справедливости. Но появились цари, наиболее сильные стали захватывать и делить землю возникли собственность и жажда богатства, ведущая к войнам и преступлениям.

Несмотря на несовершенство тогдашней науки, приводившее Лукреция к ряду ошибок, его материалистическое учение о природе и обществе было огромным достижением и способствовало успешной борьбе материализма с идеализмом. Материализм Лукреция имел многих сторонников в древности. Лукреций оказал также большое влияние на механических материалистов эпохи Возрождения и нового времени которых поражало его глубокое понимание законов природы. Поэма Лукреция служила им оружием в борьбе с церковью. Отрывки из этой поэмы впервые были переведены на русский язык Ломоносовым.

В науке, как и в философии, римляне многое заимствовали у греков. Так, Цельс в сочинении о медицине обобщил достижения эллинистического врачебного искусства которым прежде римляне пренебрегали. Астроном Сосиген из Египта произвёл вычисления для проведённой Цезарем реформы римского календаря (так называемый Юлианский календарь). Но одновременно развивалась и чисто римская наука. Виднейшим её представителем был Марк Теренций Варрон (116-28) составивший энциклопедию наук и написавший обширные исследования о римских бытовых и религиозных древностях, римском театре, латинском языке, агрономии и многом другом. Кроме того, Варрон был известен своими сатирами, в которых он высмеивал современные нравы. Ему принадлежит ставшее ходким наименование первого триумвирата «трёхглавым чудовищем».

Развитие права и риторики

Старое римское право с его окостенелым формализмом уже не соответствовало новым условиям. Однако коренной реформе оно не подвергалось, но, как уже говорилось выше лишь уточнялось и расширялось преторами, которые перед вступлением в должность в специальных эдиктах публиковали, как они намерены решать те или иные юридические казусы. Значительное влияние на римское право оказывало право провинций, с которыми постоянно соприкасались римляне.

В результате были упрощены ведение процессов, порядок сделок по купле-продаже, займу, аренде и т. п. Были расширены права владельцев на имущество, не являвшееся их собственностью в старом римском смысле, например, права римских граждан на находившиеся в их владении провинциальные земли. Выработалось понятие юридического лица, ранее отсутствовавшее. Такими юридическими лицами были признаны сперва муниципии, а затем и коллегии. Все эти нововведения были направлены на защиту окрепшей частной собственности.

Чтобы разобраться в законах и преторских эдиктах, а также воздействовать на судей, требовалось солидное изучение права и риторики. Юристы, обходя запрещение получать вознаграждение за свои услуги, наживали большие состояния и приобретали громкую славу и многочисленную клиентуру. Ораторское искусство, риторика, прошло в Риме долгий путь развития и насчитывало многих блестящих представителей, из которых наиболее знаменитым был Цицерон. Речи известных адвокатов размножались, их читала широкая публика. Так как гражданские процессы, в которых были замешаны видные лица, приобретали политическое значение, выступления в суде стали школой и пробным камнем для ораторов, выступавших затем в сенате или народном собрании. Кипевшая там борьба была важнейшим стимулом для дальнейшего развития красноречия.

Риторику изучали в Риме в школах, содержавшихся отпущенниками-греками, в городах Греции и Малой Азии. Там заимствовали римские ораторы простой и строгий аттический стиль (аттицизм) или вычурный, театральный, бьющий на эффект, так называемый азианизм. Азианизм, дань которому отдал и Цицерон, особенно процветал до 50-х годов I в., после чего в моду стал входить аттицизм, которого придерживался Цезарь. Большое внимание ораторы обращали на позы, жесты, интонации голоса, на оригинальные обороты речи, на меткие остроты, которые могли очернить свидетеля или добить противника. Особенное значение имели, конечно, речи политические, наиболее ярким образцом которых служат речи Цицерона против Катилины.

Публицистика и историография

Острота политической борьбы отразилась во всех тогдашних произведениях. Особенно интересны в этом смысле письма Цицерона к друзьям и родным. В них вскрывается закулисная история политических интриг, отношений и лиц, прикрашенная и замаскированная в его официальных выступлениях. Из этих писем мы узнаём, например, что герой республиканцев, стоик Брут уморил голодом одного из магистратов города Саламина, который не мог выплатить сумму, данную ему в долг из 48%; узнаём о корыстных мотивах действий самого Цицерона, о его подлинном, часто презрительном и неискреннем отношении к идеям, которые он провозглашал, и к людям, которых он называл своими друзьями.

К политическим сочинениям того времени относятся и записки Цезаря о галльской и гражданской войнах. Повествование ведётся в третьем лице, очевидно для того, чтобы создать иллюзию наибольшей объективности. На самом деле «Записки» написаны Цезарем с целью оправдать свои действия, приукрасить успехи и сгладить, по возможности, неудачи. Современников и потомков восхищала строгая простота, сжатость и вместе с тем выразительность стиля Цезаря, писавшего свои сочинения в лагерях и в походах. О своей политической программе и подлинных намерениях Цезарь в этих сочинениях умалчивает, придерживаясь официальных версий. Например, войну с Ариовистом он объясняет просьбой жителей Галлии, начало гражданской войны — своим стремлением защитить народных трибунов и т. д.

Взгляды и чаяния цезарианцев гораздо ярче отразились в сочинениях историка Саллюстия: о войне с Югуртой, о заговоре Катилины, о событиях от смерти Суллы до 74 г., и в двух его письмах к Цезарю. Яркими красками рисует он позорную продажность знати во время Югуртинской войны; её развращённость, породившую

РИМСКИЙ ФОРУМ
РИМСКИЙ ФОРУМ.

такое чудовище, как Катилина. Но и римские низы, «чернь», по мнению Саллюстия, разложились вследствие нищеты и безделья не меньше, чем нобилитет. Этой «черни» он противопоставляет народ, который, по его мнению, должен состоять из свободных, равных землевладельцев. Особо его симпатией пользовались популяры типа Мария. Саллюстий пропагандировал идеал ушедшей в прошлое рабовладельческой демократии полиса. Насколько этот идеал был неосуществим, показывает пример карьеры самого Саллюстия, который, яростно нападая на порчу нравов, роскошь и деньги, нажил огромное богатство за время своего далеко не бескорыстного управления провинцией Нумидией.

Эпическая поэзия. Комедия. Лирика

Ранние римские поэты подражали классическим образцам греческой литературы, хотя часто избирали римские сюжеты. Первым римским поэтом считается Ливий Андроник, по происхождению грек из Тарента, привезённый в 272 г. в качестве пленника в Рим. Он перевёл сатурническим стихом на латинский язык «Одиссею». Его младшим современником был Гней Невий (около 274—204), автор эпического произведения о первой Пунической войне и ряда трагедий. После второй Пунической войны появились произведения Энния (239—169), пользовавшегося долгое время славой одного из самых выдающихся поэтов. Его наиболее известным произведением были «Анналы», написанные впервые введённым им в римскую литературу гекзаметром.

Римская комедия уже во второй половине III в. имела выдающихся представителей. Уроженец Умбрии Тит Макций Плавт (около 254—184) был автором ряда комедий, написанных хотя и на сюжеты, заимствованные из так называемой «новоаттической бытовой комедии», но чрезвычайно живым, образным и чисто народным языком. До нас дошла 21 комедия Плавта; наиболее известны из них «Амфитрион», «Кубышка», «Хвастливый воин». В произведениях Плавта звучат социальные мотивы, с позиций широких слоев плебейства он выступает против ростовщичества, роскоши, разложения патриархальных устоев семьи, легкомысленных «греческих нравов». Комедии Плавта пользовались огромным успехом у римских зрителей.

К кружку Сципиона Эмилиана принадлежал другой автор комедий — вольноотпущенник карфагенянин Публий Теренций Африканец (около 190—159). Его произведения были рассчитаны на образованную публику. Он написал всего шесть комедий, из них наиболее известны «Девушка с Андроса», «Евнух», «Самоистязатель». Другой представитель сципионова кружка — Гай Луцилий (180—102) был родоначальником совершенно нового литературного жанра, которому суждено было стать специфическим римским жанром,— обличительной сатиры.

Особенно плодотворным оказалось сочетание эллинистических и римских элементов в латинской лирической поэзии. Лирическая поэзия зародилась в I в. до н. э. в кружке молодых поэтов, среди которых самым талантливым был Катулл (около 87—54). Он первый ввёл в латинскую поэзию употребление различных размеров, известных в греческой поэзии. В подражание александрийским поэтам он писал маленькие эпические поэмы на мифологические темы, несколько вычурные и преисполненные учёности. Но наиболее известны его лирические стихи, посвящённые Лесбии, — так он называл Клодию, сестру народного трибуна Клодия. Клодия была типичной представительницей своего времени, когда в высших классах «нравы предков» пришли в полный упадок и старая нерушимая римская семья сменилась легко и часто расторгавшимися браками и столь же лёгкими связями. Любовные похождения Клодии были известны всему Риму. В посвящённых ей стихах Катулл с удивительной искренностью и силой запечатлел свою страстную, хотя и смешанную с презрением любовь, мучительную ревность, горечь разрывов и счастье примирений. Эти стихи стали не только основой дальнейшего развития римской лирики, но и лучшими её образцами.

Цирк. Театр

С древнейших времён в Риме большой популярностью пользовались цирковые зрелища. В 254 г. до н. э. впервые были устроены гладиаторские игры, которые с середины II в. становятся излюбленным развлечением римлян. На устройство игр и цирковых представлений тратятся весьма крупные суммы. Средств, которые выделялись государством эдилам и преторам для организации игр, обычно не хватало, и занимавшие эти должности римские политические деятели, если только они стремились к популярности, не останавливались перед тем, чтобы тратить на них собственные средства, иногда даже залезая в крупные долги (например, Юлий Цезарь в должности эдила).

Храм Весты в Риме
Храм Весты в Риме.
Вторая половина I в. до н. э.

Среди широких слоев населения пользовались также успехом короткие сценки и фарсы, так называемые аттеланы и мимы, выросшие из чисто римских народных игр. Они были не чужды политическим и социальным мотивам. В них участвовали забавные персонажи: обжоры, плуты, простофили, нахалы, выводились на сцену простые ремесленники и крестьяне. В конце республики особенной популярностью пользовались мимы отпущенника Сира, из которых потом были извлечены и собраны ходячие поговорки и остроты. Некоторые из них отражали отношение народа к злободневным событиям. К гражданским войнам и деятельности Цезаря можно отнести такие изречения: «Спасение от гражданских войн в их забвении», «Оскорблённая покорность обращается в ярость», «Народ силен там, где силен закон», «Грустно жить так, как велит другой», «Лучше погибнуть, чем жить в позорном рабстве» и т. п. Для народных взглядов интересны общераспространённые поговорки, например: «Долг — тяжёлое рабство», «Получая благодеяние, продаёшь свободу», «Нельзя получить барыш, не повредив другому», «Деньги правят всем», «И из хижины может выйти великий человек», «Спокойно живут те, кто уничтожает понятие "моё" и "твоё"».

Архитектура и изобразительное искусство

III—I века знаменуются дальнейшим развитием римской архитектуры и изобразительного искусства. Старый римский дом был одноэтажным, в центре его находился атриум — большое помещение, где горел очаг и находились семейные святыни. К атриуму примыкали спальни; других помещений в доме, как правило, не было. Теперь начинают строить дома в два-три этажа. В богатых домах атриум, украшенный колоннами, превращается в приёмную, к которой примыкает целый комплекс помещений: гостиная, столовая, спальня, ванная комната, закрытые дворики и сады, украшенные колоннадами и статуями. Стены облицовываются мрамором, полы делаются мозаичными. В городах строятся общественные здания совершенно нового архитектурного стиля — базилики; с начала II в. появляются монументальные декоративные сооружения — триумфальные арки.

Из завоёванных греческих городов в Рим в качестве военной добычи было привезено огромное количество статуй, которыми теперь украшаются римские площади, общественные и частные здания. Сами римляне создают новый жанр скульптуры, в развитии которого они достигают большого совершенства, — реалистический скульптурный портрет. Следует отметить также развитие фресковых росписей, которые со II в. начинают применяться главным образом для декоративных целей.

Меняется и облик самого города Рима. Он становится огромным по площади и числу населения городом. Полагают, что во II в. до н. э. в нём уже было около полумиллиона жителей. Население Италии стекается в него целыми толпами, кроме того, в Риме живёт теперь множество провинциалов — это главным образом греки, сирийцы, евреи.

В I в. до н. э. Рим становится крупнейшим международным центром, столицей великой средиземноморской державы. В городе строятся великолепные здания. Форум превращается в площадь, украшенную храмами, базиликами, портиками, арками, скульптурными изваяниями. Так, Помпей построил первый каменный театр, Цезарь — прекрасный новый Форум, ставший впоследствии образцом для такого типа сооружений.

Наряду с роскошными кварталами, где находились общественные здания и богатые частные дома, в Риме существовал и целый ряд нищенских кварталов, в которых ютился городской плебс и где жалкие лачуги перемежались с многоэтажными доходными домами-трущобами, построенными на скорую руку предприимчивыми дельцами.