;

РАЗВИТИЕ РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ
В ЗАПАДНОМ СРЕДИЗЕМНОМОРЬЕ

Развитие рабовладельческих отношений в западной части Средиземного моря привело к тому, что здесь уже в VIII—VI вв. до н. э. завязался чрезвычайно сложный узел противоречий. Напряжённая борьба, кипевшая в бассейне Западного Средиземноморья, определялась в первую очередь соотношением и взаимодействием таких сил, как Карфагенская держава, противостоящий ей мир западного эллинства и, наконец, могущественная этрусская федерация, распространявшая в то время свою власть почти на весь Апеннинский полуостров, а частично и за его пределы. Но если в VIII—VI вв. до н. э. борьба между этими основными силами западно-средиземноморского мира шла с переменным успехом и не давала решительного перевеса ни одной из борющихся сторон, то к середине I тысячелетия вся картина взаимоотношений существенно изменилась.

Прежде всего окончательно выделилась основная линия противоречий — борьба и соперничество между западными эллинами и карфагенянами. На протяжении VI—V вв. до н. э. эта борьба развёртывается чрезвычайно активно и приносит в конечном счёте эллинам ряд успехов, что, в свою очередь, даёт им возможность ликвидировать другую опасность: решительно пресечь этрусскую экспансию. С начала V в. и до его последнего десятилетия эллины становятся ведущей силой не только в восточной, но и в западной части Средиземноморья.

Не менее важным фактором международных отношений VI—V вв. — если только иметь в виду тенденцию дальнейшего развития — было появление на Апеннинском полуострове новой активной силы: молодого Римского государства. Становление этого государства происходило в процессе борьбы римлян и других италийских племён с этрусками.

1. Западные эллины и образование Сицилийской державы.

Сицилийская держава в V в. до н. э.

Переломным моментом в ходе борьбы западных эллинов с карфагенянами следует считать битву при Гимере (на северном берегу Сицилии), состоявшуюся, согласно традиции, в тот же день, когда персы потерпели поражение под Саламином (480 г. до н. э.).

Наступление карфагенян на Сицилию, возможно, было составной частью грандиозного плана Ксеркса, начинавшего войну против эллинского мира с широкими захватническими планами. Диодор Сицилийский свидетельствует о существовании договора между Персией и Карфагеном, а другой греческий историк, Эфор, сообщает, что в Карфаген было даже направлено специальное персидско-финикийское посольство. Однако вторжение карфагенян не застало сицилийских греков врасплох. Сиракузский тиран Гелон в союзе с правителем Акраганта Фероном объединил в своих руках крупные военные силы и в битве при Гимере одержал блестящую победу над карфагенянами. После этого поражения Карфагену с трудом удалось сохранить свои старинные владения в Сицилии (Панорм, Солунт и т. п.), уплатив огромную контрибуцию в 2 тыс. талантов.

Битва при Гимере не только приостановила на продолжительное время карфагенскую экспансию, но и развязала руки сицилийским грекам в их борьбе против могущественных союзников Карфагена — этрусков. Когда в 474 г. до н. э. этруски сделали новую попытку захватить Кумы, брат и наследник Гелона — сиракузский тиран Гиерон I выступил на помощь куманцам и нанёс серьёзное поражение этрусскому флоту, окончательно подорвав морское могущество этрусской федерации. Историческим следствием этих побед было образование Сицилийской державы во главе с Сиракузами. Акрагант и Гимера заключили с Сиракузами союз, Мессана и Регий признали их главенство, влияние Сиракуз распространилось теперь на всю эллинскую часть острова.

В V в. греческие полисы Сицилии и Южной Италии стали крупными земледельческими и торговыми центрами. Отсюда продукты сельского хозяйства в значительном количестве вывозились в материковую Грецию, в Сицилию же из Греции, в свою очередь, поступали ремесленные товары. Именно в это время в Сицилии начинает развиваться крупное зерновое и пастбищное хозяйство с широким применением рабского труда.

Богатая военная добыча, пленники-рабы, откупная система взимания налогов — всё это, вместе взятое, давало в руки сиракузских тиранов огромные средства, значительная часть которых шла на сооружение великолепных построек в Сиракузах, Акраганте, Селинунте и в других городах, а также на содержание пышного двора. Гиерон (а затем и другие сиракузские тираны) приглашал к своему двору знаменитых поэтов и художников. В Сиракузах побывали поэты Пиндар, Симонид, Эсхил и др. В Сицилии возникают своеобразные философские системы (Эмпедокл из Акраганта), сравнительно рано развивается риторика (Горгий из Леонтин), которая в дальнейшем играет выдающуюся роль в системе греческого образования.

Наряду с этим показным блеском в Сицилии вследствие роста задолженности и разорения крестьянства кипела ожесточённая борьба, в которую были втянуты различные слои населения, в том числе и порабощённые крестьяне (киллирии). Во многих городах низшие слои населения выступали с требованиями передела земли и отмены долговых обязательств. Крупную роль во всех этих движениях играли крепнущие торгово-ремесленные круги, стремившиеся к власти. Наряду с внутренней борьбой, происходившей в греческих полисах, продолжалось сопротивление древнейшего местного населения эллинским колонизаторам. Источники сохранили лишь краткое упоминание о продолжавшемся в течение двух десятилетии (460—440 гг.) восстании сикулов, во главе которых стоял их вождь Дукетий.

Середина V в.— важная веха в политическом развитии Великой Греции. В целом ряде полисов происходят демократические перевороты. Демократический строй устанавливается в Таренте, после поражения тарентинцев в войне с япигами. После смерти Гиерона I (466 г. до н. э.) демократическая форма правления утверждается в Сиракузах, в 444 г. до н. э. под руководством философа Эмпедокла происходит демократический переворот в Акраганте, демократический строй устанавливается также в Гимере, Регии, Мессане.

Храм Посейдона в Пестуме (Италия).
V в. до н. э.

Таким образом, победа западных эллинов над Карфагеном и этрусками имела для Великой Греции такое же значение, как победоносный исход греко-персидских воин для самой Эллады. Если в Восточном Средиземноморье наиболее ярким последствием победоносного окончания войны было образование Афинской архэ и расцвет рабовладельческой демократии в классических формах Афинской республики времён Перикла, то в западной части Средиземноморского бассейна решающее значение имело образование Сицилийской державы и установление демократических форм правления в городах-государствах Великой Греции.

История западных эллинов во второй половине V в. тесно связана с ходом Пелопоннесской войны. В начале войны Наксос, Катана, Леонтины и другие города Сицилии, поддерживаемые Афинами, выступали против Сиракуз и их союзников. Но вмешательство Афин вскоре приняло столь угрожающие размеры, что враждующие стороны предпочли прекратить внутренние раздоры и заключить в 424 г. мир. Во время большой сицилийской экспедиции афинян (415—413 гг.), когда их захватнические намерения проявились с предельной ясностью, большинство городов Сицилии заявило о своём нейтралитете или начало оказывать тайную помощь Сиракузам. Это и было одной из причин рокового для афинян исхода сицилийской экспедиции.

После победы над афинянами, которой сиракузяне были обязаны в значительной мере своему флоту, снова происходит укрепление демократии в Сиракузах. Один из вождей демократов, Диокл, добивается введения жеребьёвки для замещения ряда государственных должностей. Однако только что окрепшей сиракузской демократии предстояло серьёзное испытание: возобновление борьбы со старым врагом западного эллинства — Карфагеном.

Тирания Дионисия

Карфагеняне после поражения при Гимере долгое время избегали вмешательства в сицилийские дела. Даже во время Пелопоннесской войны Карфаген остался нейтральным, хотя, по некоторым сведениям, афиняне предлагали ему союз. Но в конце V в. ситуация существенно изменилась. Сиракузы, наиболее серьёзный противник Карфагена, были в значительной степени истощены длительной осадой афинян. Сиракузская эскадра была отправлена в Эгейское море, что ещё более ослабило военно-морские силы Сиракуз. Кроме того, в Сицилии шла непрерывная борьба между греческими городами. Воспользовавшись этой борьбой, карфагеняне весной 409 г. высадили в Сицилии большую армию и осадили Селинунт. После непродолжительной осады город пал, большая часть его жителей была истреблена, остальные обращены в рабство. За Селинунтом та же участь постигла Гимеру. Потом карфагеняне овладели Акрагантом и Гелой. К 405 г. в их руках оказались почти все греческие города Сицилии, кроме Сиракуз, осада которых становилась грозной реальностью.

Военные неудачи ослабили положение демократии в Сиракузах, а всё возрастающая роль наёмных войск подготовила почву для новой тирании. Опираясь на преданные ему отряды, один из наиболее популярных военачальников — Дионисий захватил власть в Сиракузах. В 405 г. он был избран стратегом-автократором, т. е. получил право верховного командования армией и флотом, право представлять государство во внешних сношениях и, наконец, право председательствовать в народном собрании.

Вначале действия Дионисия против карфагенян были мало удачными, что привело к восстанию в сиракузской армии. Но Дионисию удалось подавить это движение, основным ядром которого были всадники — представители знатнейших семей города. Часть мятежников была предана смерти, часть изгнана. Их земельные владения были конфискованы и распределены между бедными гражданами, выслужившимися наёмниками и, как рассказывает Диодор, даже между отпущенными на волю рабами.

Истинной опорой Дионисия была армия и особенно наёмники, из которых теперь вербовалась новая служилая знать. В руки этой знати фактически перешло управление государством. Были организованы военное и финансовое ведомства, игравшие большую роль. Совет и народное собрание сохранились, но демократическая конституция Сиракуз, созданная в 410—409 гг. по афинскому образцу, была значительно урезана. Очевидно, определённую поддержку тирании оказывали и круги средних рабовладельцев, связанные с ремеслом и торговлей и враждебно настроенные по отношению к олигархии.

Упрочив своё положение в Сиракузах, Дионисий начал готовиться к новой войне с Карфагеном. Эти приготовления имели широкий размах. Весь город превратился в арсенал, строился мощный флот, были созданы новые укрепления вокруг Сиракуз. Весной 398 г., когда все приготовления были закончены, народное собрание приняло решение объявить войну Карфагену. Война оказалась длительной и упорной; по существу она велась до конца жизни Дионисия (367 г. до н. э.). И, хотя ему не удалось реализовать основную цель войны — полностью очистить остров от карфагенян, всё же восточная часть Сицилии была от них освобождена, крупнейшие города признали главенство Сиракуз и за карфагенянами осталась примерно лишь треть территории острова.

Войска Дионисия вели удачные военные действия в Южной Италии (взятие Регия в 386 г. до н. э.) и на Адриатическом море. Были даже возобновлены военные действия против этрусков, в результате которых Дионисий занял гавань этрусского города Цере. Только в последние годы его правления Сиракузы начинают отступать под давлением Карфагена.

В начале IV в. Сицилийская держава стала крупной экономической и политической силой не только в Западном Средиземноморье, но и во всём эллинском мире. Сиракузяне в эти годы активно вмешиваются в дела континентальной Греции (неоднократная помощь спартанцам, союз с Афинами) и даже Малой Азии.

Образование Сицилийской державы вызвало усиленную иммиграцию из материковой Греции. В Сицилии был основан ряд новых городов (например, Тиндарис, Гадранон и пр.), Сиракузы переживали необычайный расцвет, став самым крупным городом эллинского мира. Старые предместья города были введены в кольцо укреплений и превратились в оживлённые кварталы. Двор Дионисия содержался с большим блеском, сюда приглашались знаменитые учёные, философы, поэты, художники, сам Дионисий писал трагедии, одной из которых афиняне присудили почётную награду.

Однако Сицилийская держава оказалась весьма непрочным государственным образованием. Вскоре после смерти Дионисия в Сиракузах началась династическая борьба. Власть из рук его сына, Дионисия II, перешла к шурину умершего тирана — Диону. Но Дион недолго удерживал власть: не имея поддержки состоятельных граждан, которых он восстановил против себя конфискациями их владений и новыми налогами, Дион не смог опереться и на неимущую часть населения, так как резко противился требованиям передела земель. Он был убит своими же наёмниками, и на короткое время власть снова была захвачена Дионисием II (346 г. до н. э.). Все эти события привели к быстрому распадению Сицилийской державы. Сиракузские колонии и союзные города объявили себя независимыми, в большинстве из них также началась борьба за власть.

Карфагеняне использовали благоприятную для них ситуацию и возобновили военные действия против греческих городов, что вынудило сиракузян обратиться за помощью к своей метрополии — Коринфу. Коринфяне направили в Сицилию небольшую эскадру, командование которой было поручено опытному полководцу, ярому врагу тирании — Тимолеонту. После прибытия коринфской эскадры в Сиракузы Дионисий II был изгнан, Тимолеонт овладел Сиракузами и в скором времени нанёс карфагенянам сокрушительное поражение (341 г. до н. э.).

В Сиракузах был установлен умеренно-демократический образ правления. Компетенция коллегии стратегов ограничивалась чисто военными функциями; наиболее влиятельным органом стал «совет шестисот», в состав которого избирались лишь состоятельные граждане. Греческие города острова были объединены в федеративный союз во главе с Сиракузами. Однако такой порядок управления продержался недолго. В Сиракузах произошёл олигархический переворот, снова начались столкновения между отдельными городами. Единство Сицилийской державы Дионисия не было восстановлено.

Характер тирании в IV в. и причины её установления в Сицилии объясняются рядом обстоятельств. В условиях длительной, напряжённой борьбы с карфагенянами очень возросла роль наёмных войск, нередко поддерживавших удачливого полководца против жителей его же полиса. Содействовала возникновению тирании и необходимость создания сильного государственного аппарата для удержания в повиновении рабов и угнетения местного населения (в Сицилии племена сикулов и сиканов долгое время боролись против колонизаторов, которым так и не удалось добиться их окончательного порабощения). Наконец, одной из причин возникновения тирании была поддержка этого строя торгово-ремесленными кругами рабовладельцев, заинтересованных в росте сиракузских владений и в активной внешней политике. В отличие от ранней тирании (Кипсел, Писистрат, тираны VI в. до н. э. в Сицилии), которая была прогрессивным явлением, так как означала шаг вперёд по пути от аристократических порядков к демократии, поздняя тирания выросла уже на почве разложения рабовладельческой демократии.

2. Древнейший период истории Рима.

Источники по ранней истории Рима

Проблема источников по древнейшей истории Рима чрезвычайно сложна. Эпиграфические памятники, современные ранней эпохе, очень скудны, притом древнейший из них — надпись на золотой пряжке (так называемая пренестинская фибула) датируется не раньше, чем 600 г. до н. э. Труды же римских историков и писателей относятся к сравнительно позднему времени (в основном не ранее I в. до н. э.), которое отделено от событий ранней римской истории многими веками. Правда, поздние писатели, у которых мы черпаем наши знания о первоначальной истории Рима, опирались, в свою очередь, на свидетельства более древних авторов, так называемых анналистов. Но сами анналисты, даже наиболее ранние из них, как, например, первый римский историк — сенатор Фабий Пиктор (конец III в. до н. э.), тоже не были современниками событий начальной истории Рима. К тому же, используя материалы семейных хроник знатных римских родов, предания и легенды, анналисты часто включали в свои труды очень недостоверный, а иногда и сознательно искажённый в угоду представителям того или иного римского рода материал. Таким образом, литературная традиция, которая повествует нам о событиях древнейшей римской истории, требует к себе осторожного и критического отношения.

Капитолийская волчица — эмблема города Рима.
Скульптура этрусской работы. Бронза.

Лингвистические данные служат прежде всего для выяснения этнического состава населения древнейшей, «доримской» Италии. На основании этих данных римляне, как и латины в целом, должны быть отнесены к племенам особой латинско-фалискской языковой группы, которую некоторые современные филологи резко отличают от другой крупнейшей группы италийских языков (оскско-умбрской).

Наиболее достоверные сведения по древнейшей истории Рима даёт материал археологических раскопок. В свете археологических данных становится ясно, что основание города не было делом рук одного «основателя», как об этом сообщает литературная традиция. Город возникал постепенно, путём объединения и слияния отдельных общин. Стратиграфическими раскопками установлено, что в VIII в. до н. э. в Лации, на холмах Палатине, Эсквилине, Целии и Квиринале появилась группа примитивных поселений. Они были ещё изолированы друг от друга; болотистые земли между холмами оставались незаселёнными. Примерно к середине VII в. до н. э. население первоначальных посёлков стало занимать склоны холмов и долины между ними, где впоследствии возникает римский Форум. Заселение этих территорий тоже ещё нельзя считать временем возникновения города как такового. В этот период происходит лишь укрепление связей между общинами, а может быть, и объединение некоторых из них. Возникновение римского Форума, уже как центра экономической и политической жизни, на основании новых раскопок относят к первой четверти VI в. до н. э. Примерно в это же время происходит превращение Капитолия, который был ещё, видимо, незаселённым холмом, в крепость нового города. Таким образом, возникновение Рима археологи склонны датировать началом VI в. до н. э.

Происхождение названия города неизвестно. В литературе делались попытки вывести его из корней греческих слов, а также доказывалось его этрусское происхождение, но всё это покалишь недостаточно обоснованные гипотезы и догадки.

Царский период

Древнейший период римской истории обычно принято называть «царским». Этот период, согласно легендарной традиции, длился около двух с половиной столетий. Однако изложение исторических событий этого времени, за небольшими исключениями, следует признать недостоверным, а римских царей, начиная с мифического основателя Рима — Ромула, нельзя считать историческими личностями. Но если конкретные события, сообщаемые традицией, в значительной степени легендарны, то при осторожном и критическом использовании её данных мы можем сделать некоторые выводы о социальном устройстве римской общины царского периода.

В древнейшее время в Риме сохранялись ещё родовые отношения. Согласно преданию, всё население состояло из 300 родов. Каждые 10 родов объединялись в курию, каждые 10 курий — в трибу. Таким образом, всего было 3 трибы, каждая из которых, видимо, представляла собой особое племя. Некоторые учёные считают, что одна из триб являлась объединением латинских родов, другая — сабинских и третья, — по-видимому, этрусских. Упомянутые 300 родов составляли римский народ (populus Romanus), к которому мог принадлежать лишь тот, кто был членом рода, а через свой род — членом курии и трибы.

Римский род имел такую же организацию, как и греческий. В каждом роде все его члены сообща владели землёй, имели общие кладбища, общие религиозные праздники, общее родовое имя и т. п. Старшина рода избирался, по-видимому, всеми его членами. Древнейший общественный строй выглядел следующим образом: важнейшими делами общины подал совет старейшин, или сенат, состоявший из старейшин родов. Постепенно вошло в обычай избирать старейшин из одной и той же семьи каждого рода. Этот обычай, вызванный развивавшейся имущественной дифференциацией, привёл к образованию в Риме родовой знати, к возникновению так называемых патрицианских семей. Тогда же, очевидно, развился аналогичный этрусскому институт клиентелы. Люди, по том или иным причинам переселившиеся в Рим, т. е. «чужаки», не входившие в состав римских родов, а затем и представители обедневших родов искали покровительства и защиты у знатных людей, которые становились их патронами. В обществе, в котором ещё не существует чётко оформленной государственной власти, институт клиентелы является весьма распространённым учреждением.

Кроме сената, предварительно обсуждавшего наиболее важные вопросы, существовало и народное собрание, которое собиралось по куриям (куриатные комиции). На куриатных комициях принимались или отвергались новые законопроекты, избирались все высшие должностные лица, в том числе и царь; это собрание объявляло войну и, как высшая судебная инстанция, выносило окончательное решение, когда дело шло о смертном приговоре римскому гражданину.

Рядом с сенатом и народным собранием стоял царь. Римские цари отнюдь не были самодержавными владыками типа древневосточных деспотов, но лишь выборными племенными вождями, которые совмещали функции военачальника, судьи и верховного жреца. Это заставляет нас применять термин «царь» весьма условно.

Подобный общественный строй Энгельс называл военной демократией. Это, действительно, была примитивная демократия, поскольку народное собрание считалось высшим органом общины, военной же она была потому, что в собрании принимали участие лишь мужчины-воины; таким образом, куриатные комиции представляли собой сходку вооружённого народа.

Очень сложен и, по существу, до сих пор ещё не решён вопрос о происхождении особого слоя древнеримского населения — плебеев. Сведения источников о происхождении плебеев чрезвычайно сбивчивы и противоречивы. Очевидно, под плебеями первоначально подразумевались переселенцы (добровольные, а иногда и насильственно переселённые в Рим) и представители покорённых племён, лично свободные люди, имевшие право владеть землёй и обязанные нести военную службу. Первоначально они не входили в состав родов, курий и триб, а потому не пользовались никакими политическими правами, но затем, перемешавшись с незнатными родами самого «римского народа» и принимая на себя клиентские обязанности, они постепенно и на урезанных правах включались в родовую организацию.

Несомненно, в римском обществе этого периода уже были рабы из числа военнопленных. Но в целом рабство ещё не получило большого развития, оно носило примитивный, патриархальный характер, причём рабы использовались, главным образом, в домашнем хозяйстве.

Реформа Сервия Туллия

В VI в. до н. э. в Риме заметно усилилось этрусское влияние. Это находит своё отражение в сказаниях об этрусской династии Тарквиниев, к которой принадлежали последние римские цари. Ещё в XIX в. при раскопках этрусского города Цере, откуда, по преданию, прибыл в Рим Тарквиний, была открыта гробница рода Тарквиниев и найдено много этрусских надписей. Принимая во внимание, что как раз на VI в. падает расцвет этрусской федерации и наиболее широкое распространение её могущества, вполне обосновано предположение о том, что Рим некоторое время был подчинён этрускам.

Вскоре после этого завоевания, а возможно и в качестве реакции на него, резко обострилась борьба народа против родовой знати. Энгельс говорит о «революции, которая положила конец древнему родовому строю».

У нас нет точных данных о времени или ходе этой революции, но причина её, несомненно, коренилась в борьбе между плебеями и первоначальным населением Рима. Отзвуки и отголоски этих событий отразились в рассказе о реформе, приписываемой предпоследнему римскому царю Сервию Туллию, который ввёл новое устройство римской общины на основе территориально-имущественного принципа. Теперь римская городская территория делилась на 4 трибы. Эти трибы не имели ничего общего со старыми родоплеменными трибами, но были лишь территориальными округами. К ним приписывалось всё гражданское население, как патрицианское, так и плебейское, владевшее в данном округе землёй. Таким образом, плебеи были фактически включены в состав единой с патрициями гражданской общины.

Кроме того, Сервий Туллий разделил всё мужское население Рима — патрициев и плебеев — на 5 классов. Принадлежность к тому или иному классу определялась имущественным цензом. К I классу принадлежали те, чьё имущество оценивалось в 100 тыс. асов1, ко II классу — 75 тыс. асов, к III классу — 50 тыс. асов, к IV классу — 25 тыс. асов, к V классу — 12,5 тыс. асов. Беднейшие слои населения, неимущие, не входили ни в один из классов и получили название пролетариев (от латинского proles — потомство). Этим названием подчёркивалось, что всё их имущество и богатство состояло только в потомстве.

Реформа имела большое военное значение. Народное ополчение, т. е. римская армия, строилось теперь в зависимости от нового деления на имущественные классы. Каждый класс выставлял определённое количество центурий (сотен). I класс выставлял 80 центурий пехотинцев и 18 центурий всадников, следующие три класса — по 20 центурий пехотинцев и, наконец, V класс выставлял 30 центурий легковооружённых пехотинцев. Кроме того, выставлялось ещё 5 нестроевых центурий, одна из них — пролетариями. Вооружение призванных также дифференцировалось в зависимости от принадлежности к тому или иному классу: представители I класса должны были или содержать коня, или являться в полном тяжёлом вооружении; для представителей последующих классов вооружение было облегчённым, а воины V класса были вооружены лишь луком и стрелами.

Реформа имела также большое политическое значение. Центурия становится теперь не только военной, но и политической единицей. С включением основной массы плебса в гражданскую общину народные собрания по центуриям вытесняют куриатные комиции, которые утрачивают почти всякое значение. Голосование происходит тоже по центуриям, причём каждая центурия имеет один голос. Подлинный характер этой новой конституции ясен хотя бы из того, что больше половины из 193 центурий выставлялось I классом (80+18=98). Таким образом, I класс имел обеспеченное большинство голосов в народном собрании.

Таково основное содержание реформы, проведение которой приписывалось Сервию Туллию. Традиционный рассказ о реформе, изображая её в виде единичного акта, конечно, грешит против исторической истины. Изменения в социально-политическом устройстве римского общества, которые традиция приписывает творческой воле одного законодателя, на самом деле — результат длительных процессов, протекавших на протяжении нескольких столетий (VI—III вв. до н. э.). Это подтверждается тем, что в самом традиционном рассказе о так называемой реформе Сервия Туллия содержатся позднейшие напластования: так, например, указываемое вооружение классов соответствует, видимо, концу V в., расчёт имущественного ценза на асы — середине III в. и т. п. Однако в основе традиционной версии лежит ряд достоверных фактов. Деление населения на имущественные классы, центуриатные комиции, территориальные трибы — всё это возникло значительно раньше III в. и продолжало существовать и в более позднюю эпоху. Эти установления явились итогом длительной борьбы плебеев. Новое общественное устройство — и в этом состоит его историческое значение — наносило сокрушительный удар прежним родовым порядкам и безраздельному господству родовой патрицианской знати.

По мере того, как шёл процесс становления рабовладельческого государства, органы родового устройства модифицировались и становились органами государственной власти. Возможно, в связи с включением плебеев в гражданскую общину, а также в связи с борьбой против этрусского господства происходит падение царской власти и установление республики в Риме. Историческая традиция приурочивает это событие к концу VI в. до н. э. (509 г.) и связывает его с изгнанием седьмого римского царя Тарквиния Гордого. Многочисленные легенды, расцвеченные рассказами о героических подвигах римлян в борьбе с этрусками, пришедшими якобы на помощь Тарквинию, возможно, в какой-то мере отражают последние этапы борьбы римлян против этрусского владычества и факт распадения некогда могущественной этрусской федерации.

Ранняя римская культура

Идеологическая жизнь и духовная культура римского общества этого времени была еще довольно примитивной. Однако нам известно, что уже в царский период в Риме существовала письменность. Алфавит был заимствован римлянами, очевидно, у греков, живших в Кумах, на западном побережье Апеннинского полуострова. Историк Дионисий Галикарнасский (конец I в. н. э.) утверждал, что он своими глазами видел текст договора царя Сервия Туллия с латинскими городами относительно постройки на общие средства храма Дианы на Авентине. Буквы в тексте по своей форме — договор был вырезан на медной колонне — напоминали древнейшие греческие. В 1900 г. на римском Форуме при раскопках был найден на месте легендарной гробницы Ромула так называемый «Чёрный камень», содержащий надпись, сделанную бустрофедоном (одна строка написана слева направо, следующая справа налево и т. д.). Формы букв близки к греческим. Надпись почти не поддаётся дешифровке, в ней содержится, видимо, какое-то заклятие и встречается слово «царь» (rex). Древнейшим памятником латинской письменности, поддающимся дешифровке, является упомянутая выше пренестинская фибула.

«Чёрный камень» с архаической надписью
с римского Форума.

К этому же времени относятся зачатки литературного творчества. Памятники древнейшей народной поэзии, которая, конечно, существовала у римлян, как и у других народов, до нас не дошли. Но в более поздних источниках имеются отрывки религиозных гимнов, восходящих к глубокой древности. Древнейшая религиозная поэзия римлян знала также сборники песнопений, заклинания против болезней, пожаров, града и т. п., предсказания о судьбе людей, написанные так называемым сатурническим стихом, близким по ритму к былинному стиху.

Для ранней римской религии был характерен примитивный политеизм. Каждый предмет и явление в представлении древних римлян имели своего духа, своё божество; так, например, было 43 бога детства: бог первого крика ребёнка, бог колыбели, бог первого шага и т. д. Римская религия в ранний период не была антропоморфной, поэтому в Риме долгое время не существовало изображений богов. Они появляются позже под влиянием этрусской и греческой религий. Значительную роль играли родовые и семейные культы. Хранителями семьи и дома считались добрые духи — пенаты и лары; души умерших предков также выступали как добрые божества — маны.

Обрядовая сторона римской религии разрабатывалась чрезвычайно детально, что привело к широкому развитию жречества и жреческих коллегий. Древнейшими из них были: понтифики, имевшие верховный надзор за выполнением религиозных обрядов, авгуры и гаруспики — жрецы-гадатели по полёту птиц и внутренностям животных, весталки — жрицы богини Весты, хранительницы государственного и семейного очагов. Жреческими коллегиями были также арвальские братья — коллегия жрецов богини Земли — и салии (скакуны) — жрецы древнейшего латинского бога Марса.

Одним из древнейших римских богов был также Янус, первоначально бог дверей, а затем бог всякого начала, предшественник Юпитера. Весьма раннего происхождения так называемая капитолийская троица: Юпитер, Марс и Квирин, где Юпитер уже выступает как верховное божество, Марс — как бог весенней растительности, а затем как бог войны, Квирин же — как его двойник. Под влиянием этрусков, а затем и греков римский пантеон расширяется, в нём появляются Юнона (Гера), Минерва (Афина), Сатурн (Кронос), а затем Церера (Деметра), Меркурий (Гермес), Аполлон и др. Римский пантеон никогда не был замкнутым, римляне часто стремились «переманить» на свою сторону богов своих соседей и даже богов противников, с которыми они вели войны. Постепенно под влиянием греческой религии происходит отождествление римского и греческого пантеонов и антропоморфизация римских богов.

3. Римская республика в V—IV вв. до н. э.

Римское общество раннереспубликанского периода

Рим в конце царского периода и в раннереспубликанскую эпоху был ещё очень небольшой общиной. Хозяйственная жизнь её была довольно примитивной. Основным занятием населения было скотоводство и земледелие. Хозяйство носило натуральный, замкнутый характер. Римляне разводили крупный и мелкий рогатый скот, а также свиней. Они возделывали зерновые культуры, занимались огородничеством и виноградарством, была известна культура оливок. Плуг изготовлялся из целого куска дерева. Применялись в сельском хозяйстве мотыга, борона, коса, грабли, лопата и другие орудия.

Пахарь.
Этрусская статуэтка.
Около 400 г. до н. э. Бронза.

Об относительно широком применении железа для изготовления сельскохозяйственных орудий в конце царского периода свидетельствуют сообщаемые римским учёным и писателем Плинием Старшим сведения о том, что по договору с царём этрусского города Клузия Порсеной римляне обязывались ввозить железо только для нужд сельского хозяйства. Известно было удобрение навозом, довольно широко применялось дренажирование полей.

По-видимому, ещё в царский период началось отделение ремесла от сельского хозяйства. Так, например, Плутарх приписывал царю Нуме Помпилию учреждение ремесленных союзов (плотников, горшечников, кожевников, медников, золотых дел мастеров и т. п.). О развитии ремесла и наличии ремесленников-профессионалов свидетельствуют и археологические находки, относимые к тому времени: остатки римских крепостных стон, городской канализации, развалины древнейших храмов (например, храма Юпитера Капитолийского). Возможно, что эти сооружения были возведены южноиталийскими греками или этрусками, но всё же они доказывают развитие ремесла в Риме.

Отделение ремесла от сельского хозяйства было связано с ростом обмена. В древнейшее время еженедельные базары происходили на римской городской площади — Форуме. Весьма древнего происхождения и ежегодные ярмарки, которые приурочивались к большим религиозным празднествам и происходили обычно при известных святилищах (например, при храме Дианы на Авентине).

В так называемый республиканский период своей истории Рим вступает как типичный город-государство, политическая власть в котором принадлежит общине рабовладельцев и землевладельцев.

Характерным явлением в рамках гражданской общины была римская семья — familia (фамилия). Она представляла собой, по воззрениям самих древних римлян, государство в миниатюре. Власть отца семьи над её членами была безгранична. Кроме того, эта власть была самостоятельной и независимой по отношению к общегосударственным властям, которые, таким образом, не могли вмешиваться в распоряжения отца в пределах семьи. Глава семьи — верховный хозяин семейной собственности, верховный жрец семейного культа и судья, имеющий право на жизнь и смерть членов семьи. Власть отца, главы семьи, распространялась не только на членов семьи в узком смысле слова, но и на рабов, которые в Риме включались в состав фамилии.

Государственный строй ранней республики

Римская традиция о ранних годах республики, представленная, главным образом, в трудах историков Тита Ливия, Дионисия Галикарнасского и Плутарха, основывается на позднейшей обработке исторического материала и потому должна приниматься с большой осторожностью. Особенно это относится к изложению событий до 464 г. до н. э., т. е. до предполагаемого начала летописи понтификов, которая сообщала основные факты истории Рима и устанавливала более твёрдую хронологию событий (даты освящения храмов, списки консулов и т. д.). Существенным коррективом служат некоторые данные историка Диодора, который в целом ряде случаев опирался на так называемых старших анналистов.

Традиционным годом установления республики считается 509 год до н. э. Однако для первых лет республики, как и для царского периода, мы располагаем более твердыми данными лишь при выяснении вопроса о формах общественного устройства.

Царская власть в Риме была заменена теперь властью двух ежегодно избираемых в центуриатных комициях должностных лиц (магистратов). Они сначала назывались преторами (предводителями), а затем консулами и избирались только из среды патрициев. К консулам перешла высшая власть (империй) и основные функции царей, за исключением жреческих обязанностей.

Постепенно наряду с этой высшей магистратурой начали возникать и другие, первоначально ей подчинённые: квесторы, которые, видимо, были помощниками преторов по судебным делам, а позже приобрели функции казначеев, и эдилы, которые были помощниками преторов по городскому хозяйству.

Сенат не только не утратил своего значения, но, наоборот, стал центральным органом Римской республики. Он обсуждал все важнейшие вопросы как внутренней, так и внешней политики. До середины IV в. даже законодательные решения народных собраний, видимо, также утверждались сенатом.

Избрание высших магистратов только из среды патрициев и патрицианский состав сената — всё это придавало ранней Римской республике ярко выраженный аристократический характер. Патрицианская знать всё более и более замыкалась в привилегированное сословие, противопоставлявшее себя неполноправному плебсу.

Плебеи и патриции
Этрусское зеркало.
III в. до н. э. Бронза.

Основным содержанием внутренней истории раннереспубликанского Рима была борьба между патрициями и плебеями. Эта борьба развернулась вокруг двух жизненно важных вопросов: аграрного (и связанного с ним долгового вопроса) и вопроса о политических правах. Античная историография, а вслед за ней и буржуазная наука обычно выдвигают на первое место борьбу плебса за политические права. Однако борьба за политические права была лишь следствием борьбы за землю. Давая оценку истории Римской республики вплоть до её падения, Маркс писал: «Внутреннюю историю можно plainly [целиком] свести к борьбе мелкого землевладения с крупным, разумеется вводя те модификации, которые обусловливаются существованием рабства».

Ожесточение, с которым велась борьба между патрициями и плебеями вокруг аграрного вопроса, объясняется, в первую очередь, тем, что этот вопрос в земледельческом Лации имел жизненно важное значение. Он ещё более осложнялся тем обстоятельством, что у патрициев и плебеев были существенно различные формы землепользования. Плебеи первоначально владели очень небольшими земельными участками на правах частной собственности. У патрициев же долго сохранялись стойкие пережитки общинного землевладения. Поэтому основная масса земли считалась принадлежащей всей патрицианской общине. Это был так называемый ager publicus (общественное поле). Согласно преданию, ещё Ромул наделил каждого римского гражданина участком земли в два югера (югер = 0,25 га), который считался его собственностью и передавался по наследству. Но это был лишь приусадебный участок. Вся остальная масса земли считалась общественным полем. Патриции имели право занимать (оккупировать) для себя и своих клиентов из этого земельного фонда такое количество земли, какое они могли использовать не только для земледелия, но и для скотоводства.

Фонд общественного поля непрерывно увеличивался, так как по римскому обычаю часть захваченных во время войн земель (одна треть, а иногда и две трети) конфисковалась и превращалась в общественное поле. Таким образом, использование общественного поля становится в скором времени основным источником обогащения патрициев. Плебеи к эксплуатации общественного поля не допускались; естественно, что именно вопрос о земле стал центральным пунктом борьбы патрициев и плебеев.

Но для того, чтобы добиться доступа к общественному полю, необходимо было вырвать политическую власть из рук патрициев. Поскольку в античном обществе владельцем земли юридически мог быть лишь полноправный член общины, вопрос о политических правах был, по существу, оборотной стороной вопроса о земле.

К этому времени плебс был уже далеко не однороден. По мере численного роста плебеев и всё возрастающей их роли в римском войске и в экономической жизни усиливается процесс социально-имущественного расслоения в среде самого плебса. Основную массу плебейства составляют мелкие собственники — землевладельцы, ремесленники, торговцы. Но у плебеев возникает и своя знать — богатые и почитаемые роды, по своему экономическому положению не уступавшие патрицианским. Они-то в первую очередь и стремились к получению равных с патрициями прав на оккупацию общественного поля и к политическим привилегиям.

Борьба мелкого землевладения с крупным, осложнённая ростом задолженности и обнищания мелких землевладельцев — плебеев, тесно переплеталась с борьбой за политическое полноправие, к которому стремилась в первую очередь плебейская верхушка. Сочетание этих двух линий борьбы является основным содержанием всей ранней истории Римской республики.

Сецессии плебеев и законы XII таблиц

Одним из ранних примеров этой борьбы является так называемая первая сецессия (т. е. уход плебеев из Рима). Согласно рассказу Тита Ливия, в 494 г. до н. э. плебеи, изнывавшие от притеснений патрициев и обременённые долгами, отказались выступить в военный поход и в полном вооружении удалились из Рима на Священную гору, где стали лагерем. Уход плебеев породил панику в Риме: падала боеспособность римской армии, кроме того не исключалась возможность, что плебеи могут основать самостоятельное государство. Патриции вынуждены были начать переговоры и пойти на уступки: была создана специальная магистратура народных трибунов, которая в дальнейшем приобрела огромное значение. Народные трибуны могли избираться только из числа плебеев и пользовались неприкосновенностью. Первоначально их обязанности заключались в защите плебеев от произвола патрицианских магистратов. В связи с этим они получили право приостанавливать проведение в жизнь распоряжений этих магистратов (право veto — «запрещаю»). Сначала избиралось два трибуна, затем число их увеличилось до десяти.

Историческая традиция упоминает о трёх сецессиях, но многие учёные считают первую сецессию легендарной и возникновение трибуната относят к несколько более позднему времени (471 г. до н. э.). К 486 г. традиция приурочивает попытку осуществления первой аграрной реформы. Консул Спурий Кассий предложил разделить завоёванные земли между плебеями. Законопроект не прошёл, потому что ему воспротивился другой консул, а затем Спурий Кассий был обвинён патрициями в стремлении к тирании и казнён. Но уже в 456 г. народному трибуну Ицилию удалось провести закон о разделе земли на Авентинском холме между плебеями.

К середине V в. до н. э. относится первое вполне достоверное событие ранней римской истории — запись действующего права. Как в своё время греческий демос, так теперь римские плебеи страдали от произвола в судах и выдвинули требование кодификации законов. В 451 г. была избрана специальная комиссия из 10 человек (децемвиры), наделённая самыми широкими полномочиями. Ни консулы, ни народные трибуны в этом году не избирались. Однако децемвиры не сумели в течение года закончить составление свода законов, и на 450 г. была избрана новая чрезвычайная комиссия, состоявшая из пяти патрициев и пяти плебеев. Вторым децемвирам традиция приписывает тиранические наклонности и связывает борьбу против них с новой сецессией плебеев. Как бы то ни было, но в 449 г. были восстановлены прежние магистратуры, а записанные децемвирами законы были высечены на двенадцати медных досках и выставлены для всеобщего обозрения.

Текст XII таблиц до нас не дошел, но мы имеем о них довольно детальное представление благодаря цитатам и ссылкам у более поздних авторов. Архаизм языка в этих цитатах, а также примитивные общественные отношения, отражаемые законодательством, свидетельствуют о его глубокой древности. Законы XII таблиц воспроизводят социальные отношения ранней Римской республики. Однако они не касаются вопросов государственного права, ограничиваясь гражданским и уголовным законодательством.

Законы XII таблиц открыто выступали в защиту частной собственности, покушение на которую каралось чрезвычайно строго. Поджигателям и тем, кто совершал кражу в ночное время или травил чужое поле, угрожала смертная казнь. Чрезвычайно детально разработано в таблицах и весьма суровое долговое право. Должник, не выплативший своего долга, попадал в кабалу и мог быть «продан за Тибр» или даже лишён жизни. Однако, несмотря на всю жестокость долгового права, законы XII таблиц ограничивали ростовщичество, устанавливая максимум в 8⅓ % годовых.

В законах причудливо смешиваются пережитки родового строя с новыми установлениями. Особенно это касается семейных отношений. Отец семейства пользовался неограниченной властью родового владыки вплоть до продажи собственных детей в рабство. Женщина в семье совершенно бесправна. Имущество умершего без завещания отходит агнатам, т. е. тем, кто находился под властью одного и того же главы семьи. Вместе с тем законодательство XII таблиц уже допускает полную свободу завещаний. Законами признаётся родовая месть, но вместе с тем за ряд проступков устанавливаются штрафы.

По существу, законодательство XII таблиц характеризует римское общество в период утверждения рабовладельческого строя, но при наличии стойких пережитков родовых отношений.

В 449 г. консулы Валерий и Гораций провели закон, согласно которому постановления плебейских собраний по трибам (плебисциты) приобретали силу общегосударственных законов. Это вынудило патрициев также принимать участие в собраниях по трибам и привело к тому, что в Риме возник новый и более демократический вид народных собраний — трибутные комиции.

В 445 г. по закону, предложенному народным трибуном Канулеем, отменялось старинное запрещение браков между патрициями и плебеями. Другой законопроект Канулея ставил вопрос о допуске плебеев к высшей магистратуре — консулату. Этот законопроект не прошёл, но в порядке компромисса с 444 г. начали избираться военные трибуны с консульской властью; эта должность была доступна и для плебеев.

Так завершился первый этап борьбы патрициев и плебеев. В ходе этой борьбы плебейская верхушка добилась существенных результатов, подготовивших слияние её в единое сословие с патрицианской знатью. Наступившее затем временное затухание дальнейшей борьбы между плебеями и патрициями объясняется напряжёнными внешнеполитическими событиями.

Война с этрусками

Войны начального периода республики (V в. до н. э.) открываются борьбой за свержение этрусского владычества. После изгнания Тарквиния римлянам пришлось выдержать упорную и довольно длительную борьбу с этрусками, в частности с Порсеной, правителем этрусского города Клузия. Если отбросить позднейшие патриотические легенды, созданные для прославления патрицианских родов, то следует признать, что Порсена, взяв Рим, навязал римлянам довольно тяжёлые условия мира. Только когда этруски потерпели сильное поражение от куманского тирана Аристодема в Лации (около 506 г.), римлянам, очевидно, удалось окончательно освободиться от этрусского владычества.

Римский воин.
Статуэтка этрусско-римской работы.
V—IV вв. до н. э. Бронза.

Во всяком случае из этой борьбы римская община вышла значительно ослабленной. Этим воспользовались соседние племена вольсков и эквов, с которыми Риму пришлось вести длительную борьбу. История этой борьбы изукрашена многочисленными легендами об изменнике Кориолане, о диктаторе Цинциннате и т. п., но более или менее достоверными историческими фактами являются лишь договор Спурия Кассия (которому приписывалась первая аграрная реформа) с латинскими городами (493 г.) и вступление Рима в так называемую Латинскую федерацию шести латинских городов. Вскоре к этому союзу присоединилось племя ерников.

Положение Рима постепенно укреплялось, и во второй половине V в. римляне перешли к наступательным военным действиям против этрусков. Начинается упорная борьба с крупным этрусским городом Вейи, расположенным на правом берегу Тибра. Согласно традиционному рассказу, Вейи были взяты после десятилетней осады (406—396 гг.) римским полководцем Марком Фурием Камиллом. Город был разграблен, жители проданы в рабство, а его обширная территория (около 300 тыс. югеров) превращена в римское общественное поле.

Итоги римской внешней политики в V в. довольно незначительны: римляне вступили в Латинскую федерацию, успешно отразили несколько нападений соседних племён — вольсков и эквов и, наконец, овладели правым берегом реки Тибра в нижнем её течении. Рим ещё только становился на ноги, как вдруг военная катастрофа, разразившаяся в начале IV в., чуть было не уничтожила его.

Нашествие галлов

В начале IV в. до н. э. Рим подвергся нашествию галлов. Кельты, или, как их называли римляне, галлы, населяли значительную часть Западной Европы. Часть кельтов, теснимая германскими племенами, перешла через Альпы и расселилась по обоим берегам реки По, в свою очередь вытеснив отсюда этрусков. Головной отряд вторгшихся на территорию Италии кельтов — племя сенонов — спустился к югу, до устья По. Так как Геродот ещё не знал о присутствии здесь кельтов, можно сделать вывод об их появлении в этих областях лишь в самом конце V в. Но уже с начала следующего столетия начались набеги кельтов на Этрурию и Лаций; молва об их храбрости и непобедимости распространилась по всей Италии.

Согласно традиционной хронологии столкновение кельтов, или галлов, с римлянами произошло в 390 г. Когда галлы осадили город Клузий в Северной Этрурии, римляне отправили туда своих послов, которые в нарушение обычаев приняли участие в битве. Галлы потребовали выдачи виновных и, когда им в этом было отказано, двинулись на Рим. На реке Алии (приток Тибра) галлы нанесли римлянам страшное поражение. Остатки разбитого римского войска бежали в Вейи. Рим, оказавшийся без защиты, подвергся опустошению и был предан огню. Однако галлы не смогли взять Капитолия, который они осаждали в течение семи месяцев и который, согласно известной легенде, был спасён во время ночного штурма криком священных гусей, разбудивших спавшую стражу. Наконец, галлы согласились снять осаду за выкуп в 1000 фунтов золотом. Позднейшие патриотические легенды изображали дальнейший ход событий таким образом: когда осаждённые отвешивали галлам золото, на Форуме появилось римское войско из Вей под командованием диктатора Марка Фурия Камилла. Произошло сражение, в котором галлы были разбиты и затем изгнаны из Рима.

Из всего рассказа о галльском нашествии, богато изукрашенного легендарными подробностями, достоверны лишь такие детали, как битва при Алии, длительная осада Капитолия и, наконец, уход галлов после получения выкупа. Захват Рима галлами, очевидно, произвёл сильнейшее впечатление на современников, и память о нём сохранилась у римлян на долгие века. Но фактически Рим довольно легко оправился от галльского нашествия. Правда, галлы сделали в 348 г. попытку нового нападения, но оно было отбито без особых затруднений, а в 334 г. они заключили с Римом мирный договор.

Законы Лициния и Секстия

Внутренняя история Римской республики после галльского нашествия характеризуется новым обострением борьбы между плебеями и патрициями и дальнейшей демократизацией государственного аппарата в результате этой борьбы.

Важнейшей проблемой продолжал оставаться аграрный вопрос. Однако он теперь ставился по-новому. Военные успехи конца V в. (победа над Вейями) и в особенности IV в. чрезвычайно расширили фонд римского общественного поля. Вскоре после разрушения Вей на их месте были учреждены четыре сельские трибы. В 357 г. были основаны две сельские трибы на территории вольсков. По мере роста завоеваний большая часть земель оставалась нераспределённой, и римским гражданам предоставлялось право свободно её занимать.

Поэтому основным содержанием аграрного вопроса становится теперь не столько борьба за право доступа к общественному нолю, сколько бурный рост крупных земельных владений, концентрация земельной собственности на территории общественного поля. Крупными земельными собственниками преимущественно оставались ещё патриции. Это и привело к новому обострению борьбы между плебеями и патрициями, тем более что неизбежным следствием процесса концентрации земельной собственности было разорение свободного производителя, рост задолженности и кабального рабства.

То, что эти явления были широко распространены уже в первой половине IV в., подтверждается законодательством Лициния и Секстия, которое имело своей целью разрешение всех коренных вопросов, вокруг которых шла борьба между патрициями и плебеями: аграрной и долговой проблемы, а также вопроса о политической власти. Согласно традиционной версии, народные трибуны Лициний и Секстий боролись за утверждение своих законопроектов в течение десяти лет. В 367 г. эти законы были, наконец, приняты. Первый из них ограничивал определённой нормой владение общественной землёй: никто не имел права владеть более чем 500 югерами (125 га) земли. Второй касался вопроса о политических правах: должность консулов (вместо которых в последние годы избирались военные трибуны с консульской властью) восстанавливалась, причём один консул должен был избираться обязательно из плебеев. Некоторые исследователи считают, что должность консула (взамен первоначальной должности претора) возникла именно в это время. И, наконец, третий закон давал частичное удовлетворение интересам должников: проценты на совершённый заём засчитывались в счёт долга, а оставшуюся сумму можно было погашать в течение трёх лет.

В 326 г. был принят закон Петелия, по которому должник отвечал перед кредитором своим имуществом, а не личностью. Закабалённые были освобождены, и продажа в рабство за долги запрещалась навсегда. Так в Риме, как некогда в Афинах благодаря реформам Солона, было отменено долговое рабство.

Цензорская деятельность Аппия Клавдия

Большое значение имела деятельность цензора 312 г. до н. э. Аппия Клавдия. Должность цензора была создана в 442 г., и первоначально она замещалась только патрициями (до 351 г.). Цензоры избирались на полтора года; в их функции входило производство ценза (учёт граждан), распределение по центуриям и трибам, составление списков сенаторов. Постепенно возникла и другая своеобразная функция цензоров — наблюдение за чистотой нравов.

Аппий Клавдий опирался в своей деятельности на торгово-ремесленные круги плебса. В противовес патрицианской аристократии он, как цензор, включил в списки сенаторов некоторых сыновей вольноотпущенников. Кроме того, он разрешил гражданам, не имевшим земельной собственности, приписываться не только к городским трибам, как то имело место до сих пор, но и к сельским. Теперь представители торгово-ремесленных кругов (вольноотпущенники, городской плебс), будучи более равномерно распределены по трибам, могли оказывать влияние на голосование и более организованно отстаивать свои интересы в комициях. Проведение этой реформы означало фактическое приравнение денежного ценза к земельному. Это было тем более вероятно, что примерно к тому же времени следует приурочить начало чеканки монеты в Риме. Вероятно также, что к данному периоду относится одна из последних редакций конституции, приписываемой Сервию Туллию.

С именем Аппия Клавдия связаны два крупнейших сооружения: первая мощёная дорога от Рима до Капуи («виа Аппиа»), имевшая большое военно-стратегическое значение, и водопровод длиной в 15 км, обеспечивавший Рим питьевой водой.

Завершение борьбы между плебеями и патрициями

В IV в. до н. э. плебеям стали доступны все должности, включая и высшие жреческие. К 287 г. традиция относит новую сецессию плебеев (на Яникульский холм). Назначенный из плебеев диктатор Квинт Гортензий провёл закон, сущность которого сводилась к повторению закона Валерия и Горация (очевидно, вследствие его нарушений): решения трибутных комиций получают силу закона для всех граждан и не нуждаются в одобрении сената. Обычно события 287 г. рассматриваются как завершение борьбы между патрициями и плебеями, результаты которой привели к существенным изменениям в социальной структуре Римского государства.

Собственно, именно теперь и складываются сословия (ordines) в римском понимании этого слова. Вследствие вымирания значительной части старых патрицианских родов, с одной стороны, и роста плебейской знати — с другой, происходит слияние патрицианско-плебейской верхушки и превращение её в единое привилегированное сословие — нобилитет. Поскольку уничтожается понятие патрицианской (родовой) знати, постольку исчезает и понятие плебеев в его старом социальном значении. Теперь под словом «плебс» начинают понимать просто низшие слои городского и сельского населения. Итог борьбы патрициев и плебеев, борьбы, которая свела на нет пережитки родового строя в Риме, знаменует собой коренное изменение в расстановке классовых сил, оформление классово-сословной структуры римского рабовладельческого государства. Именно это имеет в виду Энгельс, когда он говорит: «...победа плебса взрывает старый родовой строй и на его развалинах

Виа Аппиа.

воздвигает государство, в котором скоро совершенно исчезают и родовая аристократия и плебс».

В результате завершения борьбы между патрициями и плебеями произошла демократизация римского государственного аппарата, однако в очень ограниченных рамках. Правда, при слиянии патрицианско-плебейских органов власти победа часто оставалась за плебсом (например, роль трибутных комиций, реформы Аппия Клавдия), но всё же в итоге борьбы политическая власть оказалась в руках новой знати — нобилитета. Изменился социальный состав и характер римской аристократии, но аристократический характер республики сохранился.

Главный вопрос, вокруг которого шла борьба, — аграрный — не получил разрешения. Борьба мелкого землевладения с крупным вступила в новый этап: вследствие начавшейся концентрации крупной земельной собственности мелкий землевладелец—крестьянин оказался теперь перед угрозой полного разорения и пауперизации.

И, наконец, в это время происходит важнейший сдвиг в развитии рабовладения. Благодаря запрещению долгового рабства Рим вступил на путь развития античной формы рабовладения. Эксплуатация раба-иноплеменника открывала неограниченные возможности экстенсивного развития рабовладельческого хозяйства. С другой стороны, запрещение превращать в раба соплеменника придавало внутреннее единство и силу коллективу римских рабовладельцев.

Культура и идеология раннереспубликанского Рима

Сами римляне определяли свою гражданскую общину термином civitas, под которым и следует понимать совокупность граждан, их объединение в общество и государство. Во всяком случае, именно такой смысл вкладывали в понятие civitas римские философы и юристы.

В эпоху ранней Римской республики складывается своеобразная идеология, характерная для замкнутой аграрной общины, в которой сохранялись пережитки родового строя. Римский писатель и крупнейший политический деятель Катон Старший, рассматривая земледелие как одну из гражданских доблестей, писал, что предки, «хваля доброго мужа, хвалили его как земледельца и сельского хозяина». Но сельским хозяином и владельцем земли каждый римлянин становился только в силу того, что он являлся членом общины. Сознание этого было живо в римлянах раннереспубликанской эпохи и удивительно ярко отражено в своеобразной полисной морали. Порядок и последовательность нравственных обязанностей римского гражданина были точно определены: сначала долг по отношению к общине, затем — к семье и родственникам и на последнем месте — забота о личном благе. Считалось, что только община в целом может даровать человеку отличия, честь, славу, только она является высшей инстанцией для признания его заслуг. Поэтому деятельное участие в respublica (общегосударственных делах) — необходимая и обязательная черта морального облика всякого «достойного гражданина».

Но зато признавался авторитет лишь своей общины, почитались только «обычаи предков». Всё неримское, всё, заносимое извне, подвергалось самому решительному осуждению. Для идеологии раннереспубликанского общества характерны черты консерватизма, приверженность к традициям и вражда ко всяким новшествам.

Специфическим продуктом развития римского общества было право, деятельная разработка которого начинается в V—IV вв. Хотя первоначальные элементы этого права зародились ещё в царский период, но основные понятия были сформулированы в эпоху ранней республики. Отправным пунктом, видимо, служили законы XII таблиц, к которым постепенно присоединялись законы, принимаемые комициями. В дальнейшем в развитии римского права большую роль сыграли так называемые преторские эдикты, которые расширяли и исправляли действующие правовые нормы.

Раннереспубликанское право устанавливало и определяло возможные способы приобретения собственности. Основным способом была так называемая манципация — особый обряд вступления в собственность, выполнявшийся в присутствии свидетелей. Развитие отношений собственности привело также к созданию наследственного права.

Процесс судопроизводства носил чрезвычайно формальный характер. Всякий иск должен был основываться на определённом законе и выражаться в строго определённых формулировках. Малейшая ошибка в формулировке могла повлечь за собой проигрыш всего процесса. Эти процессуальные формулы предполагали участие в процессе жрецов-понтификов, которые, таким образом, были первыми римскими юристами и толкователями права.

К начальным векам республики относится и зарождение римской литературы. Устное народное творчество, включающее в себя зачатки эпической поэзии, лирики и драмы, несомненно, существовало в Риме с незапамятных времён, однако образцы его до нас дошли в столь скудных отрывках, что мы скорее догадываемся, чем знаем о его существовании. Это объясняется тем, что римляне в тот период, когда у них пробудились литературные интересы, находились под влиянием эллинистической культуры и римские писатели обращались не столько к памятникам народного творчества, сколько к греческим образцам и канонам.

К устному народному творчеству следует отнести религиозные гимны, застольные песни и похоронные песнопения. Зародышем римской драмы были шуточные стихи, часто непристойного характера, так называемые фесценнины, распевавшиеся во время народных празднеств после жатвы и сбора винограда. В начале IV в. в Риме, по свидетельству Тита Ливия, впервые появились этрусские танцоры, имевшие, видимо, большой успех. Их римские подражатели вскоре стали сочетать танец с диалогом. Дальнейший путь развития драматического искусства уже приводит к появлению «правильной» драмы по греческому образцу.

Что касается письменных памятников раннереспубликанского периода, то, как они ни скудны, они всё же свидетельствуют о некотором развитии римской поэзии и прозы. К таким памятникам должны быть прежде всего отнесены надгробные эпитафии (элогии), написанные старинным сатурническим стихом. До нас дошло несколько таких эпитафий на гробнице Сципионов, древнейшая из которых относится к началу III в. Первым римским поэтом традиция считает Аппия Клавдия, знаменитого цензора, который к тому же впервые начал литературно обрабатывать и издавать свои речи.

Образцом ранней римской прозы были так называемые анналы, т. е. погодная летопись, которая велась главными понтификами. О методе составления этих летописей Цицерон сообщает следующее: «...главный понтифик записывал все события каждого года и, записавши их на белой доске, выставлял её у своего дома с той целью, чтобы народ имел возможность ознакомиться с этими событиями». Образцы этой летописи до нас не дошли, но, по свидетельству самих древних, записи велись весьма примитивно: отмечались начало и конец войны, триумфы полководцев, заключение договоров и всякие стихийные бедствия (неурожай, наводнения и т. п.). Хотя древние неоднократно жаловались на сухость анналов, но они, несомненно, легли в основу развития древнеримской историографии. В дальнейшем один из понтификов — Публий Муций Сцевола собрал и опубликовал их под названием «Великие анналы».

Завоевание Центральной Италии Римом

Хотя галльское нашествие не оставило глубокого следа в жизни римского общества, но внешнее положение Рима заметно пошатнулось. Риму снова пришлось вести упорную борьбу с вольсками, эквами, этрусками. Даже старые союзники римлян — герники и некоторые латинские города сделали в это время попытку освободиться от его гегемонии. Почти 50 лет понадобилось на то, чтобы восстановить Латинскую федерацию, распавшуюся после галльского вторжения.

Только с середины IV в. Рим, окончательно восстановивший своё положение в Лации, возобновляет агрессивную политику. Положение в Средней Италии в это время облегчало захватнические устремления римлян. Там шла борьба между федерацией воинственных горных племён — самнитов и племенами Кампании за богатое и плодородное побережье, в частности за город Капую.

Традиционная версия так называемой первой Самнитской войны (343—341 гг.) настолько недостоверна, что некоторые современные исследователи считают эту войну вымышленной. Вероятнее всего, крупных военных действий не было, и римляне поспешили заключить мир с самнитами, так как им угрожала опасность со стороны латинских союзников.

Эпизод из Самнитской войны.
Фреска с Эсквилинского холма в Риме.
III—II вв. до н. э.

Латинские города, подчинённые Риму, решили воспользоваться его борьбой с самнитами, чтобы добиться равноправного положения в Латинской федерации. Латины, если верить традиции, потребовали половины мест в сенате и одного консульского места. Когда римляне категорически отвергли эти требования, началась Латинская война (340—338 гг.). В этой войне, по существу говоря, решался вопрос о том, станет ли Рим рядовым латинским городом или же латины превратятся в подданных Рима. Против Рима образовалась сильная коалиция, в которую, помимо латинов, вошли аврунки, вольски и даже кампанцы. Решительное сражение произошло при Трифане, около Суессы, где римляне одержали полную победу. Мир с латинскими городами и общинами был заключён на различных условиях: населению ближайших к Риму городов были дарованы права римского гражданства, другие латинские общины были уравнены с римлянами во всех гражданских правах, кроме права голоса в комициях. Этим было положено начало латинскому гражданству.

Во время Латинской войны римлянам удалось сохранить союз с самнитами, которые даже оказали им во время этой войны существенную поддержку. Но после покорения латинов Рим снова устремляет свои взоры на богатую Кампанию. Захват римлянами греческого города Неаполя послужил предлогом к новой, второй Самнитской войне (326—304гг.). Вначале она развивалась успешно для римлян, но, когда военные действия были перенесены в горную часть Самния, успехи сменились поражениями. В 321 г. римское войско, попавшее в ловушку в Кавдинском ущелье, вынуждено было сдаться на милость победителя и совершило позорный обряд прохождения «под игом». Этот обряд заключался в том, что воины побеждённой армии проходили под копьём, положенным на две стойки наподобие ворот. Перелом в ходе войны наступил лишь в 314 г., когда римляне проникли в Апулию, а затем заняли главный город самнитов Бовиан. Однако по мирному договору 304 г. самниты уступили римлянам лишь Кампанию.

Через шесть лет вспыхнула третья Самнитская война (298—290 гг. до н. э.). Самнитам удалось организовать против Рима сильную коалицию, к которой примкнули этруски, северо-италийское племя умбров и даже галлы. Это вынуждало римлян вести борьбу на два фронта. Решительное сражение произошло в Северной Умбрии при Сентине (295 г.). Вскоре весь Самний, Северная Этрурия и Умбрия подчинились Риму. После ещё одной крупной победы над соединёнными силами этрусков и галлов (288 г.) Рим овладел всей Средней Италией — от долины реки По до северных границ Лукании. Таков был итог войн IV в. до н. э., превративших Рим в одно из крупнейших государств того времени.

Римская армия
Самнитский воин.
Статуэтка V в. до н. э. Бронза.

В ходе этих длительных и упорных войн сложилась и окрепла военная организация Рима. Римская армия представляла собой народное ополчение и комплектовалась путём набора граждан, начиная с 17-летнего возраста. Все римляне обязаны были служить в армии, стаж военной службы был необходим для получения государственных должностей. Военная служба считалась не только обязанностью, но и честью: к ней допускались только полноправные граждане. Пролетарии, в соответствии с конституцией Сервия Туллия, не несли строевой службы, рабы в армию вообще не допускались. Уклонение от воинского долга каралось весьма сурово: виновный мог быть лишён гражданских прав и продан в рабство. В ранний период республики армия в случае военной опасности набиралась по распоряжению сената и консулов, а после окончания военных действий распускалась. Формально такое положение сохранялось довольно долго, но уже в IV, а тем более в III в. вследствие почти беспрерывных военных действий армия фактически становится постоянной. Служба в армии в ранние годы республики не оплачивалась: каждый воин сам должен был заботиться о своём вооружении и продовольствии, только всадники получали от государства коней или соответствующую сумму на их приобретение. В зависимости от своего имущественного положения римляне служили в коннице, в тяжелой или (наименее состоятельные) легковооружённой пехоте. В конце V в. до н. э. была проведена военная реформа, приписываемая полулегендарному герою Вейентинской и Галльской войн Марку Фурию Камиллу, в соответствии с которой устанавливалось жалованье воинам, выдавалось казенное вооружение и продовольствие, а также изменялось построение армии.

Римская армия подразделялась на легионы, численный состав которых колебался от 4 200 до 6 000 человек. До реформы легион представлял собой фалангу тяжеловооружённых пехотинцев до восьми рядов в глубину. Конница и легковооружённая пехота размещались обычно на флангах и использовались преимущественно как резервы. Реформа заключалась в реорганизации этой малоподвижной фаланги и введении так называемого манипулярного строя. Каждый легион был разделён на 30 тактических единиц — манипулов. Каждый манипул в свою очередь делился на две центурии. Легионы строились теперь по принципу опытности воинов в три боевые линии: в первой стояли молодые воины (так называемые гастаты), во второй — более опытные (принципы) и в третьей — ветераны (триарии). Каждая линия распадалась по фронту на 10 манипулов; манипулы первой линии были отделены друг от друга определёнными интервалами, манипулы же второй линии выстраивались против интервалов первой линии, манипулы триариев строились за интервалами второй линии.

Манипулярный строй обеспечивал значительную свободу манёвра. Бой обычно начинался следующим образом: движущийся вперёд строй метал в ряды неприятеля дротики. Залп дротиков открывал путь к рукопашной схватке, в которой главным оружием были меч, копьё, а для обороны — щит, шлем и панцирь. Большое преимущество римского боевого порядка и заключалось в этом сочетании рукопашного боя с предварительным метанием дротиков на расстоянии.

План римского лагеря для двух легионов.
Схематическая реконструкция по Полибию: 1. Преторий, площадь, где находилась палатка командующего.
2. Форум, площадь, служившая для сходок. 3. Алтарь. 4. Помещения преторианской когорты, личной стражи командующего.
5. Казармы вспомогательной конницы. 6. Казармы легионеров. 7. Казармы вспомогательных отрядов пехоты.
8. Казармы отряда ветеранов, вновь призванных на военную службу. 9. Площадь, где находилась палатка квестора.
10. Главная улица лагеря. 11. Улица, параллельная главной, на которой помещались торговавшие с солдатами купцы.
12. Улица, отделявшая части, расположенные непосредственно у укреплений, от внутренней части лагеря.
13. Улица, соединявшая преторий с воротами лагеря. 14. Промежуток между окружавшим лагерь оборонительным валом и первыми казармами.
15. Ворота лагеря.

Бой начинали легковооружённые, которые строились перед фронтом легиона. Затем, после вступления в бой основных сил, легковооружённые отступали в интервалы между манипулами, и бой вела уже первая линия, т. е. гастаты. Если противник оказывал стойкое сопротивление, то в интервалы первой линии вступали манипулы принципов, создавая таким образом уже сплошной фронт. Только в крайнем случае, когда исход боя не мог быть решён без привлечения резервов, в сражение вступали триарии. У римлян существовала пословица: «Дело дошло до триариев», означавшая, что дело доведено до крайности.

К высшему командному составу принадлежали консулы, которые были главнокомандующими, их помощники — легаты и командиры легионов — военные трибуны. В случае особой опасности для государства высшее командование передавалось диктатору. Это была необычная магистратура, создаваемая на сравнительно короткий срок (полгода). Диктатор осуществлял полноту военной и гражданской власти, по армии он назначал себе помощника — начальника конницы. Основной фигурой низшего командного состава был центурион. Центурион первой центурии одновременно был командиром всего манипула. В ранний период республики вооружённые силы обычно состояли из четырёх легионов; каждый консул командовал двумя легионами. Когда армии объединялись, консулы, по римскому обычаю, командовали поочерёдно.

Кроме легионов, состоявших исключительно из римских граждан, в римской армии были ещё так называемые союзники, вербовавшиеся из покорённых племён и общин Италии. Они обычно представляли собой вспомогательные войска, располагавшиеся на флангах легионов. На один легион полагалось 5 000 пехотинцев и 900 всадников из числа союзников.

Особенностью римской военной тактики было устройство укреплённых лагерей. Место, где римское войско останавливалось хотя бы на одну ночь, непременно окружалось рвом и валом. Лагерные укрепления исключали внезапное нападение врага и давали возможность сочетать преимущество наступательных действий с оборонительными, так как лагерь всегда служил опорной базой, куда войско могло укрыться в случае необходимости.

В римской армии царила железная дисциплина. Порядок и повиновение ставились превыше всего, всякое уклонение от них каралось беспощадно. За невыполнение приказа полагалась смертная казнь. Главнокомандующий имел право распоряжаться жизнью не только рядовых солдат, но и военачальников. Если отряд римлян бежал с поля битвы, проводилась децимация: отряд выстраивали, и каждый десятый подвергался смертной казни.

Воины, отличившиеся на поле битвы, получали повышение по службе, серебряные или золотые знаки отличия, но высшей наградой считался лавровый венок. Полководцу, одержавшему крупную победу, давался титул императора и назначался триумф, т. е. торжественный въезд в город во главе победоносных легионов.

Такова была римская военная организация, которая в значительной мере обусловила победы Рима над другими италийскими народами и содействовала в дальнейшем установлению господства Рима над всем Средиземноморьем.

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Ас — медная римская монета V—II вв. до н. э. весом 327,5 г.