;

РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО КИТАЯ В XII—VI ВВ. ДО Н.Э.

Китайское общество в период XII—VI вв. до н. э. сделало большой шаг вперёд в своём развитии. По сравнению с периодом Шан (Инь) поднялись на более высокую ступень производительные силы — улучшилась техника обработки земли, стало широко применяться искусственное орошение полей, развились ремёсла, торговля. Увеличивается количество рабов, труд которых используется в основных областях производства. Укрепляется рабовладельческое государство, усложняется его структура. Происходят изменения и в земельных отношениях; развивается крупное землевладение. Под властью династии Чжоу и подчинённых ей царств находилась более обширная территория, чем под властью государства Шан (Инь). На востоке граница государства Чжоу достигала Жёлтого моря, на северо-востоке захватывала современную провинцию Хэбэй севернее Пекина, на севере пересекала провинцию Шэньси, на северо-западе захватывала часть провинции Ганьсу, на юго-западе включала часть Сычуани, на юге граница проходила южнее реки Янцзы.

Время правления династии Чжоу (XII—III вв. до н. э.) делится на три периода: период Западного Чжоу (1122—771 гг.), Восточного Чжоу (770—403 гг.) и период «воюющих царств» (Чжаньго, 403—221 гг.). Период Восточного Чжоу датируется также 770—249 гг. до н. э., поскольку царство Восточное Чжоу просуществовало до 249 г. до н. э.

Иногда особо выделяется период Чуньцю (722—481 гг. до н. э).

1. Китай в период Западного Чжоу (XII—VIII вв. до н.э.).

Для характеристики общественного строя Западного Чжоу имеется гораздо больше источников, чем для иньского времени. Прежде всего такими источниками являются «Ши цзин» — «Книга песен»1, «Шу цзин» — «Книга документов», или «Книга исторических преданий», а также надписи на бронзовых сосудах. В этих источниках, в особенности в песнях «Ши цзина», отражено существование классов и классовой эксплуатации, а также сословных различий. В песнях «благородный», т. е. господин или правитель, противопоставляется низам — сяо минь (мелкий люд) или шу минь (весь народ). Во многих песнях говорится о подневольном труде на эксплуататоров и указывается на их тунеядство.

Вы не сеете, вы не жнёте,

Каким же образом вы получаете доходы

С трёх хозяйств?

Вы не трудитесь на охоте,

Откуда же во дворе у вас висят

Шкуры барсуков?

Вы не сеете, вы не жнёте,

Как же вам достается огромное

Множество снопов?

Господствующее положение в обществе занимала рабовладельческая аристократия. К ней относилась чжоуская наследственная знать (правящий дом), чжоуская военная знать, выдвинувшаяся в период покорения царства Шан (Инь), а в дальнейшем и знать других племён, должностные лица гражданской администрации, часть иньской рабовладельческой аристократии, уцелевшая после покорения. Кроме того, видное место занимали незнатные рабовладельцы, главным образом купцы, приобретавшие у разорявшейся наследственной аристократии крупные земельные владения и рабов.

Земледельцы (нунфу) влачили жалкое существование. Работая на своих общинных наделах, они в то же время не только обрабатывали землю, доход с которой шёл правителям царств или другим представителям рабовладельческой аристократии, но и выполняли целый ряд тяжёлых повинностей. Они работали в течение года с раннего утра до позднего вечера без отдыха.

В самом низу общественной лестницы находились рабы. Они были бесправными, их в любую минуту, по прихоти господина, могли убить, продать, как скотину. Как и при династии Шан (Инь), но в меньших масштабах, в период Чжоу вместе с умиравшим знатным рабовладельцем хоронили его рабов, иногда живыми, иногда же их перед захоронением убивали. Этот обычай продержался, видимо, долго, так как о захоронениях рабов вместе с умершим царём сообщают и более поздние источники.

Число рабов в государстве Западного Чжоу увеличивается. Источники сообщают, что часть завоёванного иньского населения была превращена в рабов и вместе с захваченными землями пожалована чжоуским царём рабовладельческой аристократии.

Часть иньского населения — та, которая не оказывала чжоусцам сопротивления во время войны, — не была превращена в рабов и осталась в своих сельских общинах, но тоже попала в зависимость от чжоуской аристократии. Источники свидетельствуют также о том, что другая часть иньского населения была использована на строительстве города Лои (позднее Лоян в провинции Хэнань) и затем поселена там, причём ей были предоставлены жилища и пахотные поля. Обращаясь к этой части покорённого населения, чжоуский правитель уговаривает иньцев подчиниться законам Чжоу и обещает им земли. Части иньской рабовладельческой знати было поручено управлять покорившимися иньцами, а некоторым знатным иньцам были пожалованы крупные владения и чжоуские титулы.

Земельная собственность и землевладение рабовладельческой знати

Верховным собственником земли являлся царь (ван). Он распоряжался земельной собственностью, жалуя землёй и отбирая её. В древнем китайском литературном памятнике («Ши цзин») это выражено следующими словами:

Под бескрайным небом нет земли, которая не была бы царской;

По всей стране — до края (до моря)

Нет никого, кто бы не был царским слугой (чэнь).

После завоевания Иньского царства его территория была разделена между представителями знати — родичами и приближёнными чжоуского царя. Источники указывают на то, что пожалованных областей, фактически полусамостоятельных царств, было 71, из них 53 получили родичи царствовавшего дома. Установить подлинные размеры земельных владений рабовладельческой аристократии в чжоуский период не представляется возможным, так как свидетельства источников противоречивы. Из этих свидетельств можно лишь сделать вывод, что чжоуские цари жаловали аристократию различными земельными владениями в зависимости от степени знатности. Правители областей, на которые был разделён Китай в период Западного Чжоу, обязаны были отдавать часть своих доходов в виде регулярных отчислений чжоускому монарху. Области жаловали не только родичам чжоуского правящего дома, но и вождям племён, участвовавших в походе против царства Шан (Инь).

Царские родичи и союзные вожди племён, получавшие от чжоуского царя земельные территории, в свою очередь передавали землю более мелкими участками своим подчинённым — управителям, сановникам — главным образом военачальникам, представителям учёной бюрократии. При пожаловании земель определялись границы их. Развивается крупное землевладение рабовладельческой аристократии. Данных о пожаловании земель очень много: они встречаются и в надписях на бронзе и в литературных памятниках. Иногда пожалованные земли измеряются единицами, иногда десятками «полей»2. Например, в одной надписи на сосуде сообщается: «Дарю тебе лошадей — 10, быков — 10, дарю одно поле в местности Ван, дарю одно поле в ... (неразборчивый знак), дарю одно поле в Дуе, дарю одно поле в Цзе». В другой надписи говорится о пожаловании 50 полей в Юй и 50 полей в Цзао.

Рабовладельческая знать свободно распоряжалась своими владениями и, по-видимому, землю можно было отчуждать, сдавать её в аренду или закладывать. Об этом свидетельствуют надписи на бронзовых сосудах. Например, в одной из надписей говорится о том, что некий правитель Бо Ши подарил своему подчинённому лук, стрелы, пять семейств рабов и десять участков земли.

Из другой надписи мы узнаём, что некий человек подал жалобу царю на другого за то, что тот не выполняет условий договора о земле предков, по-видимому сданной в аренду. Царь приказал под угрозой строгого наказания виновного вернуть жалобщику землю, о чём и была сделана надпись на сосуде, который владелец земли завещал своим потомкам хранить вечно. О закладе земли свидетельствует следующая надпись на бронзовом сосуде: «Гэ Бо отдал Пэн Шану колесницу с хорошими лошадьми (четвёркой), за что Пэн Шан отдал ему в заклад 30 участков земли».

Во времена Западного Чжоу во владении землёй формально ещё сохраняется зависимость от воли царя. Но в этот период уже появляется тенденция к превращению владений в частную земельную собственность. В дальнейшем, с ослаблением власти чжоуских царей, происходит превращение права крупных рабовладельцев на владение землёй в право собственности на землю.

Сельская община

Общинное землепользование продолжало играть в период Западного Чжоу столь же большую роль, что и во времена Шан (Инь). Земля в общине была распределена, по-видимому, по системе так называемых «колодезных полей», о чём мы уже упоминали. Древнекитайский писатель Мэн-цзы, охарактеризовавший эту систему, указывает, что если в период Шан (Инь) надел земли на каждую семью составлял 70 му, то в период Чжоу он равнялся 100 му. Мэн-цзы так описывает систему «колодезных полей», т. е. общинное землепользование, в период Чжоу: «Квадратный ли (мера длины) составлял «колодец» (цзин), последний равнялся 900 му. В середине его («колодца») было общественное поле (гун тянь). Каждое из восьми семейств имело частных земель (т. е. земель в частном, личном пользовании) 100 му, общественное поле (они) обрабатывали совместно. По окончании общественных дел (т.е. после обработки общественного поля и выполнения других повинностей) могли затем устраивать личные дела».

Ко времени Мэн-цзы общинное землепользование уже не существовало в том виде, как это имело место в Западном Чжоу, поэтому Мэн-цзы, характеризуя систему «колодезных полей», ссылается на древние книги, в частности на «Ши цзин», в которой есть указание на существование как общественных, так и частных полей. «Оросите наши общественные поля (гун тянь), а затем и наши частные (поля)», — говорится, например, в этой книге. Общественные земли, доход с которых целиком шёл в пользу правителя царства или другого лица, которому была передана данная территория обрабатывались в первую очередь, а затем уже обрабатывались частные поля, находившиеся в пользовании отдельных общинников.

Свободные общинники обязаны были, кроме обработки общественных полей, нести военную повинность, вносить отчисления с доходов в пользу общинных храмов, приносить жертвы душам умерших предков и т.д.

Устройство сельских общин, судя по данным исторических источников, было неодинаковым в различных царствах. Наиболее типичным было, по-видимому, следующее: пять семейств составляли соседскую общину — линь, пять таких общин составляли деревню — ли, четыре ли образовывали «клан» — цзу, пять цзу составляли группу — дан, пять дан составляли округ — чжоу, пять чжоу образовывали сян, который состоял из 12 500 дворов. Самой низшей была административная должность старосты соседской общины (пяти семейств). Во главе высшей административной единицы (сян) стоял управитель — цин. Имелись и другие виды административного членения.

Рабство

Рабы, как и в предшествующий период Шан (Инь), имели различные названия. Многочисленные надписи на бронзовых сосудах свидетельствуют о дарении царём своим подчинённым, слугам, представителям рабовладельческой аристократии десятков, сотен, а иногда и тысяч семейств рабов. Так, на бронзовом сосуде, относящемся к 23-му году царствования Кан вана (1056 г. до н. э.) была сделана надпись о пожаловании одному из вельмож за заслуги более тысячи рабов. Другие надписи на бронзе также свидетельствуют о значительном числе пожалованных рабов, причём рабов дарили вместе с другими вещами. Например: «Я дарю тебе колесницы, лошадей, оружие, рабов в количестве 350 семейств» или «Цзян подарил Лину раковин 10 связок, рабов-слуг (чэнь) 10 семейств, рабов (ли) 100 человек».

Характерно, что в большинстве надписей на бронзе и в литературных памятниках сообщается о дарении не только рабов-одиночек, но и целых семей. Следовательно, можно сделать вывод, что в период Чжоу рабы имели свои семьи.

Рабов можно было купить и продать. Рабы ценились не дороже скота. В одной надписи (рубеж Х—IX вв. до н. э.) читаем: «Одну лошадь и моток шёлка обменял на 5 рабов». О купле и продаже рабов имеется немало данных. В «Книге перемен» («И цзин») делается такое указание: «В пути, имея средства за пазухой, приобретёшь рабов (тун и пу).

Ряды рабов пополнялись за счёт военнопленных и завоёванного мирного населения. Так было с иньцами и с другими племенами, покорёнными чжоусцами. В рабов превращали и государственных преступников, а также их семьи. Потомки рабов считались рабами.

Труд рабов весьма широко использовался в различных отраслях хозяйства времён Западного и Восточного Чжоу. В надписях на бронзе часто говорится о дарении рабов одновременно с землёй, что, несомненно, свидетельствует о применении рабского труда в земледелии. Рабов использовали также в скотоводстве, они работали и как ремесленники. Рабы выполняли и домашние работы во дворцах царя и рабовладельческой аристократии. Они обслуживали различные правительственные учреждения, их использовали при сооружении оросительных каналов. Они участвовали в охотах, которые устраивала знать. Как и при иньской династии, рабы из различных покорённых племён использовались в зависимости от их навыков.

Государственный строй

Государственный строй Чжоу можно характеризовать как наследственную деспотию во главе с царём — ваном. Его власть распространялась не только на царские владения, но и на территории многих областей, непосредственно управлявшихся правителями различных рангов. Существование этих областей со своими армиями, своим правительственным аппаратом в дальнейшем (после VIII в. до н. э.) обусловило наряду с другими причинами ослабление царской власти.

Чжоуское государство кроме функции укрепления господства рабовладельцев и удержания в подчинении эксплуатируемых выполняло и другую функцию — оно боролось с окружающими кочевыми племенами. В первый период Чжоу эту борьбу вели главным образом те военные силы, которые находились в непосредственном подчинении чжоуского царя; только частично использовались войска и остальных областей. В дальнейшем роль этих войск областей всё более возрастает.

Правители областей, получившие в управление из рук чжоуского царя ту или иную территорию, обязаны были являться ко двору в известные сроки. Это подчёркивало их зависимость от царя. Приезд ко двору обычно сопровождался вручением правителям подарков и грамоты, чем подтверждались их права на владение территорией. В литературных памятниках часто встречаются упоминания о прибытии правителей царств ко двору. Приём их проходил в торжественной обстановке. Царь обращался к представителю знати, получавшему грамоту, со следующими словами: «Будь поддержкой своему государю против тех правителей, которые не являются ко двору». Или: «Я расширю твои земли, чтобы ты был опорой дома Чжоу».

Правители областей носили различные титулы и представляли высшую рабовладельческую знать в чжоуском обществе. Ниже их по своему положению были более мелкие рабовладельцы и землевладельцы, сановники, управители и советники, военачальники, служилые люди. Они находились на службе у правителей различных областей или царств.

Строго говоря, централизованного государственного аппарата в течение всего периода Чжоу, и тем более во вторую половину его, не существовало. Различные области представляли собой по существу отдельные царства.

Предание приписывает царю Чэн вану (1115—1079) реорганизацию и укрепление государственного аппарата. Во главе его стояли так называемые «три гуна» («великий наставник», «великий учитель» и «великий покровитель»), являвшиеся главными советниками царя. Кроме того, значительную роль в государстве Чжоу играли три управителя: один ведал культом; другой возглавлял ведомство общественных работ — в его ведении находился земельный фонд и ирригационная система; третий («великий начальник лошадей», или конюший) управлял военным ведомством. Безусловно, существовали и другие органы государственного управления, в частности карательные органы, однако до нас не дошли достоверные данные, на основании которых можно было бы охарактеризовать весь государственный аппарат времени Чжоу.

Видную роль в Западном Чжоу играли жрецы и гадатели. Существовали должности верховного жреца и «великого гадателя». На обязанности первого лежало выполнение религиозных обрядов, главным образом поддержание культа предков, принесение жертв предкам чжоуских царей.

Западное Чжоу в XII—IX вв. до н.э.

После создания государства Западного Чжоу его царям пришлось вести борьбу с покорённым населением царства Инь, а также с некоторыми представителями чжоуской рабовладельческой знати.

После смерти У вана, основателя Западного Чжоу, произошло восстание, возглавленное сыном последнего иньского царя У Гэном, который воспользовался борьбой среди чжоуской знати в связи с назначением регента при малолетнем наследнике престола. У Гэна поддержали младшие братья У вана, недовольные регентом, а также некоторые вожди племён, подчинявшихся чжоусцам. Восстание было вскоре подавлено. У Гэн и другие руководители были казнены, замешанные в восстании братья У вана сосланы. Были уничтожены 17 владений (мелких царств), выступавших на стороне У Гэна. На некоторое время положение внутри государства Чжоу стабилизировалось.

Вся последующая история Западного Чжоу проходит под знаком постоянных войн с кочевыми племенами. Источники приводят много сообщений о выступлениях непокорных северо-западных племён. О масштабах борьбы с племенами можно судить по надписи на одном бронзовом сосуде, в которой сообщается о карательной экспедиции против племени гуйфан и захвате пленных в количестве 13 081. Длительную борьбу пришлось вести Чжоу с северными племенами (бэйди), во главе которых стояло племя сяньюнь (впоследствии называвшееся сюнну, или гуннами). Ожесточённая борьба велась также с восточными, южными и западными (сижун, «западные жуны») племенами. Войны с этими племенами продолжались в течение всего времени существования царства Западного Чжоу.

Развал Западного Чжоу

Свидетельства внутренней непрочности царства Чжоу появляются уже в период царствования Чжао вана (1052—1002). Великий китайский историк Сыма Цянь в своих «Исторических записках» говорит об этом периоде: «Путь царя клонился к упадку». Дальнейшие события свидетельствуют об этом со всей очевидностью.

В царствование Ли вана (878—842) ослабляются связи центральной власти с правителями зависимых царств. Правители областей прекращают свои приезды ко двору, не присылают дани. Источники отмечают также недовольство народных масс деспотизмом Ли вана, усилением рабовладельческой эксплуатации. Сыма Цянь в следующих словах рассказывает о социальных противоречиях того времени: «Царь осуществлял тиранию и деспотизм, предавался пиршествам. Люди государства поносили его. Шао гун (главный советник царя) усовещевал его, заявляя: «Народ не в состоянии выносить (ваших) повелений». Царь разгневался, поручил вэйскому колдуну произвести розыск хулителей. Оговорённые им предавались казни. Хулителей стало меньше. Но правители царств не являлись ко двору. На 34-м году царствования царь ввёл ещё большие строгости. Люди государства не осмеливались разговаривать...».

Террор, однако, не смог подавить недовольство. В 842 г. до н. э. вспыхнуло восстание. К сожалению, в источниках о нём сообщается очень немного. Известно лишь, что восставшие напали на дворец царя. Ли вану пришлось бежать. Его сын Цзин, наследник престола, спрятался в доме главного советника Шао гуна. Восставшие жители столицы, узнав об этом, осадили дом советника и потребовали выдачи Цзина. По преданию, Шао гун выдал повстанцам своего сына вместо царевича Цзина и тем самым спас последнего от смерти. Факт изгнания царя свидетельствует о напряжённой классовой борьбе в этот период.

После смерти бывшего царя Ли вана (828 г.) управлявшие страной регенты возвели на престол царевича Цзина, который известен в истории под именем Сюань вана (827—782). Его царствование отмечено неудачными войнами с западными кочевыми племенами — жунами. В одном сражении с ними (в 789 г.) войска Сюань вана были наголову разбиты, в связи с чем ему пришлось прибегнуть к новому набору воинов, что вызвало повсеместное недовольство населения.

Всё свидетельствовало о развале Западного Чжоу. В царствование Ю вана (781—771) против последнего восстал отец царицы (жены Ю вана). Он пошёл на соглашение с кочевыми племенами; последние вторглись в столицу и убили Ю вана. Возведённый на престол сын Ю вана, известный под именем Пин вана, в 770 г. перенёс столицу из Хао на восток — в Лои. С этого времени, по китайской традиции, начинается период Восточного Чжоу.

Перенесение столицы на восток было вызвано наступлением кочевых племён, захвативших часть территории государства Западного Чжоу. Немного времени спустя страна распалась на ряд самостоятельных царств, не подчинявшихся более чжоуским царям. Последние, хотя ещё считали себя царями всей страны, на самом деле утратили реальную власть и превратились лишь в правителей небольшого владения — Восточного Чжоу.

2. Китай в VIII—VI вв. до н.э.

Период царствования Пин вана (770—720) был переломным в истории государства Чжоу. В этот период, как отмечает Сыма Цянь, «дом Чжоу клонился к упадку и ослабевал. Среди чжухоу (правителей царств) сильные поглощали слабых. Начали возвеличиваться царства Ци, Чу, Цинь и Цзинь. Власть осуществлялась тем, кто был гегемоном». Этот процесс поглощения сильными царствами слабых расшатал основы государства Чжоу; в то же время богатела кучка рабовладельцев, народ нищал, кочевые племена не видели уже в Чжоу прежнего грозного противника.

Развитие производительных сил

В период Восточного Чжоу происходят крупные изменения в экономической и политической жизни страны. Развиваются производительные силы общества в связи с применением железа для изготовления орудий труда (с VII в. до н. э.). О распространении железа в VI в. до н. э. свидетельствует тот факт, что, например, население царства Цзинь в отдельных случаях обязано было в виде налога поставлять железо. К этому времени появляются и земледельческие орудия из железа.

Применение железа расширило масштабы земледельческого производства, повысило производительность труда, улучшив обработку земли. Более широко стал использоваться в земледелии тягловый скот.

В связи с распространением железа развивается ремесло; оно поднимается на более высокую ступень по сравнению с ремеслом периода Шан (Инь) и Западного Чжоу; продукция ремесленного производства стала более совершенной и более разнообразной. В этот период усиливается обмен как внутри царств, так и между ними; появляются металлические деньги. В экономической и политической жизни возрастает роль купечества.

Развитие крупного землевладения

В VII—V вв. до н. э., в связи с ослаблением власти чжоуских царей и ростом самостоятельности правителей отдельных царств, право верховной собственности на землю фактически переходит из рук чжоуского царя в руки различных правителей. Правители распоряжались своим земельным фондом без ведома чжоуского царя, передавая участки подчинённым — управителям, военачальникам и другим служилым людям.

Правители царств передавали землю, по-видимому, не только за особые военные и политические заслуги, но и за постоянную службу. Об этом свидетельствует факт пожалования рабовладельческой знати и служилым людям различных по размеру земельных участков в зависимости от занимаемого положения. Эти земли передавались в наследственное владение, однако правитель мог конфисковать пожалованные земли. Крупные земельные владения в этот период расширялись также и за счёт насильственных захватов сильными у более слабых, что приводило к концентрации значительных земельных владений в руках рабовладельческой и служилой знати. Борьба за землю происходила не только между царствами, но и между отдельными знатными семействами.

Владение землёй было основой благополучия рабовладельческой аристократии. Об этом красноречиво говорит древний источник—«Го юй»3: «Гуны (правители царств) кормятся данью (налогами), сановники кормятся городами (или территорией, «и»), учёные (гражданские должностные лица) кормятся полями, простой народ питается силой (трудом)».

Таким образом, правители взимали дань, сановники «кормились» поборами с городов и поселений, а люди «учёные», входившие в состав правительственного аппарата, имели земли. Только народ жил своим трудом.

Характерным для периода Восточного Чжоу была потеря наследственной рабовладельческой знатью своих родовых земельных владений, которые переходили в руки военачальников, служилых людей и купцов. Это приводило к упадку наследственного землевладения родовой аристократии и означало укрепление частной собственности рабовладельцев на землю.

Такой процесс вёл к острой политической борьбе. Усиливавшиеся военачальники увеличивали свои земельные владения не только за счёт пожалований или захвата земель у менее могущественных землевладельцев, но иногда даже за счёт раздела владений свергнутых ими правителей царств. В качестве примера можно привести царство Лу, где в 562 г. до н. э. три семьи сановников поделили земельные владения правителя Лу.

Примером роста влияния сановников является возвышение дома сановника Чэнь-ши в царстве Ци в VI в. до н.э. Чэнь-ши использовал недовольство населения тяжёлыми налогами, введёнными правителем Ци, который взимал с населения две трети его дохода. Стремясь привлечь народные массы на свою сторону, он давал ссуды зерном на выгодных для населения условиях, в результате чего ему удалось добиться расположения народа и захватить власть. Как указывает «Цзо чжуань»4, народ «переходил на его сторону подобно тому, как река течёт (в море)». Аналогичные факты имели место и в других царствах.

Введение земельного налога. Разрушение «колодезной системы» общинного землевладения

Частнособственническое землевладение создавалось как за счёт перераспределения земельного фонда и перехода его в руки военачальников, сановников и купечества, так и за счёт скупки земель купцами или перехода в их руки земель наследственной знати за долги. Кроме того, в руки купцов попадала и часть общинных земель, находившихся в частном пользовании нищающих земледельцев-общинников.

В тесной связи с этим происходит разрушение общинного землевладения старого типа (так называемой системы «колодезных полей») и изменение форм эксплуатации, применявшихся рабовладельцами в отношении общинников-земледельцев. Этот процесс начался с VI в. до н. э. Проходил он в различных царствах неравномерно, различными темпами и в разные сроки. Наиболее полное развитие он получил позже (V—III вв. до н. э.), в период Чжаньго («воюющих царств»).

Один из первых ударов по общинному землевладению был нанесён введением в царстве Лу в 594 г. до н. э. земельного налога, взимавшегося с единицы земельной площади — му. Отныне вместо обработки общественных полей (гун тянь) земледельцы должны были уплачивать в пользу правителя царств или сановников налог со всей земли. Деление земли на общественные поля и частные поля утратило свой смысл.

Характерно, что в царстве Лу введение налога на землю, заменившего обработку общественных полей (гун тянь), было осуществлено не сразу, а постепенно. После первого раздела земель (562 г.) налог был введён только во владениях одной семьи военачальника Цзи-ши. Затем после нового раздела земель, в 537 г. до н. э., окончательно был введён земельный налог во всех частях царства Лу. Примерно в то же время этот налог был введён в царствах Чу (после 548 г. до н. э.) и Чжэн (в 538 г. до н. э.). При этом в царстве Чжэн он вызвал вначале недовольство населения. В упомянутых выше трёх царствах (Лу, Чу и Чжэн) введение земельного налога означало разрушение «колодезной системы» общинного землевладения. Однако такое положение было не во всех царствах. Например, в царстве Цинь «колодезная система» просуществовала до середины IV в. до н. э.

Период «У ба» — «пяти гегемонов»

В результате уничтожения монархии Западного Чжоу и усиления тех представителей рабовладельческой аристократии, которые были поставлены прежде чжоускими царями во главе отдельных областей, положение в стране резко изменилось. По существу с VIII в. до н. э. уже не было единого государства, страна распалась на множество самостоятельных и полусамостоятельных государств, которые вели между собой ожесточённую борьбу; в процессе этой борьбы происходило поглощение более слабых государств более сильными.

В VII—VI вв. до н. э. на территории Китая господствовало пять крупных царств, в подчинении у которых находились остальные, более мелкие царства. Эти пять царств получили в китайской истории название «пяти гегемонов» (или деспотов, «У ба»). Такими гегемонами были царства Ци, Чу, Цинь, Цзинь и в известной степени Сун.

Ци охватывало большую часть территории современной провинции Шаньдун. Столицей его был город Линьцзы. В первой половине VII в. до н. э. в Ци был проведён ряд экономических и военно-административных реформ, которые значительно укрепили это царство. Была установлена государственная монополия на соль и железо, проводились мероприятия по поощрению торговли, разработке недр, была упорядочена система налогов, взимавшихся с учётом качества земли, реорганизована армия, проведён строгий учёт податного населения, и официально было признано разделение его на сословия (учёные, земледельцы, ремесленники и торговцы). Царство Ци, несмотря на сравнительно небольшие размеры своей территории, сумело поглотить десяток других владений и царств. Оно было в течение свыше 20 лет гегемоном среди сильнейших царств.

Вторым гегемоном в течение нескольких лет в середине VII в. до н. э. было царство Сун.

В 632 г. выдвигается царство Цзинь. Оно поглотило свыше 20 владений и охватывало территорию всей современной провинции Шаньси, части провинций Хэбэй, Шаньдун, Хэнань и Шэньси. С востока на запад территория царства Цзинь простиралась на тысячу с лишним километров.

Четвёртым гегемоном было царство Цинь. В начале ему принадлежала только часть современной провинции Ганьсу. В дальнейшем, после перенесения Пин ваном столицы на восток, земли, прежде принадлежавшие царям Западного Чжоу и расположенные в современной провинции Шэньси, были постепенно захвачены царством Цинь. Оно вело успешные войны с кочевыми племенами западных жунов и стало гегемоном на северо-западе. Царство Цинь пыталось установить своё господство над другими царствами в Северном и Центральном Китае, но в то время (VII—VI вв.) ему не удалось этого добиться, так как оно столкнулось с сопротивлением других сильных царств, в особенности со стороны Цзинь.

Царство Чу было самым крупным. В VII—VI вв. до н. э. оно поглотило 45 других, более мелких царств в бассейне рек Хуай, Хань и Янцзы. Коренным населением Чу были земледельческие племена. К концу VII в. царство Чу стало одним из сильнейших и наиболее передовых в экономическом отношении царств. В 597 г. до н. э. в результате разгрома объединённых сил царств Чжэн и Цзинь царство Чу стало одним из пяти гегемонов в Китае. В дальнейшем право на господство в стране оспаривают и другие царства (У, Юэ и др.).

Перечисленные выше царства по существу диктовали свои условия чжоуским царям. Борясь между собой, они заключали союзы с другими царствами. VII и VI века проходят в постоянной борьбе между царствами-гегемонами, причём в этой борьбе чжоуские цари подчас играли лишь роль наблюдателей, так как были бессильны оказать какое-либо влияние на ход событий. В борьбе с кочевыми племенами эти царства обычно оказывали друг другу поддержку.

Восточное Чжоу превращается в такое же владение, как и остальные царства, даже в более слабое. Хотя правитель Восточного Чжоу продолжал носить титул царя (вана), но это не имело никакого реального значения. В VI в. царский титул присвоили себе и правители царства Чу, что знаменовало окончательный развал чжоуской монархии. Острая борьба между самостоятельными царствами продолжалась в течение последующих столетий, вплоть до создания централизованного государства в III в. до н. э.

Классовая борьба

Источники говорят об усилении рабовладельческой эксплуатации и тяжёлом положении свободных общинников в период Восточного Чжоу. В «Цзо чжуань» часто встречаются краткие данные об этом. Например, из беседы двух чиновников, приближённых к правителям царств Ци и Цзинь, мы узнаём, что в VI в. до н. э. в первом из названных царств «...народ делил свой труд на три части, две из них отдавал государству (правителю), а на одну часть питался и одевался. Собранное в общественных (амбарах зерно) портилось, и в нём заводились черви, а (в то же время) сань лао5 страдали от голода и холода».

Не лучшим было положение народных масс и в царстве Цзинь, где «весь (простой) народ жил в нищете, в то время как во дворцах (знати) усиливаются расточительство и излишества. Трупы умерших от голода (лежат) один за другим, а (в то же время) богатство куртизанок увеличивается. Когда народ слышит приказания правителя, он бежит (от него), как от разбойников и врагов». Такое же положение было и в других царствах.

ДРЕВНЕКИТАЙСКИЕ СОСУДЫ ДЛЯ ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЙ КОНЦА II—НАЧ. I ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ ДО Н.Э.
Слева направо: каменный сосуд, бронзовый сосуд для вина, бронзовый сосуд для мяса.

Народные массы, не вынося гнёта рабовладельцев, неоднократно восставали против них. К сожалению, древние китайские источники приводят весьма краткие данные о различных восстаниях, сообщая лишь о самом факте, но не указывая ни причин восстаний, ни состава их участников.

В «Исторических записках» Сыма Цяня встречаются, например, такие сообщения: «На 23-м году (правления чуского У вана, т. е. в 718 г. до н. э.) жители царства Вэй убили своего правителя Хуань гуна».

Сообщения о борьбе внутри различных царств часто встречаются и в другом древнем источнике — «Цзо чжуань». Но и здесь нет точных указаний на характер этой борьбы. Из-за лаконичности сообщений источника очень трудно иногда отличить народное восстание от выступления того или иного военачальника против своего повелителя — правителя царства. Впрочем, и в этих выступлениях принимали участие народные массы, которые надеялись, что свержение правителя принесёт некоторое облегчение народу.

VII и VI века также характеризуются междоусобной борьбой различных групп рабовладельцев. В 540 г. в царстве Цзю власть захватил один из представителей рабовладельческой аристократии — Чжань Юй. Он отнял титулы у сыновей правителя, и они обратились за помощью к правителю царства Ци. Чжань Юй не получил поддержки у народа и был свергнут. Его место занял один из наследников престола в этом царстве — Цюй Цзи. Через три года (в 537 г. до н. э.) против Цюй Цзи восстало население зависимого от него царства Цэн в связи с тем, что он, как сообщает «Цзо чжуань», «пренебрегал интересами (населения) Цэн».

В VI в. до н. э. восставали и ремесленники и торговцы. Об этом также свидетельствует «Цзо чжуань». Так, в 502 г. до н. э. сановник царства Вэй — Ван Сунь-цзя говорил своему государю: «Всякий раз, когда в царстве Вэй бывали трудности, ремесленники и торговцы всегда поднимали мятежи».

Народные восстания в этот период, однако, не имели широкого размаха и не приводили к уничтожению рабовладельческого способа производства.

3. Идеология и культура Китая до середины I тысячелетия до н.э.

Китайская культура оказала огромное прогрессивное влияние на все народы Дальнего Востока. Велик вклад китайского народа в сокровищницу всей мировой культуры.

Возникновение научных знаний и философских воззрений

Древнейший период развития китайской цивилизации относится ко времени царств Шан и Чжоу. Потребности повседневной жизни, развитие земледелия, ремесла побуждали древних китайцев изучать явления природы и накапливать первичные научные знания. Подобные знания, в частности математические и астрономические, уже существовали в период Шан (Инь). Об этом свидетельствуют как литературные памятники, так и надписи на костях. Предания, вошедшие в «Шу цзин», рассказывают о том, что уже в древнейшие времена было известно деление года на четыре сезона. С большей достоверностью о накоплении астрономических знаний можно говорить в отношении периода Шан (Инь). В надписях на иньских костях встречаются упоминания о солнечных и лунных затмениях. В иньское время в Китае уже знали лунный календарь. По этому календарю невисокосный год делился на 12, а високосный на 13 месяцев. Полный месяц состоял из 30 дней, а неполный — из 29 дней. Иньцы делили месяц на декады.

Позднее, в период Чжоу, были приобретены новые познания в астрономии. Подтверждением этого являются такие факты, как деление месяца на четыре недели, наблюдение за движением небесных светил. В литературных памятниках чжоуского периода отражаются познания древних китайцев о звёздном небе, о расположении созвездий. Так, в «Книге песен» («Ши цзин») приводятся названия созвездий, известных в астрономии под названием Волопаса, Стрельца, Большой Медведицы и др., а также даются указания на их местонахождение.

К далёким временам древности восходят истоки философских взглядов китайцев на устройство вселенной. Известны древнекитайские религиозные представления о жизни на земле, о природе как творении сверхъестественной, божественной силы и т.д. Но в древнем Китае уже в отдалённое время развивались и другие воззрения, появились наивные, стихийные материалистические взгляды. Эти воззрения формируются, по-видимому, в конце иньского — начале чжоуского периода, когда происходят крупные изменения в экономической и политической жизни Китая, связанные с развалом Иньского государства и возвышением Чжоу. В этот период острой политической борьбы и появляются философские взгляды, которые вступают в противоречие с религиозными представлениями о мире. Это нашло своё отражение в «Книге перемен» («И цзин») и частично в «Книге документов» («Шу цзин»).

В основе древнейших наивно-материалистических воззрений Китая лежит представление о том, что вселенная состоит из «первоэлементов». В «И цзине» этими первоэлементами названы земля, небо, огонь, вода, озеро, ветер, гора и гром. Все вещи в мире находятся в движении и постоянно изменяются в результате взаимодействия и взаимостолкновения двух космических сил — силы Света и силы Тьмы — такова основная идея «И цзина». Следовательно, здесь, с одной стороны, высказана мысль, что основой мира являются не божественные силы, а природные первоэлементы. С другой стороны, в этих воззрениях наличествуют элементы диалектики.

Наивные материалистические представления о вселенной отражены и в других древних литературно-исторических памятниках. Например, в одной из глав «Шу цзина», под названием «Великий план», неизвестный автор провозглашает основой материального мира «пять первоэлементов» — дерево, металл, воду, огонь и землю.

Письменность и литература

Китайская письменность возникла в очень отдалённое время. Уже в XV в. до н. э. существовала сравнительно развитая система иероглифического письма, что свидетельствует о значительно более раннем его возникновении. Сохранившиеся в литературных источниках древние предания говорят о существовании ещё в очень ранний период первобытного способа фиксации мыслей с помощью завязывания узелков на верёвке. К этому же времени относится существование рисуночного письма (пиктографии). Сначала рисовали предметы целиком. Дальнейшим этапом был переход к символическому рисунку, или неполному изображению предмета, когда часть рисунка (пиктограмма) символизировала целое (например, вместо изображения барана рисовалась лишь его голова с рогами).

Иньская письменность развилась из такого символического рисуночного письма. В неё вошли в качестве составных частей пиктограммы (рисуночные изображения, например знаки солнца, луны, человека, дерева, воды и др.), идеограммы (знаки, выражающие определённые конкретные и отвлечённые понятия) и позднее фонограммы (знаки, обозначающие звучание иероглифа). Дошедшие до нас надписи сделаны на костях животных и щитках черепах.

По данным современных китайских учёных, в иньском письме уже обнаружено свыше 2 тыс. различных иероглифов. Это свидетельствует о значительном развитии китайской письменности в иньский период. В дальнейшем происходили как увеличение числа иероглифов, так и графическое совершенствование их форм. От периода Чжоу сохранились надписи на бронзовых изделиях, а позднее на бамбуковых дощечках.

В тесной связи с развитием письменности находится появление литературы. Ещё до возникновения письменности существовало устное творчество народа. Народные предания, передававшиеся из поколения в поколение, были записаны значительно позже и в виде различных легенд вошли в литературные памятники чжоуского периода. К таким легендам, несомненно являющимся продуктом народного творчества, относятся легенды о Хуан-ди («Жёлтый царь»), борющемся против чудовища Чи-ю, о Суй-жэне, впервые добывшем огонь, о Шэнь-нуне, научившем человека обрабатывать землю, и т.д.

Одним из древнейших литературных памятников, дошедших до нас, является «Книга песен» («Ши цзин»). Она содержит свыше 300 песен и стихотворений, частью являющихся плодом народного творчества, частью представляющих обрядовые и придворные песнопения. Песни и стихотворения «Ши цзина» создавались в течение почти всего периода Чжоу в различных царствах. Песни, вошедшие в «Ши цзин», обыкновенно имеют в каждом стихе по четыре слога (это было характерной чертой древней поэзии). Они делятся на несколько групп. Наиболее ранние из них — «Чжоу сун» («Чжоуские песнопения») представляют собой преимущественно обрядовые и плясовые песни; следующие за ними по времени «Да я» («Большие песни») — хвалебные и застольные песни; «Сяо я» («Малые песни») и «Го фын» («Обычаи царств») — это главным образом народные песни. Народные песни ярко отражают социальные условия того времени; они с безыскусственной простотой рассказывают о подневольном труде, алчности чиновников, о жестокой эксплуатации населения рабовладельческой знатью и тяжёлой жизни земледельцев.

Образцы народного стихотворного творчества встречаются также в «Книге перемен» («И цзин»). Современные китайские учёные относят эти стихи к концу периода Шан (Инь) — началу периода Чжоу. Это, пожалуй, наиболее ранние литературные произведения. Во всяком случае они созданы не позже самых ранних песен «Ши цзина».

Искусство
Мраморная скульптура тигра.
Из раскопок под Аньяном.
Период Шан (Инь).

Древнейшие известные нам произведения китайского искусства относятся ещё к так называемой культуре Яншао (III тысячелетие до н. э.) и представляют собой глиняные сосуды с многокрасочной росписью в виде сеток, раковин, спирали. Красотой отделки отличается чёрная керамика, найденная в поселениях Чэнцзыяй (в провинции Шаньдун) и относящаяся к так называемой культуре Луншань (III тысячелетие до н. э.).

Большим разнообразием характеризуются памятники искусства II тысячелетия до н. э. — периода Шан (Инь), — представленные остатками архитектурных сооружений, каменной скульптуры, бронзовыми сосудами и резными изделиями из кости, камня и т.п. Бронзовые сосуды выделяются богатством форм и искусной отделкой. Среди них встречаются сосуды типа дин (сосуд на трёх толстых литых ножках, с двумя ручками) и реже — ли (треножник с полыми ножками), а также производная от него форма — сложный сосуд сянь. Наиболее типичная отделка бронзовых сосудов — это рельефное изображение, перемежающееся с орнаментом в виде различных узоров и спиралей, символизирующих облака и гром. Основными образами, украшавшими бронзовые изделия, были образцы быков, баранов, змей, птиц, цикад, драконов. Оружие иньского периода по своей отделке также может быть отнесено к предметам искусства, так как оно украшено различными узорами и инкрустацией.

Во II тысячелетии до н. э. получило развитие искусство резьбы по нефриту и кости. Среди иньских украшений наряду с золотыми предметами обнаружены многочисленные изделия из кости и нефрита. Они покрыты тонкими гравированными рисунками.

В первые века чжоуского периода значительных изменений в развитии изобразительного искусства и архитектуры не было. В дальнейшем происходит обогащение сложившихся ранее художественных форм. Более широкое распространение получает изображение животных на бронзовых жертвенных сосудах, колоколах и т.д. В VII-VI вв. появляются новые веяния в изобразительном искусстве: в абстрактную архаическую орнаментику проникают новые мотивы, появляются зачатки сюжетной композиции — изображения сцен борьбы человека с животным и др.

Иньские бронзовые сосуды типов «дин», «сянь» и «ли».
Бронзовые сосуды для жертвоприношений.
Конец II — начало I тысячелетия до н.э.
Иньское обрядовое оружие из нефрита,
украшенное инкрустацией.
Ритуальный сосуд.
Период Западного Чжоу. Бронза.

Музыкальное искусство Китая (в том числе песни и пляски) также является очень древним. Иньские надписи на костях дают первые свидетельства существования обрядовых плясок. Иероглиф «у», имеющий значение «танцевать», в иньских надписях часто сочетается с записями о жертвоприношениях душам предков или духам природы. Как знак «у», так и другие знаки, обозначавшие ритуальные пляски изображали танцующего человека с бунчуком или бычьим хвостом в руках. Характерно, что этот знак по своему древнему начертанию совпадал с иероглифом, обозначавшим колдуна, из чего можно заключить, что исполнителем ритуальных плясок в древние времена был колдун, шаман.

Из иньских надписей на костях видно, что уже во II тысячелетии до н. э. использовался ряд музыкальных инструментов — барабан или бубен, дудка и, по-видимому, струнные щипковые инструменты. В период раннего Чжоу применялись инструменты ударные (кожаный барабан, металлические колокола, колокольчики) и духовые (бамбуковые и глиняные). В период Чжоу музыкальное искусство продолжает развиваться, песни и пляски перестают быть только ритуальными, происходит обособление песни от пляски, совершенствуется техника музыкальной игры, появляются новые музыкальные инструменты: их насчитывают теперь свыше двух десятков. В этот период создаётся специальная придворная служба, в ведении которой находилось обучение музыкантов и танцоров, а также наблюдение за исполнением песенной и танцевальной музыки и руководство ею.

В период Восточного Чжоу появляются трактаты о музыке. Наиболее известный из них — «Юэ цзи» («Описание музыки») — глава из канонической книги «Ли цзи» («Описание этикета»).

Религия

Древняя религия Китая своими корнями уходит в доклассовое общество и связана с воззрениями первобытного человека. На ранних этапах развития общества широко были распространены тотемизм и анимизм.

О тотемистических представлениях древних китайцев сохранились предания в литературных памятниках, которые сообщают о существовании тотемных групп Медведя, Барса и др. Об остатках тотемизма ещё в иньский период свидетельствуют названия некоторых племён, окружавших Иньское царство, таких, как «мафан» («племя Лошадь»), «янфан» («племя Баран»).

Существование культа явлений природы в иньский период можно проследить по многочисленным надписям на костях животных и панцирях черепах. Иньцы считали, что все явления природы, её дары, используемые человеком, а также стихийные бедствия происходят по воле духов. В надписях на костях постоянно встречаются упоминания о духах земли, гор, рек, солнца, луны, дождя, ветра и др. Им молились, приносили жертвы, обращались к ним с просьбой о ниспослании дождя, даровании хорошего урожая или с просьбой о предотвращении стихийных бедствий и т. д.

Наряду с поклонением многочисленным духам природы в иньский период наблюдается выделение главного духа—божества, стоящего над всеми другими духами и душами умерших людей. В иньских надписях это божество носит название ди, позднее — шан ди («верховное божество»). Это же название встречается и в более поздних литературных памятниках, в которых оно иногда заменяется равнозначащими терминами — «великое небо», «небесное божество».

В иньский период, с созданием классового общества, появляется уже обожествление царской власти. Царь признаётся «сыном неба», т.е. сыном божества, его представителем на земле. Это видно из гадательных надписей иньского периода, в которых говорится, что царь получает повеление от божества-неба. Об этом свидетельствует и тот факт, что в надписях, дошедших от конца иньского периода (с XIII в. до н. э.), для обозначения царей применяются те иероглифы, которыми прежде обозначалось «верховное божество». Позднее, в период Западного Чжоу, в литературных памятниках встречается термин «сын неба», обозначающий царя.

Культ предков, возникший ещё в первобытно-общинный период, существовал как в иньское, так и в чжоуское время. В основе его лежит представление о том, что душа человека после смерти продолжает жить и может вмешиваться в жизнь людей, в особенности близких, родных умершего, причём это вмешательство может быть неблагожелательным и приносить вред. С другой стороны, по воззрениям древних китайцев, душа умершего человека сохраняет все его вкусы, привычки и потребность в тех же средствах существования, в которых человек нуждался при жизни. С этими представлениями связан и похоронный ритуал, который предусматривал захоронение вместе с умершим рабовладельцем его слуг, рабов. В могилу умершего клали различные предметы обихода, драгоценности, оружие.

О существовании у иньцев веры в могущество душ умерших предков свидетельствуют многочисленные гадательные надписи, из которых видно, что иньские цари обращаются к своим умершим предкам с различными вопросами и просьбами о помощи.

Указанные древние религиозные верования являлись частью господствующей идеологии и в последующие столетия китайской истории. Они являлись мощным идеологическим оружием эксплуататоров. Но в то же время, как мы уже говорили, появляются первые ростки материалистической философской мысли в Китае, давшие позже замечательные плоды.

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Эпический памятник древнего Китая; по своему содержанию он неоднороден. В нём представлено народное творчество, а также ритуальные и придворные песнопения различных времён, по-видимому от XI до VI в. до н.э. «Ши цзин» неоднократно переделывался, последняя редакция относится, вероятно, к IV в. до н.э.

[2] В период Западного Чжоу поле (тянь) было единицей измерения; оно равнялось 100 му. В настоящее время му равен 1/16 га; точный размер му в период Чжоу дока ещё ни установлен, но, видимо, он был в 3—4 раза меньше.

[3] «Го юй» — рассказы о царствах, историческое сочинение о периоде правления династии Чжоу.

[4] «Цзо чжуань» — древний литературный памятник, комментарий к летописи царства Лу — «Чунь цю» («Весна и осень»), краткой хронике событий, происшедших в царстве Лу за период 722—481 гг. до н. э. По традиции составление «Цзо чжуаня» приписывается Цзо Цю-мину, жившему в период царствования династии Чжоу, но, несомненно, «Цзо чжуань» подвергся более позднему редактированию и имеет вставки и дополнения.

[5] Сань лао — дословно «трое старых». По одним объяснениям, — это три социальные группы — ремесленники, купцы и земледельцы. Другие считают, что это старейшие представители населения, возможно, мелкие должностные лица. Если голодали они, то земледельцы в царстве Ци были в ещё более худшем положении.